Кто знает грех только по словам, тот и о спасении ничего не знает, кроме слов.
Уильям Фолкнер — американский писатель, прозаик, лауреат Нобелевской премии по литературе

О двух отдельных мирах-3

Почему в Украине не могут достичь взаимопонимания «верхи» и «низы»?
20 июля, 2018 - 13:14

Эта элита, в отличие от шляхетской, дистанцировалась от католицизма и унии и выступила в роли «защитников православия». В то же время казаки начинают претендовать на роль продолжателей государственных и социально-политических традиций Древней Руси. Такие претензии видим, например, в «Протестації» киевского православного митрополита Иова Борецкого, в «Віршах на жалісний погреб. Петра Конашевича-Сагайдачного» и некоторых других произведениях того времени.

Возникнув на славяно-тюркском пограничье, украинское казачество, невзирая на доминирование в нем славянских элементов, впитало в себя и немало элементов тюркских. Среди казацких лидеров-повстанцев были люди тюркского происхождения. Таким был Тарас Трясило и, вероятно, Павел Бут (Павлюк). Существовали также известные казацкие роды тюркского происхождения. Например, Кочубеи. Казацкие повстанцы 20—30-х гг. XVII ст. имели определенные связи с крымскими татарами и получали от них помощь. Со временем крымско-татарский фактор начал играть заметную роль в противостоянии казаков, с одной стороны, шляхты и магнатов, с другой. Особенно это касается восстания под руководством Богдана Хмельницкого, которое у нас в последнее время именуется революцией. Значительную часть повстанческого войска во время Хмельнитчины составляли крымские татары. Также крымско-татарское войско играло заметную роль в событиях после Хмельнитчины, которые стали ее продолжением.

Не прибегая к детальному анализу этой революции, которую можно было бы назвать Большой украинской революцией, отметим следующее. Как и в любой социальной революции, главным ее следствием стало перераспределение собственности и трансформация социальной элиты. Немало шляхтичей на украинских землях потеряло свою собственность. Причем это были не только польские и полонизированные шляхтичи. Среди них встречаем немало православных и униатов, которые считали себя русинами. Зато обогатилась казацкая верхушка. На месте старой появилась новая элита, сформированная как из простонародья (казаков и покозаченых крестьян и мещан), так частично и из благородных элементов, которые не успели полонизироваться.

ЦЕНТРАЛЬНАЯ РАДА СВОЕЙ НЕСПОСОБНОСТЬЮ РЕШАТЬ НЕОТЛОЖНЫЕ ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ ОПЯТЬ ЗАСВИДЕТЕЛЬСТВОВАЛА, КАКОЙ ГЛУБИНЫ ДОСТИГ В УКРАИНЕ РАСКОЛ МЕЖДУ «ЭЛИТОЙ» И «НАРОДОМ» / ФОТО C САЙТА WIKIPEDIA.ORG

БЕЗЭЛИТАРНАЯ НАЦИЯ?

Что же касается ХVIII-XIX ст. не стоит говорить, что имперская русификация малорусского дворянства была полной. Некоторые потомки казацкой старшины (в большей или меньшей степени) продолжали сохранять специфическое малорусское сознание. Среди них были распространены идеи автономизма. Это нашло проявление, в частности, в появлении произведения «Історія русів», который стал очень популярным среди дворянства на территории Левобережной Украины. Не менее популярным было это произведение среди представителей украинской диаспоры, которые поселились в российских столицах — Петербурге и Москве. Указанное произведение говорило об отдельности русов-украинцев от россиян, об их «былой славе». Со временем мотив «былой славы» становится распространенным среди украинских поэтов-романтиков, большинство которых были выходцами с дворянской среды. Немало дворян на территориях прежней Гетманщины (это преимущественно были земли Полтавской и Черниговской губерний) широко пользовалось украинским языком. Поэтому именно из их среды появилась первая классика современной украинской литературы. На основе диалектов земель прежней Гетманщины создавался современный украинский литературный язык. Эти территории в период национализма стали местом, где начинала формироваться современная украинская нация.

И все же малорусских дворян с «украинским сознанием» оказалось не так много, чтобы создавать критическую массу для модерного национального формирования. Большинство из них предпочитало становиться людьми российско-имперской культуры и быть патриотами империи.

Поэтому «отцы» современной украинской нации апеллировали не к «верхам», а к народу. Народничество, усиленное к тому же романтичными идеями, стало для них «религией». Так, Николай Костомаров специально обращал внимание на то, что украинцы постоянно теряют свою элиту. В частности, такие мысли встречаются в его работе «Дві руські народності»: «Доля південноруського племені влаштовувалася так, що ті, хто висувався з маси, звичайно втрачали і народність; за старих часів вони ставали поляками, а нині — великоросами: народність південноруська постійно була і тепер залишається надбанням простої маси. Якщо ж доля відцурається тих, хто висувається зі сфери прадідівської народності, то вона якось їх поглинає знову в масу і позбавляє набутих переваг». То есть безэлитарность украинцев Николай Костомаров трактовал как «долю». При этом как-то «забывалось», что русы-украинцы в давние времена имели свою элиту. Об этом даже пытались говорить казацкие летописцы и «Історія русів». Делая вывод о безэлитарности украинцев, Николай Костомаров подталкивал к мысли, что они должны были служить «материалом» для россиян — хотя и достаточно ценным.

При этом Николай Костомаров и его соратники пытались в пропагандистских текстах подать безэлитарность украинцев как добродетель или даже преимущество, которое поможет им стать народом-мессией. Такой подход наблюдаем в «Книзі битія українського народу» (в 1847 г.), созданной в среде Кирилло-Мефодиевского братства. Считается, что ее автором был Николай Костомаров.

БЫЛО ЛИ НАРОДНИЧЕСТВО ПРИЧИНОЙ ПРОИГРАННЫХ ОСВОБОДИТЕЛЬНЫХ СОРЕВНОВАНИЙ В 1917—1920 ГОДАХ

 В конце Первой мировой войны украинцы, как и другие народы Центральной и Восточной Европы, которые входили в состав имперских государств (России, Австро-Венгрии, Германии), получили возможности создать национальные государства. Причем шансы украинцев выглядели очень хорошо. Но эта возможность, по большому счету, так и не была реализована. Создание марионеточной Украинской Социалистической Советской Республики, в которой даже некоторое время осуществлялась украинизация, а также возникновение многочисленной украинской политической эмиграции, — таким был фактический результат освободительных соревнований 1917—1920 лет.

Конечно, существовал ряд причин, которые привели к поражению украинцев в тогдашние времена. Анализ их — отдельная тема. Но одной из главных причин (если не главной!) была «разбалансированность» украинской элиты и народных масс.

Если говорить о тогдашней украинской элите, то в целом она не имела развитого украинского национального сознания. Значительная часть ее на украинских землях, которые входили в состав Российской империи, идентифицировали себя как россиян. Другая часть, которая в целом осознавала свое украинское происхождение, часто принадлежала к людям российской имперской культуры. Например, таким был Павел Скоропадский, сыгравший заметную роль в украинских освободительных соревнованиях 1917—1920 годов. Достаточно прочитать его мемуары, где четко прослеживается этот русофил. То же можем сказать о Владимире Вернадском — организаторе Всеукраинской академии наук. И о многих других. Такие люди с осторожностью относились к украинскому национальному движению, даже демонстрировали свою неприязнь к его представителям. Что-то подобное можно сказать об элитах Галичины, Карпатской Украины, Буковины и Мараморщины. С тем лишь отличием, что имели их представители не пророссийскую ориентацию, а, соответственно, пропольскую, провенгерскую и прорумынскую.

Во главе украинского национального движения оказалась немногочисленная часть элиты, которая имела украинское сознание. Преимущественно это были интеллигенты, мелкие служащие, низшие чины офицерства. Среди них было крайне мало промышленников, предпринимателей, помещиков, офицеров и администраторов, которые занимали бы высокие положения.

Эти люди не имели надлежащего управленческого опыта. Поэтому надеяться на то, что они должным образом организуют институции независимого государства, не стоило. Центральная Рада, которая в начале освободительных соревнований являлась главной политической ячейкой украинского движения, оказалась малоэффективной. Сформированные ею украинские государственные институции действовали плохо. Чувствовался кадровый голод. Большой ошибкой Центральной Рады было нежелание формировать украинские военные структуры. Зато Центральная Рада использовала красивые заявления, раздавала щедрые обещания. Но не спешила их выполнять.

Приход к власти гетмана Павла Скоропадского в апреле 1918 г., казалось бы, должен был исправить ситуацию. При власти оказались люди, имевшие и военный опыт, и опыт государственного управления. Действительно, во времена гетманата были сделаны существенные шаги в формировании государственных структур и культурных институций.

Но, к сожалению, гетманская власть пренебрежительно относились к украинскому национальному движению. Дистанцировалась она и от украинского населения. Для нее оно, по большей части, было «чужим» — по крайней мере в плане культурном.

Общественный консенсус во времена гетманата так и не состоялся. Во-первых, Павел Скоропадский не нашел общий язык с представителями украинского национального движения. Правда, и последние не очень спешили навстречу гетману. Например, Павел Скоропадский предлагал Михаилу Грушевскому заняться организацией и возглавить Всеукраинскую академию наук. Однако тот отказался от такого предложения. Зато позже пошел на сотрудничество с большевиками.

Не будем дискутировать, кто больше виноват в том, что Павел Скоропадский и его окружение не нашли общего языка с национал-демократами. Виновны и те и другие. И для одних, и для вторых это имело негативные последствия. Лидеры украинского движения организовали восстание, сбросив Павла Скоропадского. Однако, получив власть, они скоро ее «потеряли». А в конечном счете погибло молодое Украинское государство.

Во-вторых, правительство Павла Скоропадского проводило жесткую социальную политику, которая вызывала недовольство среди широких слоев населения, в частности крестьянства. Именно во времена гетманата разворачивается повстанческое движение, имевшее социальный характер. Например, тогда заявил о себе Нестор Махно. Он сумел собрать вокруг себя сторонников, воевавших под анархистскими лозунгами. Большинство этих анархистов происходило из украинских крестьян.

В настоящий момент Украина оказалась перед серьезными вызовами. Имеется в виду не только война с Россией на Донбассе. Это также то, что Украина по уровню жизни стоит на одном из последних мест среди стран Европы, из-за чего отсюда идет интенсивное вымывание трудовых ресурсов. В конечном итоге, Украина имеет серьезные демографические проблемы — заметно сокращается ее население. Чтобы ответить на эти вызовы, как раз и необходима общественная консолидация. А над этим нужно еще много работать, чтобы найти понимание между «верхами» и «низами».

Окончание. Начало читайте

«День» № 117-118, № 122-123

Петр КРАЛЮК
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments