Или думай сам — или тот, кому приходится думать за тебя, отнимет твою силу, переделает все твои вкусы и привычки, по-своему вышколит и выхолостит тебя.
Фрэнсис Фицджеральд, американский писатель, крупнейший представитель так называемого «потерянного поколения» в литературе

Почему быть журналистом трудно

20 октября, 2017 - 16:36

Уже около трех месяцев я работаю над одним материалом. И это ничто по сравнению с тем, сколько времени мать погибшего АТОвца и ее адвокат тратят, чтобы установить истину.

ФАКТЫ И СОМНЕНИЯ

Работа началось тогда, когда пани Нина рассказала мне, что ее сына убили на мирной территории, да еще и инсценировали это как самоубийство - по крайней мере она в этом убеждена.

Я начала со сбора фактов. Прежде всего пообщалась с адвокатом пани Нины. Чтобы вам было лучше понятно суть дела, кратко расскажу, о ком и о чем пойдет речь.

Сергей Ус - боец АТО, человек с восьмилетним военным стажем. Сам родом из Острога, что на Ровенщине. На третий день Рождества 2017 года Сергей прибыл в воинскую часть в Виноградов, что на Закарпатье. Около 14:00 с разрешения командира парень выходит в город. А уже в 16:30 - в лесной посадке Черной горы лесник нашел повешенное тело Сергея. На следующий день открыли уголовное производство по этому делу. Однако уже через сутки его закрыли. Следователи опирались на результаты судебно-медицинской экспертизы, которая свидетельствует, что смерть не была преднамеренной. Здесь же и возникает встречный вопрос «А судебно-медицинскую экспертизу можно провести за один день и при этом еще и подготовить соответствующее заключение?» Таким образом, появляются сомнения, установлены ли следователем все обстоятельства происшествия при проведении досудебного расследования. Однако это еще не все и доказательства, противоречащие решению следователя. Мать утверждает: тело сына, которое ее отдали, было изуродовано: череп сдвинут, губы покусаны, кулаки сжаты. А, как известно, во время суицида человек расслабляется. Второй факт - Сергей совершенно не ориентировался в местности Виноградова: впервые прибыл в воинскую часть 30 декабря 2016 года, в тот же день был отпущен на празднование новогодних и рождественских праздников домой. Другой фактор - резкие погодные условия и значительное расстояние от воинской части к месту инцидента около 7-8 км. А теперь математическую задачу. Скажите, как военнослужащий, который около 14:00 вышел в город для того, чтобы снять деньги в банкомате (по неофициальным данным, деньги были сняты в 14:30), около 15:40 говорил с матерью по телефону, мог за такой короткий период времени добраться до места инцидента?

...Однако если вы хороший журналист или по крайней мере хотите им стать, вы, наверное, знаете, что аргументы никогда не будут существовать без контраргументов. Поэтому первый контраргумент - в семье Сергея ранее уже было совершено два самоубийства. Однако мать отмечает, что после такого они отрицательно относились к подобному. С другой стороны, часто самоубийцы не делятся своими планами даже с самыми близкими людьми.

ВЫ НЕ ЯВЛЯЕТЕСЬ УЧАСТНИКОМ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

Естественно, пани Нина, прежде всего как мать, захотела узнать истину, что же случилось с ее сыном. Она и ее адвокат начали добиваться открытия дела. И так завязался цепочка: 10 января 2017 года - дело открывают - 11 января закрывают - 25 апреля открывают - 23 мая закрывают - и 12 июля вновь открывают.

Я долго изучала документацию - ходатайства, заявления, жалобу, ответы прокуратуры и следователя. Как выяснилось, основная проблема заключается в том, что мать не признают потерпевшей. Адвокат пани Нины отмечает: «Согласно ст. 55 УПК Украины имеет право ознакомиться с материалами следствия только тогда, когда ее признают потерпевшей. В мае пани Нина подала соответствующее обращение в Береговскую местную прокуратуру. Ей пришел такой ответ: «Разъясняем, что в ходе следствия Вы иметь возможность, в случае подачи ходатайства в порядке ч. 2 ст. 55 УПК Украины и ст. 221 УПК Украины, ознакомиться с материалами уголовного производства». Руководствуясь этим, пани Нина подала в Виноградовское отделение полиции заявление, чтобы ее приобщили к делу как потерпевшую, а также ознакомили с материалами дела. Вместе с тем получила письмо об отказе в предоставлении такой информации. В нем отмечалось: «Вы не являетесь участником уголовного судопроизводства». Какой-то замкнутый круг. Вам так не кажется? Даже сам адвокат пани Нины отмечает: «Главный вопрос, который возникает: почему следователем следственного Виноградовского отделения полиции Береговского отдела полиции ГУ ЧП в Закарпатской области В. В. Фантичем создаются препятствия в ознакомлении с материалами дела и в признании матери покойного участником уголовного процесса в статусе потерпевшей. Согласно ч.1 ст. 55 УПК Украины, при наличии очевидных и достаточных оснований полагать, что заявление, сообщение об уголовном правонарушении или заявление о привлечении к производству в качестве потерпевшего подано лицом, которому не нанесен ущерб, указанный в части первой настоящей статьи, следователь или прокурор выносит мотивированное постановление об отказе в признании потерпевшим, которое может быть обжаловано в судье. Однако никакого постановления мать покойного не получила, что свидетельствует о пренебрежении ее правами органом досудебного расследования».

ПОЗДНИЕ НОВОСТИ

Нужно было хоть как-то пролить свет на эту ситуацию. Я решила обратиться в Береговскую местную прокуратуру и Виноградовский районный суд. Конечно же, не обошлось без помощи эксперта. Консультировала меня Вита Володовская - юрист Института Медиа Права, руководитель направления "Медиа право"; менеджер Медиа группы Реанимационного пакета реформ. В информационном запросе я попросила предоставить копию постановления о том, что пани  Нину не признали потерпевшей, а также указать перечень следственных действий, которые были проведены во время первого уголовного производства. Согласно законодательству, ответ должен поступить в течение 5 рабочих дней с момента получения, в отдельных случаях на рассмотрение дается 20 рабочих дней. Что интересно, ответ от прокуратуры пришела сразу через 5 рабочих дней, а ответ от прокуратуры - через месяц - 9 октября (хотя документ датируется 23 сентябрем 2017 года). Прокуратура отказалась комментировать запрос, ссылаясь на то, что такая информация, согласно закону «О доступе к публичной информации», не относится к публичной. Виктория Володовская такой шаг комментирует так: «К сожалению, законодательство на сегодняшний день содержит определенную несогласованность в регулировании порядка получения информации, которая хранится в судах или в правоохранительных органах. Действительно, положения Закона «О доступе к публичной информации» не распространяются на доступ участников соответствующих процессов к изложенной информации. Но процессуальные кодексы не регулируют доступ других лиц, в частности журналистов, к такой информации вообще. Поэтому отказ применять положения закона о доступе является не достаточно оправданным. Ведь по всем признакам запрошенная информация является публичной. В данном случае стоит руководствоваться тем, может ли распространение такой информации причинить существенный вред интересам расследования или участникам процесса. По моему мнению, такого риска нет, ведь не было просьбы раскрыть результаты или детали следственных действий, а лишь предоставить их перечень. Аналогично никаких рисков не было и в связи с предоставлением постановления о прекращении производства. Учитывая резонансность дела, ограничение доступа к информации не было оправданным». А вот Виноградовский районный суд не указал, что эта информация не относится к публичной и предоставил свой ответ. Правда, целесообразным и полным я бы его не назвала. О копии постановления о том, что пани Нина не признана потерпевшей, - в ответе вообще не упоминалось. А относительно следственных действий, которые были проведены, только сухое: «... были проведены следующие следственные действия, а именно осмотр места происшествия, допрошены очевидцы в качестве свидетелей»...

УСТАНОВИТЬ ИСТИНУ

Я не хочу быть слишком субъективной. Говорить, что сейчас на мирной территории убили воина АТО и подстроили это под суицид, абсолютно неуместно, пока не собраны все факты. Однако заявить, что нужно установить истину: что же это было на самом деле - убийство или суицид - мой долг. И когда мать погибшего АТОвца и ее адвокат добиваются продвижения дела: смены следователя, ознакомления с материалами следствия, - я пишу этот текст и надеюсь, что он хоть что-то изменит.

Богдана КАПИЦА, Летняя школа журналистики «Дня»
Рубрика: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments