Всякому городу - обычай и права
Григорий Сковорода, украинский просветитель-гуманист, философ, поэт, педагог

Почему проект «Новоросcия» – не птица-феникс

или Об истории мертворожденного замысла
29 января, 2016 - 11:18
ПЛАКАТ С ВЫСТАВКИ «УКРАЇНА ВІД ТРИПІЛЛЯ ДО СЬОГОДЕННЯ» / ФОТО РУСЛАНА КАНЮКИ / «День»

Недавно Институт истории Украины НАН Украины опубликовал второе измененное издание монографии «Проект «Новороссия» і новітня російсько-українська війна» (Киев, 2015. 182 с.). Одним из ее авторов является доктор исторических наук, профессор Запорожского национального университета Галина Федоровна ТУРЧЕНКО. Приглашаем ее  к разговору об исторической судьбе Новороссии.

Зиновий ПАРТИКО: Галина Федоровна, когда и как, по вашим данным, «родилась» Новороссия? Кто, говоря образно, был ее отцом и матерью?

Галина Федоровна: Впервые на карте Южной Украины Новороссийская губерния появилась в 1764 г. Тогда это были земли украинских казаков — Вольности Войска Запорожского. Автором, если хотите — «мамой», этого проекта была Екатерина ІІ. Когда ее придворные — то есть «родители» — подготовили документ об основании новой губернии и услужливо предложили для нее название Екатерининская, царица отбросила это предложение и назвала губернию Новороссийской. В этих теплых, солнечных краях даже планировалось построить третью столицу Российской империи.

Но это было лишь начало грандиозного плана. Его продолжение получило название «Греческий проект». План ставил задачу закрепиться на берегах Азовского и Черного морей, разгромить Османскую империю и захватить Константинополь, легендарный Царьград, откуда пришло на Русь православие, и стать не больше не меньше — «третьим Римом».

З. П.: Как происходило «взросление» этого «ребенка» — Новороссии? Рос здоровеньким или, простите на слове, хиленьким?

Г. Ф.: Как известно, Константинополь, как ни старались, захватить не удалось. Он остался турецким, то есть в конечном итоге «Греческий проект» провалился. Что же касается так называемой Новороссии, то она на политической карте оставалась до 1874 г., пока не растворилась в других административно-территориальных образованиях. Соответственно, о ней стали забывать. Что осталось, — это название Новороссийского (Одесского) университета и несколько газет наподобие «Новороссийский край», выходивший в 1908—1911 гг. Больше ничего не осталось. Не было ни «Новороссии», ни новороссов. Были украинцы, россияне, евреи, греки и другие, а вот «новороссов» не было. Состоялось несколько демографических переписей. Однако никто не хотел идентифицировать себя как «новоросса». А какая же «Новороссия» без «новороссов»?

Однако даже не используя само название «Новороссия», этот проект пытались реализовать также представители Временного правительства и большевики. Так, Временное буржуазно-либеральное правительство, которое после Февральской революции 1917 г. пришло на смену царизму, стремилось оторвать южный и восточный регионы от Украины, которая І Универсалом объявила свою автономию. Юг и Восток (Харьковскую, Екатеринославскую, Таврическую и Херсонскую губернии) Временное правительство считало частью этнической России. Автономию Украины Петроград соглашался признать лишь в пределах «четырех с половиной» губерний — Киевской, Полтавской, Волынской, Подольской и Черниговской (частично). Так решали в Петрограде. В который раз подтвердилась известная истина: российская демократия заканчивается там, где начинается украинский вопрос. Но абсолютное большинство населения Слобожанщины и Южной Украины не восприняло такую политику Временного правительства и выразило желание видеть свой край составной частью единой автономной Украины. В конце концов, вопреки позиции Временного правительства Центральная Рада осенью 1917 г. распространила свою юрисдикцию на Юг и Восток Украины.

Снова это название появилось на карте Украины в 1919 г., когда Юг Украины захватили белогвардейцы. Деникинцы возобновили дореволюционные порядки и название «Новороссия». Но это продолжалось лишь несколько месяцев. Впоследствии преемник А. Деникина — генерал П. Врангель — под воздействием политической конъюнктуры (воевать ему пришлось в северном Причерноморье и Приазовье) вынужден был признать украинскую принадлежность Юга и даже предложил тогдашнему руководителю Украинской Народной Республики С. Петлюре равноправные отношения и взаимопомощь. Кстати, П. Врангель в своих листовках к местному населению обращался на их родном языке: «Сини України!».

Когда к власти в России пришли большевики, то в своем отношении к южноукраинскому региону они продолжили традицию царской власти и Временного правительства. Началось создание на территории Южной и Восточной Украины советских республик, которые подчинялись российскому центру. От советской Украины отрывали наиболее развитые восточные и южные территории, разумеется, те самые, которые еще недавно Временное правительство не желало отдавать автономной Украине.

Однако региональные советские образования (Донецко-Криворожская республика, Одесская советская республика, Николаевская уездная социалистическая трудовая коммуна, Советская республика Тавриды) оказались нежизнеспособными. Игнорирование их украинского характера, непродуманные социально-политические эксперименты, реквизиция и контрибуции, конфискация хлеба и вывоз его в Россию разбалансировали все сферы жизни. Руководители этих квазигосударственных «республик» ничего не могли противопоставить наступлению войск Украины и тогдашних ее союзников — Германии и Австро-Венгрии. Юг Украины с весны 1918 г. снова стал частью Украинской Народной Республики.

Хотя Центральная Рада, режим генерала П. Скоропадского и Директория УНР ориентировались на разные формы социально-экономического уклада, однако относительно принадлежности южного и восточного регионов к Украине они были единомышленниками. В начале 1919 г. большевики вынуждены были отказаться от идеи разделения Украины путем возобновления на ее территории региональных советских республик, подчиненных России. Они успокоились тем, что Украинская ССР, в состав которой вошел южный и восточный регионы с их населением и ресурсами, оказались под полным контролем Российской коммунистической партии (большевиков), следовательно, и под контролем новой Российской империи.

Таким образом, в течение 250-летних украинско-российских отношений, просматривается общая позиция всех российских режимов в отношении к южноукраинскому региону: отрицать украинский характер этого региона и воспринимать его как «исконно русские» территории, на которые Россия якобы имеет все права.

З. П.: Галина Федоровна, вписывался ли Крымский полуостров в Проект «Новороссия» со времени возникновения этого проекта и вплоть до наших дней? Или, может быть, Крым играл роль Близнеца, то есть еще одной Новороссии?

Г. Ф.: С Крымом особая история. Если Юг не стал Новороссией потому, что его заселили украинцы, то в Крыму на момент присоединения его к России в 1783 г. жили татары и сотни тысяч выведенных туда в плен (ясырей) украинцев. Россиян там не было вообще. Однако царизм начал быструю интеграцию Крыма в империю. В 1783 г. Крым был включен в состав Новороссийской губернии. После реорганизации в 1802 г. на базе Новороссийской губернии была создана Екатеринославская, Херсонская и Таврическая губернии. Именно в Таврическую губернию и вошел Крым. С 20-х г. ХІХ в. Крым стал частью Новороссийско-Бессарабского генерал-губенаторства. Следовательно, Крым, как и другие южноукраинские земли, воспринимался царской властью как Новороссия.

Составляющей политики российской имперской, а впоследствии и советской власти стал лозунг «Крым без крымских татар!». Таким образом, в 1944 г. всех татар из Крыма вывезли. Фактически это был акт геноцида (кстати, недавно именно так оценила этот факт своим законом и Верховная Рада Украины). Но полуостров так и не стал частью России, поскольку и географически, и экономически он был связан с Украиной значительно теснее, чем с Россией. Поэтому в 1954 г. руководство СССР вынуждено было признать жизненные реалии и Крым стал частью Украины. После распада СССР на свою историческую родину начали возвращаться крымские татары.

После выселения татар, в 1944 г. началось очередное заселение Крыма выходцами из Российской федерации. Масштабы таких переселений свидетельствуют о том, что с 1917 по 2001 г. количество россиян там выросло с 42 до 58%.

Для татар оккупация Крыма Россией в 2014 г. — это повторное возвращение к скитаниям и трагедиям прошлого, это, если хотите, — повторный геноцид. А для украинцев и россиян, проживающих в Крыму, это возвращение в тоталитарное прошлое, снижение жизненного уровня, это жизнь в неосоветском островном гетто.

З. П.: Связываете ли вы современные попытки оживить, гальванизировать Новороссию с какой-то внутренне— или внешнеполитической ситуацией в Российской империи, не важно — прежней или нынешней?

Г. Ф.: Это очевидно. Нынешнее руководство России стремится возродить империю. Вся его политика направлена именно на это. В Москве никогда всерьез не воспринимали независимость Украины. К ликвидации Украинского государства там готовились с начала 90-х годов. Готовились разносторонне, системно. Достичь этой цели стремились разными методами. А Украина в эти годы, хотя и медленно, петляя, но шла своим путем — в Европу. Когда стало очевидно, что мирными методами ее не остановить, Россия решила осуществить военно-политическую агрессию, использовав для этого прогнивший, заплесневелый, изъеденный молью Проект «Новороссия». Необходимо было хотя бы какое-то идеологическое оправдание этой агрессии!

Кстати, чего скрывать, некоторые граждане юга Украины на этот проект «повелись». Но после увиденного в Крыму и на Донбассе, думаю, желание стать «новороссами» у многих явно пропало. Хотя фанатики, конечно, остались.

Будем надеяться, конец российским «проектам» наступит достаточно скоро. Распад Российской империи в нынешнем ее состоянии — впереди, поскольку это рано или поздно случается со всеми империями. Так произошло с Римской империей, испанской, британской, австрийской, советской и многими другими. Это — аксиома, подтвержденная всей мировой историей. Отрицать ее — значит быть полным слепцом.

Интервью подготовил Зиновий ПАРТИКО, Запорожье
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments