Первый попавшийся лжец и обманщик может развалить целое государство, тогда как упорядочения вещей даже в одном доме невозможно без благодати Божией.
Иван Мазепа, украинский военный, политический и государственный деятель, Гетман Войска Запорожского

Измерения ОБСЕ

Илкка КАННЕРВА: Мы ценим усилия, которые Украина прилагает к решению приднестровской проблемы
9 января, 1996 - 19:03
ИЛККА КАННЕРВА / ФОТО ПРЕДОСТАВЛЕНО АВТОРОМ

С 1 января 2008 года Финляндия председательствует в Организации по Безопасности и Сотрудничеству в Европе (ОБСЕ). И один из первых визитов глава внешнеполитического ведомства этой страны осуществляет в Украину. Какие приоритеты намечает Финляндия на период своего председательства в ОБСЕ? Какими видит Хельсинки пути реформирования ОБСЕ и повышения ее эффективности? Насколько может быть применим случай присоединения Косово мировым сообществом к непризнанным республикам на постсоветском пространстве таких как Приднестровье, Абхазия, Южная Осетия, Нагорный Карабах? Почему Финляндия не подписала Совместное заявление ОБСЕ по Голодомору в Украине 1932—1933 годов? Каким видится Финляндии развитие отношений с НАТО? Об этом министр иностранных дел Финляндии Илкка Каннерва рассказал в интервью украинским журналистам (Мыкола СИРУК, «День», Владимир КРАВЧЕНКО, «Зеркало недели», Ирина ТИМЧИШИН, Телеканал «1+1»).

ТРАДИЦИОННЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ ОБСЕ

— Украина для нас очень интересная страна. И если говорить о вызовах, которые имеются у нас, в частности, относительно Приднестровья, то над их решением мы должны работать совместно. И очевидно, что Украина как большое государство играет важную роль. Я лично вижу это так и надеюсь, что, благодаря усилению взаимодействия и контактов, мы можем совместно оценивать те моменты, которые могут гарантировать положительное развитие. Я верю в то, что развитие Украины будет служить хорошим примером развития демократии. Мы в Финляндии высоко оцениваем усилия Украины на этом пути. Ваш пример показывает другим странам, каким образом можно содействовать реализации ценностей ОБСЕ.

— Господин министр, какие приоритеты намечает Финляндия на период своего председательства в ОБСЕ?

— Шутя можно сказать, что в настоящее время мы отмечаем свои приоритеты на карте и должны их представить 10 января. Серьезно говоря, наша исходная точка заключается в том, что сейчас мы живем во время больших вызовов. После холодной войны развитие идет в положительном направлении. Временами такой подход может приводить к тому, что дела идут не так хорошо, как бы нам хотелось. Возможно, ОБСЕ переживает такой момент. Необходимо учитывать, что ОБСЕ — это единственная организация по вопросам безопасности, которая покрывает всю Европу, а также имеет трансатлантическое измерение. Мы не должны допускать такого развития, которое могло бы подрывать основы функциональности этой организации. Внутренняя культура ОБСЕ предполагает единодушное принятия решений. Естественно, мы должны очень тщательно выслушивать все стороны. Также мы должны работать и действовать таким образом, чтобы все участники доверяли тому, чем занимается ОБСЕ. Кроме того, мы должны способствовать соблюдению основополагающих принципов ОБСЕ. А также тому, что все три традиционные изменения ОБСЕ будут присутствовать в нашей деятельности. Естественно, стоящие перед организацией вызовы, предусматривают и обусловливают решение определенных задач. Я здесь ссылаюсь на актуальный вопрос — наблюдение за выборами. С другой стороны, есть вопрос Косово, урегулирование замороженных конфликтов. Мне кажется очень важным то, что мы можем способствовать настоящей приверженности принципам, которые лежат в основе ОБСЕ.

— Недавно российский министр Сергей Лавров заявил, что в нынешней форме ОБСЕ не пользуется достаточным доверием. Какими вы видите пути реформирования ОБСЕ?

— Я по сути своей гуманист и исхожу из того, что только прямые человеческие контакты, взаимодействие между людьми может создать такую атмосферу доверия, наращивать такой капитал доверия, что обсуждаемые внутри ОБСЕ решения будут базироваться на принципах, присущих этой организации. При этом никто из ее членов не должен чувствовать себя преследуемым. Наоборот, каждая страна-член этой организации должна чувствовать, что присутствие в ОБСЕ усиливает и укрепляет национальную безопасность и международное положение страны. Каждая страна-член ОБСЕ должна на этом общем форуме иметь возможность заниматься строительством своей государственности, а наряду с тем способствовать и содействовать общим целям этой организации. Я присоединяюсь к видению моего коллеги, министра Лаврова, по поводу того, что нам нужны дальнейшие мероприятия для усиления доверия в этой организации. Поэтому со своей стороны я постараюсь в течение председательства как можно больше путешествовать по тем странам, которые являются членами ОБСЕ.

ЛУЧШЕ ПОДХОДИТЬ С ПРЯНИКОМ, ЧЕМ С КНУТОМ

— Это один из элементов, если говорить о системе. Какие существуют еще элементы и пути повышения эффективности этой организации?

— В течение многих лет идут поиски ответов на этот вопрос. Без политической воли здесь успеха нам не видать. Мы внутри ЕС для усиления эффективности при принятии решений в течение нескольких лет провели дискуссию по поводу конституционного соглашения Евросоюза. Сейчас решения будут приниматься большинством голосов, за исключением важных вопросов, которые связаны с внешними сношениями Евросоюза и вопросами безопасности. Мне поступили предложения о том, что в ОБСЕ также нужно перейти к методу принятия решения большинством голосов. Я думаю, что сильно рисковал бы, если бы выступил с таким предложением в ОБСЕ. Конечно, наверное, надо смотреть, какие наши приоритеты и для каких целей мы будем использовать тот политический капитал, который имеется внутри ОБСЕ. Нужно понимать, что вряд ли эта организация может в течение одного года решить вопросы, например, касательно ограничения обычных вооружений, статуса Косово, замороженных конфликтов. А также выработать равноправные правила, которые касаются третьего человеческого измерения ОБСЕ и решить вопросы, связанные с наблюдениями за выборами. Если нет приоритетов, тогда у нас получается стихийное развитие, и никто не будет контролировать этот процесс. Думаю, что главный вопрос заключается в том, что действующий председатель выступает за преемственность. И также старается сосредоточиться на решении возникающих актуальных задач и острых проблем.

— Господин министр, в октябре 2006 года в интервью «Дню» генеральный секретарь ОБСЕ Марк Перрен де Бришамбо сказал, что существуют большие шансы разрешить Приднестровский конфликт в приемлемый период времени, если все стороны объединят усилия для такого урегулирования. Прошло почти полтора года, а ситуация остается прежней. Видите ли вы пути разрешения замороженных конфликтов в Приднестровье, Абхазии, Южной Осетии и Нагорном Карабахе? Возможно, для этого нужно давление больших стран и Евросоюза?

— Мне кажется, что всегда лучше применять положительные методы воздействия, нежели давление. ОБСЕ — это такая организация, которая в скором времени окажется в сложной ситуации, если будет проводить политику, основанную на санкциях. Я еще хорошо не вникал в подробности замороженных конфликтов, о которых вы упомянули. Но я бы на этой стадии сказал, что лучше подходить к их решению с пряником, чем с кнутом.

— Господин министр, хотя вы усиленно не вникали в проблемы, связанные с замороженными конфликтами, но как в Хельсинки видят разрешение проблемы Приднестровья? Тем более, известно, что ваш визит в Украину во многом связан с этой проблемой.

— Да, действительно, одной из основных целей моей поездки в Украину является обсуждение этого вопроса. У меня достаточно эгоистические интересы или мотивы посещения Украины. Очевидно, что мне нужны оценки, видение и мнение украинской стороны относительно приднестровского конфликта. Само собой разумеется, что Украина лучше Финляндии разбирается в этом вопросе. Поэтому опыт, знания и ноу-хау Украины здесь востребованы. И мы ценим те усилия, которые Украина прикладывает к решению приднестровской проблемы.

Вряд ли Финляндия может привнести что-то радикально новое в обсуждение этой проблемы. После этой поездки мы должны будем соизмерить свои предложения с теми соображениями, которые имеют другие страны. Речь идет не только о позиции Финляндии. Председательствующая страна должна учитывать интересы организации и ее членов в целом. Могу только подчеркнуть, что в настоящий момент рано давать исчерпывающий комментарий по этому поводу.

— Известно, что одним из приоритетов ОБСЕ является Косово, хотя вы выразили сомнение, что в этом году удастся определить статус этого края. Однако, не исключено, что Косово может объявить о своей независимости, и это будет признано мировым сообществом. В то же время Москва постоянно заявляет, что в случае такого признания мировому сообществу будет необходимо признать независимость непризнанных республик на пост-советском пространстве, как Приднестровье, Абхазия, Южная Осетия, Нагорный Карабах. На ваш взгляд, насколько случай с Косово может быть применим к названным выше непризнанным республикам, включая Турецкую республику на севере Кипра?

— Вопрос относительно Кипра обсуждается внутри ЕС. Известна аргументация, что Косово не является таким исключительным случаем, а может выступать как прецедент. Дискуссия, которая ведется в Евросоюзе, свидетельствует о том, что есть желание поддерживать этот процесс, который может успокоить ситуацию. Но мы хорошо знаем, что это предполагает международное присутствие. Таким образом, обострение ситуации не приводит к беспорядкам. В ходе этой дискуссии большинство стран Евросоюза считает, что Западным Балканам нужно дать перспективу, чтобы они могли участвовать в сотрудничестве, за которым стоит ЕС.

ПРИНЦИПЫ ОБСЕ И КРЕАТИВ

— Господин министр, извините, но из вашего ответа непонятно, насколько случай с Косово будет применим к названным непризнанным республикам. Хотелось услышать ответ на этот вопрос от вас как министра, представляющего Финляндию, которая в данный момент председательствует в ОБСЕ.

— Я ссылаюсь на дискуссии, которые ведутся внутри Евросоюза, поскольку они совпадают с нашей точкой зрения. Очень сложно сказать, насколько резолюции, которые будут приняты внутри ЕС, могут быть применены в остальных случаях. Наверное, мир был бы достаточно простым местом, если бы одна и та же модель решения могла применяться к другим случаям. Естественно, здесь необходимым элементом является присутствие всех сторон. Необходимо признать важность роли Сербии. А каким образом мы можем оказывать поддержку Сербии в той или иной форме, остается сложным вопросом. Потому что, например, у Сербии присутствует такой элемент, как членство в Европейском Союзе. И чтобы добиться этой цели, сербы должны соответствовать тем же критериям, которым соответствуют и другие члены ЕС.

— Не кажется ли вам, что признание Косово угрожает системе коллективной безопасности, созданную в 1973 году, и в строительстве которой принимал участие президент Финляндии Урхо Кекконен?

— Заключительный акт 1975 года был одобрен с целью преодолеть разграничительные линии холодной войны, которые существовали в Европе. И после распада Югославии мы столкнулись с тем фактом, что надо иметь в распоряжении и другие принципы. Например, таким принципом может стать резолюция ООН № 1244, которая дополняет принципы ОБСЕ. Мне знакомы одобренные в 1975 году принципы, и Финляндия будет стараться действовать таким образом, чтобы они остались нерушимыми. Но иногда приходится все-таки адаптировать принципы или применять их креативно, в зависимости от конкретной ситуации. И вот в данном случае это, наверное, все-таки мандат или резолюция ООН.

ДВОЙНЫЕ СТАНДАРТЫ, ДОВЕРИЕ, ОБСЕ

— Россия постоянно критикует ОБСЕ за двойные стандарты, хотя сама не выполняет взятые на себя обязательства, прежде всего, Стамбульское соглашение от 1999 года. Господин министр, как председатель ОБСЕ, как вы собираетесь строить отношения с Россией?

— Россия играет незаменимую роль в ОБСЕ. Мы не можем добиться хороших результатов при отсутствии политической воли со стороны России. Поэтому еще в прошлом году мы начали с Россией дискуссию, чтобы узнать, какими она видит эти вопросы. У меня имеется копия перечня вопросов, которые, по мнению россиян, должны быть решены. Это касается и других стран. Я знаю, какие головные боли имеются в России по поводу ОБСЕ. Я не вижу здесь другого варианта, кроме того, как сесть с Россией за одним столом, чтобы решить эти вопросы. У нас хорошее взаимодействие, хороший контакт с Россией, несмотря на то, что мы не всегда имеем одинаковую точку зрения по всем вопросам. Я стремлюсь к тому, чтобы точка зрения России была учтена. Но при этом ее точка зрения не должна превалировать над точкой зрения членов ОБСЕ. Мне кажется, очень важным то, что мы должны войти в обычное русло в том, что касается наблюдения за выборами, которые пройдут в России в марте этого года. Если Россия заявляет, что она является демократической страной, то ОБСЕ — такой форум, на котором Россия может это продемонстрировать достойным образом. Поэтому мы призываем Россию пригласить наблюдателей на выборы. Здесь нужно понимать точку зрения другой стороны. Нельзя просто говорить, что россияне во всем не правы или во всем правы. Всегда важен диалог, обсуждение, понимание точки зрения другого.

— Как вы понимаете действия России, которая вышла из Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ). Не является ли этот шаг угрозой для Финляндии и Европейского Союза?

— Естественно, мы должны стараться действовать таким образом, чтобы все участники этого договора его выполняли. Можно сказать, что ДОВСЕ в целом — это один из основных структурных элементов ОБСЕ. Очень важно, чтобы мы могли вернуться к ситуации, когда все государства, подписавшие этот договор, соблюдают его положения. Нам нужно все-таки иметь реалистический подход и понимать, что имеющихся в распоряжении ОБСЕ методов недостаточно для решения вопроса о прекращении Россией моратория по ДОВСЕ.

— Разве нельзя расценивать выход России из этого договора как угрозу?

— Как я уже сказал, с точки зрения Финляндии очень важно вернуться к полномерному применению ДОВСЕ. Этот договор играет большую роль в рамках усиления мер доверия.

— Господин министр, даже официальный Киев заявил, что выход России из этого договора несет угрозу Украине. Может быть, все-таки в диалоге с Россией надо называть вещи своими именами. И Финляндия, пожалуй, должна сказать своему большому соседу, что выход из ДОВСЕ является угрозой.

— Но здесь, наверное, речь не идет о выборе слов. Мы готовы сейчас и в дальнейшем будем готовы к тому, чтобы объяснять Москве, насколько для нас важно, чтобы Россия вернулась к этому договору. Естественно, такая надежда касается всех стран, которые подписали этот договор. Я понимаю подоплеку вашего вопроса. У нас с Украиной совпадают мнения по поводу тех последствий, которые выход России из этого договора будет иметь.

В ГРУЗИИ БЫЛ СДЕЛАН НОВЫЙ ШАГ НА ПУТИ К ДЕМОКРАТИИ

— Во время декабрьских парламентских выборов в России были разногласия по вопросу о должной роли наблюдателей ОБСЕ за выборами на постсоветском пространстве. Какая структура ОБСЕ будет наблюдать за президентскими выборами, которые состоятся в России в начале марта?

— Обе структуры нашей организации: Парламентская Ассамблея и БДИПЧ. Приглашения пока нет. Но я все-таки считаю, что это в интересах России — чтобы наблюдение за президентскими выборами проходило по всем правилам. Так, чтобы там были долгосрочные наблюдатели, а также наблюдатели в момент выборов.

— А если со стороны российской власти не поступит предложение к ОБСЕ направить наблюдателей на выборы, насколько это повлияет на вашу оценку России как страны, которая строит демократию?

— Я хотел бы передать представителям России, что они наилучшим образом могут доказать другим членам ОБСЕ, что у них есть демократия, если двери для наблюдателей будут открыты.

— Можете ли вы дать оценку прошедшим на днях президентским выборам в Грузии?

— Я только сегодня получил предварительный отчет о ходе выборов. Замечания наблюдателей, в первую очередь, связаны с возможностями равноправного подхода со стороны правящей партии и оппозиции во время выборов. Там есть технические недостатки. Некоторые принципы с финской точки зрения являются неприемлемыми. С другой стороны, некоторые критические замечания, имевшие место в ходе президентских выборов, бывают и в других странах. У меня сложилось впечатление, что в Грузии был сделан новый шаг на пути к демократии.

— Среди экспертов идут дискуссии о том, каким образом Казахстану, где на недавних выборах в парламент прошла только одна партия, можно доверить председательство в ОБСЕ. Как относитесь к этому?

— Я понимаю мотивацию этого вопроса. Но хотелось бы призвать к пониманию антитезы этого вопроса. Существует ли более действенный метод или своего рода подготовительный лагерь для того, чтобы воспитывать Казахстан, нежели такой путь, когда мы даем Астане такую большую ответственность. Мы хорошо знаем, что это будет сложная ситуация. Поскольку в рамках ОБСЕ было принято такое решение, мы будем всячески помогать Казахстану. Можно сказать, что для Казахстана это — высоко поднятая планка.

ГОЛОДОМОР И СОВЕТ ЛИППОНЕНА

— В числе стран, которые на заседании Совета Министров ОБСЕ в Мадриде подписали Совместное заявление по Голодомору в Украине 1932—1933 годов, нет подписи Финляндии, хотя ваша соседка Швеция находится среди подписантов. Почему Финляндия не подписала этот документ?

— Этот документ никогда не лежал на моем рабочем столе. Это не относится к тем вопросам, по которым я должен был принимать решение. Я извиняюсь за то, что этот вопрос мы пропустили как бы мимо.

— Готов ли финский парламент признать Голодомор актом геноцида украинского народа? И будет ли этому способствовать исполнительная власть?

— Я должен ознакомиться с критериями, которые здесь присутствуют. Конечно, здесь важно соблюдать справедливость. Я понимаю эту необходимость и давление, которое чувствуется. Для решения этого вопроса надо всегда стремиться к ситуации, когда в фактах истории все ясно и четко.

— Господин министр, не вписываются ли действия финской власти в «рецепт» бывшего министра иностранных дел Финляндии и спикера финского парламента Пааво Липпонена, который недавно советовал Эстонии не сотрудничать с Грузией или Украиной, если это вредит отношениям Таллинна с Москвой? Насколько российский фактор довлеет над Финляндией и насколько он вынуждает вашу страну с опаской сотрудничать со странами, сотрудничество с которыми не нравится России?

— Я высоко ценю господина Липпонена как опытного политика. Очень трудно понять, что могло бы стоять на пути такого хорошего взаимопонимания, взаимодействия между европейскими странами. Я неоднократно говорил о необходимости укрепления доверия. И лично я пытаюсь способствовать, например, контактам нашей страны с Украиной. Если мы будем стараться развивать наши отношения с Украиной, будем добиваться хорошего взаимопонимания между нашими странами, то такой подход не мог бы повредить другим контактам и интересам. Если Финляндия и Украина будут честно сотрудничать и взаимодействовать, то это сотрудничество никоим образом не будет основываться, например, на изоляции России. На мой взгляд, очень важно не наводить разделительные мосты между странами внутри ОБСЕ. Мы живем в мире, где сильнее чувствуется взаимозависимость государств. Очень многое зависит от политиков в достижении той цели, чтобы все наши контакты были действенными и функциональными.

«МЫ ХОТИМ БЫТЬ СРЕДИ ТЕХ ИГРОКОВ, КОТОРЫЕ ГЕНЕРИРУЮТ БЕЗОПАСНОСТЬ»

— Вы, наверное, согласитесь, что НАТО тоже эффективная организация. Как сообщали финские СМИ, к концу года под началом министерства иностранных дел должен быть подготовлен доклад о НАТО. Можете ли вы нам сказать, какие последствия для вашей страны может иметь как вступление Финляндии в НАТО, так и нахождение вне Альянса?

— Во-первых, надо сказать, что решение о вступлении или невступлении Финляндии в НАТО будет приниматься с учетом наших собственных потребностей по безопасности. Конечно, мы подходим к этому вопросу, учитывая развитие и ситуацию в близлежащих регионах. Но ключи к решению на 100 процентов находятся в наших руках. Доклад, о котором вы упомянули, не имел своей целью выяснение того, нужно ли Финляндии вступать в НАТО или нет. Этот доклад не содержит окончательных рекомендаций по этому поводу. Он дает нам больше информации о тех последствиях, которое наше решение будет иметь для нас.

— Господин министр, исходя с полученной информации, можете ли вы дать оценку того, какие возможности дает стране членство в НАТО и, наоборот, ненахождение в Альянсе, учитывая новые вызовы и угрозы, которые возникают в мире?

— Что касается ближайшего будущего, Финляндия не намерена подавать заявку на вступление в НАТО. Но мы поддерживаем и развиваем нашу программу НАТО «Партнерство ради мира». Мы вкладываем много финансовых и человеческих ресурсов в нашу способность принимать участие в урегулировании кризисов. Например, в настоящее время проводится оценка как по поводу участия Финляндии в Боевой группе Евросоюза, но и рассматривается возможность Финляндии принимать участие в работе Сил быстрого реагирования НАТО. Я лично здесь не вижу никаких препятствий для того, чтобы Финляндия могла даже в текущем году начать такое сотрудничество. Мы хотим как раз быть среди тех игроков, которые генерируют безопасность. В настоящее время «Партнерство ради мира» дает хорошие предпосылки и возможности для этого. Осенью текущего года мы представим на рассмотрение парламента исследование, в котором будет содержаться видение новых угроз и вызовов нашей безопасности. В этой связи наш политический аппарат будет также давать оценку тем изменениям, которые произошли в нашем положении с точки зрения безопасности.

— Насколько понятно из вашего ответа, вопрос вступления в НАТО для нынешнего правительства не закрыт и остается дискуссионным?

— В настоящее время нет такого решения правительства, чтобы Финляндия собиралась подавать заявление на членство в НАТО. В программе правительства как раз дверь оставлена открытой.

СТОРОНЫ МЕДАЛИ ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ ЕС

— Господин министр, среди балтийских стран Финляндия единственная не бойкотирует строительства Северноевропейского газопровода, известного как North Stream. Кроме того, с точки зрения экологии этот проект вызывает очень много вопросов у балтийских стран. Почему финское правительство поддерживает строительство этого газопровода до проведения экспертизы об экологических последствиях его прокладки на дне Балтийского моря?

— Решение вопросов экологической безопасности является предпосылкой для одобрения Финляндией этого проекта. Сначала мы должны посмотреть результаты экологических экспертиз и только потом можем принять окончательное решение. Во-вторых, наверное, было бы очень странно, если бы Финляндия принципиально выступала против этого проекта. Ведь первоначально это была финская инициатива.

— А как же тогда быть с единой энергетической политикой ЕС, за которую ратует Финляндия? Ведь некоторые страны, входящие в Евросоюз, Польша, страны Балтии — выступают против этого проекта.

— Энергетическая политика Евросоюза — это прекрасный пример того, как евросообщество может играть ведущую роль на глобальном уровне. Изменение климата в этом плане — хороший ответ. Но вторая сторона этой медали в том, что я не хочу питать иллюзий. Именно энергетическая политика, получение энергоносителей, принимаемые в сфере энергетики решения — во многом относятся к национальной компетенции стран-членов Евросоюза. Хороший пример этому — строительство North Stream. Здесь речь идет о решении немецкой компании, и Евросоюз как таковой не играет никакой роли в этом проекте. Что касается энергетической политики Евросоюза, то она далеко не однозначна.

Мыкола СИРУК, «День»
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments