Если человек не встанет с колен, то недалеко он сможет пройти.
Иван Драч, украинский поэт, переводчик, киносценарист, драматург, государственный и общественный деятель

Стефан Романив: О важности интеллектуальных инициатив для самосохранения диаспоры и строительства могучей Украины

«Если мы, 60 млн украинцев, будем едины, можем много чего еще обрести»
4 февраля, 2019 - 18:09

На прошлой неделе Киев посетила делегация от Всемирного Конгресса Украинцев (ВКУ),  целью которой было провести стратегическое планирование своей деятельности с украинским правительством, а также с религиозными лидерами. В ряде событий и встреч в Киеве принял участие также первый Вице-президент ВКУ Стефан РОМАНИВ. Несмотря на плотный график пан Стефан нашел время приехать в редакцию «Дня» и ответить на актуальные вопросы о деятельности ВКУ и украинской общины в Австралии.

«ПЛАНЫ ВКУ И МИД ДОЛЖНЫ СОВПАДАТЬ»

«День» начал общение с ним с просьбы более детально рассказать о цели визита делегации ВКУ:

— Мы собрались для стратегического планирования, встречались с представителями министерства иностранных дел. Для нас это очень важно, потому что наши планы должны совпадать. Кроме того, мы встречались с главами церквей — блаженнейшими Епифанием и Святославом, поскольку церковная часть для нас также очень важна. Обсуждали, что будем делать и как, какой является роль диаспоры, Украины. Мы также поддерживаем новую концепцию: уже говорим не диаспора Украины, а 70 млн украинцев во всем мире.

Кроме того, мы хотели наладить конструктивные связи  с редакцией газеты «День», так как нам нужно продвигать наши мысли шире.

Например, скоро будут парламентские и президентские выборы. Каковой является позиция  ВКУ? Мы не будем агитировать за то, как голосовать, потому что это не наша роль. Но можно устанавливать определенные критерии к кандидатам в президенты. А что касается парламентских выборов, то есть вопросы, что дальше делать. Ведь есть определенные законы, касающиеся украинской диаспоры: вопросы зарубежного украинства, двойного гражданства, процессы возвращения в Украину и т.п. Принимая во внимание, сколько украинцев выехало, мы немного шокированы. В Последние дни мы слышали, что за 5 лет 10 млн украинцев выехало за границу. Если эта статистика является правдой, то в Украине — 32 млн украинцев.

СТЕФАН РОМАНИВ ПОЛУЧИЛ В ПОДАРОК ОТ ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА ЛАРИСЫ ИВШИНОЙ ДВА ИЗДАНИЯ ИЗ БИБЛИОТЕКИ «ДНЯ»: «ВАШИ МЕРТВЫЕ ВЫБРАЛИ МЕНЯ» ДЖЕЙМСА МЕЙСА И «AVE», ПОСВЯЩЕННУЮ СТОЛЕТИЮ ГЕТЬМАНАТА ПАВЛА СКОРОПАДСКОГО

Поэтому мы обсуждали стратегию, сотрудничество, противодействие российской дезинформации, вопросы войны, что мы можем делать для помощи Украине со стороны Австралии, Канады, Америки или Европы. Мы также сообщили руководству государства здесь, что мы изменили структуру  ВКУ. Одной из наших главных ролей является поддержка наших общин. ВКУ имеет представительства в более чем 60 странах мира, и мы бы хотели дать им надлежащую поддержку, чтобы они могли себя сохранить, развиваться и быть влиятельной силой в помощь Украине.

«НАМ НУЖНО СОБРАТЬ УКРАИНСКИЙ ИНТЕЛЛЕКТУАЛ»

— Например, у «Дня» есть проект «Украина Incognita», также на страницах нашей газеты разворачиваются дискуссии относительно интеллектуального наследия украинской эмиграции. Есть ли у вас подобные проекты?

— Есть разные аспекты относительно деятельности  ВКУ: политический, культурная дипломатия и т.п.

Наши общины в Америке, Канаде, Австралии, других местах выдали внушительные суммы денег, чтобы были ректораты украинистики. И там находится украинский интеллектуал.

Мы, например, имеем сейчас совещательный совет. Мы привлекает в него людей, которые могут нам помочь не только работать практически, но также в видении нашей философии. Вчера у нас было совещание с Львовской политехникой, с которой мы сотрудничаем. До сих пор наши связи касались конференций, вопросов украинского языка, но мы им предложили другой вариант, что нам нужно собрать украинский интеллектуал, который бы исследовал вопросы самосохранения, как Украина может стать мощным государством, что нам нужно делать. Нужно иметь свою идеологию и философию.

Помимо  ВКУ я также занимаюсь вопросом  ОУН, бандеровцев, и мы говорим о новом манифесте. Я думаю, мы собрали наши лучшие силы, чтобы в конце проанализировать и осовременить понятие национализма. Потому что в 2019 году вопрос национализма не значит, что нужно быть либеральным, но нужно приспосабливаться к другим обстоятельствам.

Мы говорили об этом и с пани Ларисой Ившиной. Думаю, что мы будем ближе сотрудничать с вами по этой линии. Ведь пани Лариса имеет определенное виденье.

Возможно, у вас в планах есть издание книги о судьбах всех украинцев, попавших в Австралию и другие страны за рубежом?

— Да, но я не знаю, будет это книга или в виртуальном формате. Есть люди, много сделавшие не только для украинской диаспоры. Я вам приведу пример: в Австралии живет инженер Юрий Семкив, он является выдающимся украинцем, австралийцем, он много сделал для общины и известен за свои достижения в австралийском обществе. Мы сейчас стараемся договариваться о том, как это сделать. Ведь вы говорите о 60 странах мира, о многих людях. Мы это назвали «Музей украинской диаспоры», им будет заниматься Львовская политехника, в нем будет содержаться информация о том, где есть наши общины, что в них есть та информация о выдающихся украинцах, которые что-то сделали для Украины и для страны, где они живут.

«РОДИТЕЛИ САМООТВЕРЖЕННО РАБОТАЛИ, СПЛАЧИВАЛИСЬ И БЫЛИ «РЕЧНИКАМИ САМОСТІЙНОЇ УКРАЇНИ»

— А можете немного больше рассказать об особенностях украинской общины в Австралии, чем она отличается от других диаспор? Иногда ее называют идеологической.

— Мой отец приехал в Австралию из Тернополя, а моя мама была немкой. У меня до сих пор есть чемоданчик, с которым они приехали.

Мы сейчас как раз отмечаем 70-летие поселения украинцев, поэтому мы больше изучали некоторые вопросы. Когда украинцы приехали, они были разрознены, а затем нашли себя. Когда мне кто-то говорит, что мы живем в Австралии 20 лет и не могли найти украинскую общину, не знали, где наши церкви и тому подобное, то я отвечаю, что они имеют то, чего не имели наши родители, — это Google. То есть если ты хочешь найти общину, ты ее найдешь. Они построили народные дома, церкви, школы, молодежные, женские организации, кредитные организации, дали нашему поколению, нашим детям, внукам все то, благодаря чему, если ты хочешь быть украинцем, ты можешь быть им. Ты, может, будешь другим украинцем, чем твой дед или прадед, но в конце концов есть все возможности.

Нас сейчас 48 тыс. украинцев. Есть очень интересный феномен, связанный с этим. Согласно предыдущей переписи населения, было 36 тыс. украинцев в Австралии. В 2001 году я был главой Парламентской комиссии по вопросу многокультурности, и мы тогда договорились с бюро переписи о том, что при переписи можно было вписать свое происхождение и вероисповедание. И после этого в 2011 году было 36 тыс. человек, которые вписали, что они украинцы или украинского происхождения. Через пять лет цифра выросла на 10 тыс., потому что мы вели определенную кампанию за 6 месяцев перед переписью, чтобы люди это вписывали.

Так же, как все наши диаспоры, до 1951 года наша диаспора была политической, «послами самостійної України», мы имели комитеты национальных и человеческих прав, у нас был Левко Лукьяненко, Оксана Мешко и другие.

Кто бы подумал? Но в 2019 году, с учетом того, что делает Россия, мы учредили такие комитеты. Мы имели, например, молодежные организации, союз украинской молодежи и Пласт, Рідне шкільництво, они дали все то, что нам нужно. Вопрос в том, ценим ли мы все это, как мы это будем использовать. Мы склоняем головы перед нашими родителями, потому что они много сделали, и теперь вопрос в том, как все это скрепить, и это имеет вызовы. Поскольку ассимиляция много чего делает. Почти 70% семейных пар являются не чисто украинскими, а смешанными. Это большой вызов. В вопросе украинских школ мы видим упадок. С другой стороны, наши стейтовые (это как у вас областные) общины играют ключевую роль. За последние два-три года мы видим большое возрождение и активность этих общин. Те, кто приехал из Украины 15-20 лет назад, тоже включаются. Никто ни перед кем двери не закрывает, и мы счастливы, что есть дополнение из Украины, потому что оно дало нам новый стимул. Например, у нас был щедрый вечер в греко-католической церкви, большинство людей, которые там, — это те, кто приехал из Украины в последнее временя, со своими семьями.

Для нас это большой плюс, родители самоотверженно работали, сплачивались и были «речниками самостійної України», которые требовали от австралийского правительства. Мне сейчас легко с английским языком встретиться, вести разговор с каким-то министром. А наши родители в 1955 году встречались с премьер-министром, министром иностранных дел, министром эмиграции и т.п. Если бы мы наполовину были такими, как наши родители, мы были бы счастливыми.

«УКРАИНСКАЯ ОБЩИНА В АВСТРАЛИИ СДЕЛАЛА МНОГО В ВОПРОСЕ ПОЗИЦИИ ПРАВИТЕЛЬСТВА В ПОЛЬЗУ ПОДДЕРЖКИ УКРАИНЫ»

— Имеет ли наша община влияние на принятие решений австралийским правительством?

— Австралийское правительство каждые 10 лет пересматривает свою политику в иностранных делах. После MH-17 каждый, кто хотел, мог внести свое виденье. И Союз украинских организаций Австралии внес свое виденье. Они приняли часть относительно австралийско-российских отношений. Там четко прописано, что пока Россия не будет подчиняться, мы будем иметь достаточно холодные связи с этой страной. Поэтому влияние есть.

У нас есть посольство Австралии в Киеве. Союз украинских организаций в Австралии был очень влиятелен в этом вопросе. Сначала оно было временным, но уже будет до 2020 года. Вчера (интервью записывалось 30 января. — Ред.) у меня была встреча с послом Австралии и представителями посольства. И есть признаки того, что думают над тем, чтобы оно было на более длинный период.

Община активно принимает участие в общеавстралийских мероприятиях. Например, недавно был День Австралии. Наша община в Виктории, южной Австралии пропагандирует украинскую культуру и т.п. Сфера влияния разная, но украинская община в Австралии сделала много в вопросе позиции правительства в интересах поддержки Украины и противостояния России.

Какие есть возможности для обмена молодежью для обучения и какова сейчас ситуация с преподаванием украинского языка, истории в Австралии?

— Вопрос украинского языка, без сомнения, является проблемным для нас.

Что касается обмена, то наша молодежь часто приезжает или в УКУ, или в Киево-Могилянскую академию, или в другие вузы. Как раз в конце февраля к нам приедет группа бизнесменов из УКУ и тех, кто их поддерживает, в Сиднее состоится фандрайзинг — банкеты для поддержки. В Университете Монаша есть ректорат имени Мыколы Зерова. Хотя там учится мало студентов, но интересно, что большинство в этой малой группе — не украинцы.

Я думаю, что языковой вопрос немного связан со смешанными браками. Но с другой стороны, родители должны принять решение, будет ли ребенок разговаривать на украинском языке.

Но обмены мы поощряем. Например, в этом году краевая управа Союза украинской молодежи организует турне «Стежками батьків»,  во время которого они побывают в Европе, в главных интересных украинских пунктах, оно закончится в Мюнхене по случаю годовщины Бандеры. Благодаря этому молодежь будет интересоваться историей своих родителей, прадедов и историческими местами.

Украинский язык изучается в субботних школах, в них преподают учителя, которые приехали из Украины и имеют украинское происхождение. Например, я являюсь экзекутивным директором организации Community languages Australia. Мы имеем 110 тыс. учеников, 100 разных языков, и мы лоббируем в правительстве финансирование. Преимущественно перед выборами мы получаем определенное повышение, есть государственная помощь, хотя она могла бы быть большей, а остальное доплачивают родители. Но также есть общественные, церковные школы в субботу или в пятницу вечером.

«МЫ ПОСТОЯННО ПРОТЕСТУЕМ ПРОТИВ АГРЕССИИ, АННЕКСИИ КРЫМА, ТРЕБУЕМ ОСВОБОЖДЕНИЯ НАШИХ ЛЮДЕЙ»

—  ВКУ всегда активно реагирует на событии в Украине и на случаи эскалации агрессии Россией. Какой является ваша неизменная позиция в этом вопросе и что вы делаете для того, чтобы остановить агрессию и помочь освободить военнопленных моряков в России?

— Сразу после агрессии прежде всего мы выходили на улицы. Когда в Брисбене состоялась Большая двадцатка, мы лоббировали, чтобы Путина не приглашали. Когда его пригласили, мы дали ему почувствовать, что мы не хотим видеть его в Австралии. И это были не только украинцы, к этому также присоединились некоторые члены российской общины, австралийцы, и Путин убежал.

Вопрос НАТО, евроинтеграции мы лоббируем в наших правительствах. Это же касается вооруженной помощи. Вместе и посольство, и община работали, Украинский конгресный комитет Америки договорились и добились помощи оружием. Мы знаем, сколько Канада сделала в вопросе помощи. Мы все стоим на позиции, что международное сообщество должно продолжать санкции. Европа каждые шесть месяцев пересматривает санкции, а Австралия ввела санкции на два года. Но вопрос — что дальше делать. Нужно понять, что с Путиным не договоритесь. Видим, сколько Украина выполнила по Минским соглашениям, а Россия их не придерживается.

Со стороны ВКУ мы постоянно протестуем против агрессии, аннексии Крыма, требуем освобождения наших людей, регулярно все напоминают своим правительствам, что еще есть война. И мы подчеркиваем, что это война. Мы имеем определенную стратегию, она работает в том, что мы даем знание в этом деле, но также необходима эффективная помощь из разных стран. Недавно у нас была с визитом Ульяна Супрун, и мы с ней обсуждали помощь в вопросе реабилитации. У нас были Игры непокоренных, которые посетили Иванна Климпуш-Цинцадзе, министры Полторак и Аваков, заместитель министра финансов и другие. У них также были встречи с австралийскими политиками, чтобы их убеждать. И из этого также есть определенные выводы. То же самое делается в Америке, Канаде, Европе, Аргентине, Бразилии и так далее.

«ДЛЯ НАС КРИТЕРИЕМ ЯВЛЯЕТСЯ, КОМУ ВЫ ДОВЕРЯЕТЕ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ УКРАИНЫ, КТО БУДЕТ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИМ»

— Скоро в Украине состоятся выборы. Планируете ли вы принимать участие в наблюдательных миссиях, тем или иным образом помогать?

— Мы принимаем участие во всех выборах, будет миссия наблюдателей и на президентских, и на парламентских выборах. Главой нашей миссии будет бывший глава ВКУ Евгений Чолий. Мы уже начали вопрос регистрации в ЦИК, будем проводить тренинг. Кроме того, мы особо не ходили ни на какие собрания политических партий, где делались заявления о выдвижении в президенты, потому что нашей обязанностью является наблюдать, вырабатывать критерии относительно кандидатов. Для нас одним из самых главных критериев будет выбор: Россия или Европа. Для нас также критерием является, кому вы доверяете Вооруженные Силы Украины, кто будет главнокомандующим.  Мы видим выбор так: или Украина, или Путин. Поэтому вы будете избирать или проукраинских, или пропутинских кандидатов. А с другой стороны, мы призываем, чтобы люди голосовали, шли на выборы.

«МЫ ИМЕЛИ ОЧЕНЬ СИЛЬНОГО ГЛАВУ В ЛИЦЕ ЧОЛИЯ, И ТЕПЕРЬ ИМЕЕМ СИЛЬНОГО ПРЕЗИДЕНТА ПАВЛА ГРОДА»

— Недавно Всемирный конгресс украинцев возглавил Павел Грод. Что скажете о нем? Каких изменений можно от него ожидать?

 — Павел — из Канады. Он был главой очень мощного общества — Конгресс украинцев Канады. Его стратегия охватывает все элементы: ребенок рождается, крестится, идет в украинскую школу, в молодежные, студенческие организации, общества и т.п. Поэтому сильное общество базируется на том, чтобы помочь украинцам себя реализовать. Также Павел выступал за то, чтобы децентрализовать  ВКУ, то есть мы имеем теперь шесть разных регионов, чтобы дать возможность вице-президентам по этим регионам созывать свои советы.

Организация общин и общественная жизнь в Австралии, или в Америке, или Канаде отличается от Сингапура, Дубаи, Японии или Китая. Например, в Китае есть 100 тыс. украинцев. И первое, что мы будем делать, это налаживать контакты, чтобы создать какую-то общину. Общины в Португалии, Испании, Италии — также очень важны. И Павел выступает за то, чтобы они себя реализовали. Это немного иной подход, чем у Евгения Чолия. Он, как предыдущий президент, осуществил много поездок и много сделал даже для вопроса Томоса. ВКУ один из первых ехал к Вселенскому патриарху, чтобы оказать этому делу поддержку. То есть мы имели очень сильного главу в лице Чолия, и теперь имеем сильного президента Павла Грода.

— Расскажете больше о помощи, которую оказывают украинцы в Австралии нашему государству? Есть ли какие-то гуманитарные инициативы для Донбасса?

— Например, я сегодня был на общем собрании «Защита патриотов». Мы в 2014 году финансово помогали этой программе. Для прошлых «Игр непокоренных» община собрала 128 тыс. долларов на реабилитацию. Теперь мы ищем партнеров для этого дела. В период Революции Достоинства были большие сборы — свыше 300 тыс. долларов. Например, наша греко-католическая церковь собирает деньги на Каритас. Наши женские организации делают большую работу для гуманитарной помощи Украине. Каждая организация пытается как-то помочь.

«НЕЗАВИСИМО ОТ ТОГО ОДИН ЧЕЛОВЕК ИЛИ 10 МИЛЛИОНОВ ПОГИБЛИ — ФАКТОМ ЯВЛЯЕТСЯ ТО, ЧТО ЭТО БЫЛ ГЕНОЦИД И ЕГО НУЖНО ОСУДИТЬ»

— Вы неутомимо работаете над тем, чтобы мир знал как можно больше информации о Голодоморе. Как вы оцените ситуацию сейчас с признанием Голодомора геноцидом? И как, в частности в Австралии, доносите правду о тех событиях?

 — Я возглавляю международный комитет по признанию Голодомора геноцидом. 17 стран мира признали Голодомор геноцидом в какой-то форме. Мы были причастны к акции к 75-летию во времена Ющенко, акции «Незгасима свічка», которая объехала 33 страны мира. Наш лозунг тогда и теперь «Украина помнит — мир признает». Также мы были причастны к строительству памятника Голодомора в Киеве и музея. Теперь мы этот музей развиваем, будем достраивать. Правительство дало 30 млн долларов на это. Мы имеем совещательный совет, который также будет искать деньги в диаспоре. К 85-летию Голодомора также была акция «Запали свічку». Она была очень эффективной благодаря сотрудничеству с МИД Украины.

Часто есть дискуссии относительно того, сколько людей погибло во время Голодомора. Мы были посредниками в том, чтобы не допустить ненужных дискуссий.  ВКУ, например, отверг позицию института исследования в Киеве, где говорится о 3,9 млн и 600 тыс. нерожденных, так как мы считаем, что эту статистику нужно проверять. Мы влияли на создание Института национальной памяти.

Ввиду того, что сейчас открыты другие архивы, мы также предлагали создать институт, чтобы изучить вопрос, сколько людей погибло. Но мы не должны это делать на фоне 85-летия Голодомора. Мы оставили эту миссию созданному Институту, и он пусть изучает этот вопрос. Например, евреи придерживаются одной цифры, а мы придерживаемся позиции: независимо от того один человек или 10 миллионов погибли — фактом является то, что это был геноцид и его нужно осудить. Мы работаем с министерством иностранных дел, представителем Украины в ООН, чтобы там также продвигать это дело. Мы наладили хорошие связи с правительственными кругами. Мы вместе работаем, имеем стратегический план. Выполняем ли мы все на 100%? Нет. Но это намного лучше, чем когда-то было.

По вашему мнению, что нужно делать, чтобы больше стран признало Голодомор геноцидом?

— Наши послы и общества должны работать над этим и представлять аргументы. В Америке Конгресс и Сенат приняли резолюцию по признанию Голодомора геноцидом. Мы это сделали благодаря Джеймсу Мейсу и его комиссии. Например, Россия и страны, расположенные близко к ней, не будут признавать Голодомор геноцидом, но есть много других государств, с которыми нужно работать. Поэтому нужны общества, которые политически будут работать над вопросом признания Голодомора геноцидом.

Раньше вы говорили, что к 85-й годовщине Голодомора ВКУ планирует инициировать продолжение кампании за восстановление исторической правды по делу Уолтера Дюранти? Удалось ли что-то в этом вопросе сдвинуть с места?

 — Это была инициатива Любомира Луцюка из Канады к 75-летию Голодомора отобрать эту награду (Пулитцеровскую премию. — Ред.) у Дюранти. Мы и дальше будем лоббировать этот вопрос.

Нужно напоминать себе, что до определенного времени использовались советские архивы. Сегодня благодаря тому, что есть Институт национальной памяти, СБУ и другие, эти архивы теперь открыты, и мы можем говорить правду о том, что было спрятано.

Если мы, 60 млн украинцев,  будем едиными, мы можем много чего еще обрести.

Мы до сих пор говорили о войне, Голодоморе, общину. А другой страницей нашей деятельности должно быть построение имиджа Украины, экономическое развитие, бизнес и т.п. И по этой линии мы также работаем. Например, ВКУ был причастен к украинскому дому в Давосе. Большие плюсы Украины в том, что она имеет чрезвычайно интеллектуальных людей. В сфере ІТ украинские эксперты востребованы во всем мире.

«УКРАИНСКАЯ СБОРНАЯ ЧУВСТВОВАЛА СЕБЯ КАК ДОМА»

— В Украине ежегодно очень внимательно наблюдают за «Играми непокоренных». И в этом году они состоялись в Сиднее. Расскажете о ваших впечатлениях от этого события?

— Мы были очень довольны, имели эффективный комитет. Мы приветствовали участников украинской сборной в аэропорту хлебом-солью, украинскими танцами, дали им почувствовать, что они в украинской семье, что мы вместе. Во время соревнований были болельщики с флагами. Мы были на открытии и закрытии. Они действительно старались, и самое важное, что они чувствовали себя как дома, украинская община в Австралии очень тепло их приняла. Для украинцев, Украины и украинской общины в Австралии это был большой плюс.

«ЕСЛИ УКРАИНА ХОЧЕТ ПРИНИМАТЬ «ИГРЫ НЕПОКОРЕННЫХ», ЕСТЬ ВСЕ ВОЗМОЖНОСТИ...»

— Президент выразил мнение, что Украина получила в борьбе право проводить «Игры непокоренных». Как вы лично оцениваете эту возможность?

— Все будет зависеть от инфраструктуры.

Я вам приведу пример того, что можно сделать. Существует братство пчеловодов,  которое возглавляет Татьяна Васильковская. Она и ее команда восемь лет назад приехали в Австралию на апимондию — мероприятие, на которое со всего мира собираются пчеловоды. Мы поддержали их, чем могли. Цель была также провести это мероприятие в Украине. На апимондии в Австралии Татьяна стала «королевой», получила отличие за лучший стенд, впечатления. И несколько лет назад это событие состоялось в Украине в выставочном центре на левом берегу. Это была наиболее многочисленная апимондия в истории. То есть когда есть добрая воля, сотрудничество, можно многого достичь. Это хороший пример. Если Украина хочет принимать «Игры непокоренных», есть все возможности, но нужна инфраструктура. Есть основания и есть организационное умение украинцев. Так что будем ждать!

 

Наталия ПУШКАРУК, фото Николая ТИМЧЕНКО, «День»
Газета: 


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ