Вышиванка - это генетический код нации
Леся Воронюк, поэтесса, инициатор Дня вишиванки

Духовная автокефалия: почему Болгарии удалось?

Опыт Болгарской православной церкви в контексте борьбы за украинскую автокефалию
6 октября, 2016 - 16:50
АЛЕКСАНДРО-НЕВСКИЙ СОБОР В СОФИИ — КАФЕДРАЛЬНЫЙ ХРАМ БОЛГАРСКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ. СЕЙЧАС ОБЩЕСТВЕННОСТЬ СТРАНЫ АКТИВНО ВЫСТУПАЕТ ЗА ПЕРЕИМЕНОВАНИЕ СОБОРА / ФОТО С САЙТА WIKIMEDIA..ORG

На протяжении событий Революции Достоинства среди других вопросов возникает проблема украинской автокефалии. Что-то подобное происходило в жизни Болгарской православной церкви, которая сегодня входит в список четырнадцати канонических духовных центров, признанных Вселенским православием. Борьба за обособленность длилась на протяжении веков, и успех был достигнут высокой ценой.

БОЛГАРСКИЙ ОПЫТ: ИСТОРИЧЕСКИЙ БЭКГРАУНД

Христианство на территории современной Болгарии уже функционировало в первых веках после Рождества Христа. В II веке здесь были местные епископы, которые, в частности, принимали участие во Вселенском соборе в 325 году. История свидетельствует также о значительном количестве бывших воинов и в то же время — христианских миссионеров, которые после службы в Византии возвращались домой и несли сюда учение Христа. В 865 году болгарский царь Борис I (852 — 889) принимает крещение от византийского епископа, и вскоре происходит массовое крещение болгарского народа. Мы можем говорить, что что-то подобное происходило в 988 году, когда равноапостольный князь Владимир крестил Киевскую Русь. Молодая Болгарская церковь становится на некоторое время камнем преткновения между Римом и Константинополем.

В X веке Церковь сыграла значительную роль в подъеме могущества Болгарского государства. Она способствовала консолидации государственных правителей и утверждению их авторитета, стремилась объединить нацию. В 919 году на церковном Соборе в Преславе была провозглашена автокефалия Болгарской церкви и возведение ее в ранг патриархата. Однако Константинополь только в 927 году признал главу Болгарской церкви — архиепископа Доростольского Дамиана — Патриархом. В Константинополе не слишком спешили признавать титул Патриарха за преемниками Дамиана, особенно после того, как восточная Болгария была покорена византийским императором Иваном Цимисхием (971). И все же Болгарская патриархия продолжала существовать. Император Василий II Болгаробойца после завоевания Болгарии признал автокефалию Болгарской церкви, которая была возведена к архиепископии. После восстания 1185 — 1186 гг. и возобновления независимости Болгарского государства снова была организована независимая Церковь во главе с архиепископом. Вторая Болгарская патриархия просуществовала 158 лет (1235 — 1393), до подчинения Болгарии турками. За эти годы она достигла полного расцвета своих духовных сил и оставила церковной истории имена своих славных предшественников, среди которых — Иоаким I, Игнатий, Евфимий. Поражает образец служения Патриарха Евфимия, который собрал вокруг себя целую школу церковных писателей из болгар, сербов, московитов, и сам оставил несколько произведений. В 1393 году, во время кровавой войны болгар с турками, он, при отсутствии царя, был правителем и опорой для своего народа. Святитель показал высокий пример христианского самопожертвования, двинувшись к лагерю турок просить их о помиловании вверенной ему паствы. Турецкий военачальник был удивлен этим подвигом Патриарха, принял его достаточно ласково и отпустил с миром.

С падением Второго Болгарского царства Тирновская кафедра была подчинена Константинопольской патриархии на правах митрополии. До начала второй половины XIX в. болгары настойчиво требовали возобновления Болгарской церковной автономии. В связи с этим в 1858 году на созванном Константинопольским патриархом Соборе болгарские представители выдвинули ряд требований по обустройству болгарской церковной организации. Из-за того, что эти требования были отброшены греками, епископы болгарского происхождения решили самостоятельно провозгласить свою церковную независимость. 28 февраля 1870 г. был обнародован султанский фирман об основании независимого Болгарского экзархата для болгарских епархий, а также тех епархий, православные жители которых пожелают войти под его юрисдикцию. Духовенству предлагалось вспоминать Константинопольского патриарха за богослужением, сообщать ему о своих решениях и получать для своих потребностей Святое миро в Константинополе. Фактически султанским фирманом возобновлялась частичная независимость Болгарской церкви. В XX веке борьба за болгарскую автокефалию продолжалась, и она, безусловно, была созвучна с общественно-политическими событиями того времени. В 1945 году, на протяжении служения митрополита Софийского Стефана, состоялось долгожданное прекращение схизмы. Уже 13 марта того же года представителям Болгарской церкви был вручен томос, подписанный Патриархом Вениамином и всеми членами Священного синода Константинопольской церкви, которым отменялась схизма и признавалась автокефалия Болгарской православной церкви. Некоторое время Болгарская церковь руководствовалась наместником-председателем Священного синода, пока 10 мая 1953 года на III церковно-народном Соборе не был избран и торжественно интронизирован Патриарх Кирилл. Но опять-таки начались столкновения с Константинопольской церковью, духовенство которой не приняло участия в интронизации нового Патриарха. Только в 1961 году Константинополь наконец-то признал достоинство Болгарского патриархата.

МАЙДАН КАК ПЛАТФОРМА БОРЬБЫ ЗА УКРАИНСКУЮ АВТОКЕФАЛИЮ

Когда читаешь историю Болгарской православной церкви, поневоле находишь общие точки соприкосновения. У нас также были свои святители-просветители, борьба за независимость, а также видимая потребность в Церкви во время общественно-политических вызовов в государстве. 1990-е годы были не менее бурными — много конфликтов, агрессии, недоразумений в религиозной среде, немало давнишних ран, которые, безусловно, необходимо лечить. Конечно, в этой публикации мы могли бы обратиться к первым векам зарождения христианства на наших землях, представив многостраничную борьбу русского духовенства в борьбе за духовную независимость. Сосредоточим внимание на последнем трехлетии украинской новейшей истории, ведь на протяжении часового континуума, в котором находимся, вопрос единства украинского православия — более чем актуален.

Майданная история «сотрудничества» с религиозной средой, по-видимому, начинается 30 ноября 2013 года, когда студенты-протестующие нашли прибежище в Михайловском соборе. Майдан появлялся и как мультимедийная история — через фото, аудио, стриминги, комментарии в социальных сетях. И Церковь имела свой особый имидж в этой мультимедийной истории. Особенно  в этой связи стоит отметить начало возобновления идеи единой Поместной Православной церкви. 22 февраля 2014 года, как раз после кровавых событий на Институтской и гибели героев Небесной Сотни, на официальном веб-ресурсе УПЦ КП было опубликовано обращение Священного синода относительно необходимости безотлагательного преодоления разделения Православной церкви в Украине. С подобным обращением духовенство УПЦ КП обратилось и к некоторым иерархам УАПЦ. С 29 августа до 3 сентября 2015 года в храме Святой Троицы в квартале Пера Константинополя (в настоящее время — Стамбул) проходил Синаксис (Собор епископов) Константинопольского патриархата. Одной из важных проблем также был вопрос единства Украинского православия. С целью решения этого вопроса состоялись совещания более Святейшего Вселенского патриарха Варфоломея с иерархами УПЦ США и Канады. Во время этих совещаний иерархи УПЦ в диаспоре выразили, в частности, свое мнение относительного того, что проблемой для единства Украинского православия является тот факт, что одна из ветвей православия в Украине находится в составе Московского патриархата. Киевский патриархат через официальные обращения и заметки в веб-ресурсах несколько раз заявлял, что статус митрополии, тем более — в составе Вселенского патриархата — для этой Церкви является неприемлемым. УПЦ КП согласна оставаться только в том же статусе — автокефальной Церкви с предстоятелем в сане Патриарха.

В июне 2016 года состоялся Всеправославный собор на острове Крит, в котором приняли участие 10 из 14 православных церквей. Накануне проведения Собора Патриарх Кирилл «заблокировал» внесение вопроса об украинской автокефалии в повестку дня, хотя РПЦ не принимала участия в Соборе. За несколько дней до открытия Собора на Крите, подобно истории болгарского православия, Верховная Рада Украины направила обращение к Патриарху Варфоломею, в котором народные избранники попросили обратиться к вопросу Поместной церкви. Безусловно, сам документ не мог быть рассмотрен на протяжении Собора, поскольку не входил в повестку дня, и все же в церковных кулуарах было немало разговоров об этом. В завершающем документе самого Всеправославного собора содержится упоминание об Украине: «Война и кровопролитие должны быть прекращены, чтобы воцарилась справедливость, вернулся мир и стало возможным возвращение людей, лишившихся своих домов. Мы молимся за мир и справедливость в странах, которые проходят через тяжелые испытания, — странах Африки и в Украине». Официальные же документы РПЦ не признают факт проведения встречи на Крите. Синод РПЦ засвидетельствовал, что Всеправославный собор на Крите — это лишь «Собор предстоятелей и иерархов десяти Церквей», а его решения не «отображают консенсус».

И все же последние события в Украине, выход общества на новую ступень в коммуникации с Церковью побуждают нас к единству. Для украинского христианского пространства наступило длительное время вызовов. Предполагаю, что будет немало событий, которые воспрепятствуют засвидетельствованию поместности. Однако, как бы ни складывался пазл, мы должны понимать, что религиозный фронт — намного важнее геополитических, политических, экономических устремлений. Когда нас превратят в духовных марионеток, мы окончательно проиграем войну. Поэтому позитивные процессы духовной среды Болгарии побуждают нас также использовать этот опыт — не опускать рук, объединяться, отбрасывая личные стереотипы и предубеждения.

Юлиана ЛАВРИШ
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments