... Все были готовы на жертвы, знали, что не сегодня-завтра их уничтожат, но их волновало прежде ли знать мир об этом, или мир что-то скажет? .. И вторая проблема - еще более духовная: будет кому помолиться за всех, кто погиб?
Александр Быковец, священник

Живой Стус: штрихи к портрету

Соратница великого Поэта, правозащитница, журналистка, общественный деятель Маргарита Довгань рассказывает о неожиданном и таком близком гении
24 сентября, 2020 - 19:02

Есть разные пути к постижению масштабов исторической личности, ее взлетов, прозрений, ошибок, ее уникальности. Есть разные пути к Василю Стусу. Можно изучать глубокие, профессиональные исследования о его творчестве, новаторстве его поэзии, мировоззрении в целом. Можно — и это крайне необходимо — просто читать им созданное (не только стихи, но и эпистолярное наследие и публицистику).

Но существует еще один путь. Слушать воспоминания людей, которые на самом деле близко знали Поэта, не один год дружили с ним, постигли его душу. К большому сожалению, когда-то достаточно широкий круг таких личностей (Михайлина Коцюбинская, Евген Сверстюк, Иван, Надежда и Леонид Свитлычные, Ирина Калинец, Опанас Заливаха и др.) существенно сужается.

Но есть личности, благодаря общению с которыми чувствуешь: живой, неканонический, реальный Стус становится ближе. Среди них — Маргарита Константиновна Довгань, известная «шестидесятница», близкая к кругу национал-демократической интеллигенции, журналистка, писательница. Она, как и ее покойный муж, выдающийся украинский скульптор Борис Довгань, знала Поэта со средины 1960-х годов — и эта дружба продолжалась до гибели Стуса в концлагере близ села Кучино (Пермская область) в сентябре 1985-го. Когда я переступил порог уютной квартиры пани Маргариты на Печерске, то почти сразу увидел небольшой фотопортрет Василя Семеновича среди картин, репродукций произведений искусства, других ценных артефактов. Что-то подсказало: это — не просто обычная фотография. Маргарита Константиновна объяснила: это фото Василя на Колыме, в 1977 году. Он в том же году направил его мне и мужу ...

А еще Маргарита Довгань показала большую желтую папку с надписью: Василь Стус. В ней — бесценные рукописи десятков писем Поэта к ней и к пану Борису, интервью, фотографии, вырезки из газет.

11 сентября пани Маргарита отметила 90 лет со дня рождения. Но она, как и всегда, остается человеком собранным, сильным, деловым (в лучшем смысле слова). Ее дни расписаны по минутам. И, назначая время для встречи, хозяйка попросила немного подождать, посмотрела в блокнот: какой день и какое время свободны.

Читатель, наверное, увидит, что память пани Довгань хранит немало интересных моментов об общении со Стасом. Ей действительно есть что вспомнить.

«ВАСИЛЬ ДЛЯ МЕНЯ — ОЧЕНЬ БЛИЗКИЙ ЧЕЛОВЕК, НА ПЛЕЧИ КОТОРОГО ОПИРАЮСЬ В СЛОЖНЫЕ МОМЕНТЫ БЫТИЯ»

— Как вы сейчас, когда Василя Семеновича уже 35 лет нет с нами, после 20 лет тесной дружбы с ним (вашей и мужа — пана Бориса) — как вы в  2020 году представляете себе его образ?

— Я никогда не представляю Василя в каких-то абстрактных образах. Он рядом со мной всегда живой, всегда чувствую присутствие его. Если бы я не была реалисткой, то увидела бы в этом элементы какой-то мистики. Ночью даже читаю его стихи — как будто сама себе ...

В последнее время у меня появилась такая мысль: такого человека, как Василь Стус, — вслед за Шевченко и Линой Костенко — для меня это три вершины украинской поэзии, вообще нашей культуры, — могла породить только высокодуховная украинская цивилизация. Ведь наша история очень давняя — аж до времен Трипольской культуры (семь тысяч лет) — и достигает таких вершин, как Шевченко и Стус (для меня они — два собрата) и их духовная сестра Лина Костенко.

И еще добавлю: убеждена, что творчество Стуса неопровержимо доказывает — всем политическим негациям придет время смерти, Украина предстанет как мощное государство европейского типа.

Словом, Василь для меня — не просто великий поэт, но и очень близкий человек, с которым я советуюсь, на плечо которого опираюсь, особенно в сложные моменты бытия ...

«КОГДА Я ВПЕРВЫЕ УВИДЕЛА ПОЭТА — ПОЯВИЛСЯ НЕЗАБЫВАЕМЫЙ КЛАССИЧЕСКИЙ ОБРАЗ: «ПРОФИЛЬ ДАНТЕ»

— Теперь, если вы не возражаете, пани Маргарита, перейдем ближе к конкретике. Когда вы впервые увидели Стуса? Какое впечатление он на вас произвел?

— Это было, если не ошибаюсь, в середине 1965 года.  Оживленное, суетное метро «Крещатик». Я поднимаюсь по эскалатору вверх, только остановилась, сойдя с последней ступеньки, и просто вплотную увидела перед собой удивительную картину, впечатляющий дуэт Он и Она. Очевидно, они за миг до этого только встретились. Этот дуэт, который я увидела в профиль, поразил значимостью и образностью. Мужской мужественный, энергичный профиль немного склоненной головы — и хрупкая головка девушки, которая челом припала к его груди. Тонкий и нежный девичий профиль ... Как-то сразу в голове предстал незабываемый классический образ — Данте и Беатриче, его возлюбленная (как на чеканном медальоне). Я прониклась этим, образ прочно запечатлелся в памяти — но нужно было «спускаться с неба на землю», потому что журналиста «ноги кормят», так что  — скорее дальше по делам!

Через месяц-другой в издательстве «Молодь» выходит сборник стихов Николая Бажана — то было время завершения короткой хрущевской «оттепели». Там, в частности, было напечатано произведение Николая Платоновича «Гофманова ніч» — страшное, если внимательно вчитаться, для советской власти; кстати, Стус всегда очень высоко ценил творчество Бажана. Иван Дзюба, в то время редактор «Молоді», мой дружеский советчик, рекомендовал обязательно написать об этом сборнике. И добавил, что мог бы это лучше сделать аспирант Института литературы АН УССР, талантливый молодой поэт Василь Стус.

Бегу в институт — в первую очередь к начальству, как положено. Директор, профессор Николай Шамота, по моей просьбе подобрать автора рецензии, говорит: «Идите к Стусу, это наш самый талантливый аспирант». Я вспоминаю об этом Шамоте, потому что через очень короткое время он начал поливать Василя буквально последними словами (после мужественного гражданского выступления Поэта в кинотеатре «Украина» 4 сентября 1965 г. с протестом против политических репрессий в отношении интеллигенции) и подписал приказ об отчислении Стуса из аспирантуры и института.

Итак, стучу в дверь в комнату, где работает Василь. Слышу удивительный, доброжелательный баритон: «Заходите, пожалуйста». Открывает дверь — и остолбенела на пороге: вижу перед собой того самого «Данте с Крещатика»!

Василь охотно согласился написать рецензию. Как я уже говорила, он уважал Бажана, хотя и критиковал его за «ленинско-сталинские» строки. Но «Гофманова ніч» мгновенно перекрыла всю эту макулатуру.

СТУС И ТЫЧИНОВСКИЙ «ПОЦЕЛУЙ БОЛИ»

— Но это было только начало вашей дружбы с поэтом? Что было потом?

— А потом была совместная работа в отделе научной информации Министерства промышленности строительных материалов УССР (он находился в «погребке» по ул. Владимирской, 16, почти там, где посольство Узбекистана). На инженерную работу нам хватало два часа в день, чтобы подготовить информацию о «передовиках промышленности». После этого было время для других дел. Замечу попутно (не детализируя), что тогда произошли два довольно острых момента в моей жизни, когда Стус очень серьезно помог мне, буквально подставил плечо.

Итак, Василь тогда имел время для творчества. К тому времени он писал большую статью — исследование творчества Павла Тычины «Феномен эпохи». Сейчас говорят, что Стус очень остро судил Тычину за, образно говоря, «поцелуй Папской туфли» (то есть за переход на позиции служения советской власти). Но Василий очень ясно понимал, что это был на самом деле «поцелуй боли» — потому что за той мишурой, которая исходила от Тычины во времена «советизации», он однозначно видел Гения украинского слова. Стус первый склонил мою душу и сердце к музыко-поэзии Тычины, в его ранних произведений, драматических, даже трагических по своей сути.

Незадолго до своего ареста Василь дал мне почитать уникальную книгу — сборник стихов Тычины «Замысть сонетів і октав» (1920 год, выпущенная киевским издательством «Друкарь»). Эта книга и сейчас в моей библиотеке (показывает уникальное издание, небольшое по формату. — И. С.). И теперь, даже в свои 90 лет, почти ежедневно раскрываю ее — сама или с друзьями. Потому что это — дорога память о Василе. И не нужно мне больших томов о нашей истории страшных большевистских революционных бурь! В этой книжечке есть об этом — все есть, по сути и образно. Эта книга дает мне также ощущение, что Василь здесь, со мной, с нами ...

«КОГДА ВАСИЛЯ ВПЕРВЫЕ АРЕСТОВАЛИ, ТО Я ЗНАЛА, ЧТО ВСЕРЬЕЗ — КОГДА « СОВЕТЧИНА» БЕРЕТСЯ ЗА ЧЕЛОВЕКА, ТО ДОВОДИТ ДЕЛО ДО КОНЦА»

— А как вы узнали о первом аресте Василя Семеновича?

— Это было в январе 1972 года. Василь тогда ездил во Львов — и мы тоже, как на «причастие», знакомиться с Галичиной, которая дала нам очень многое, фактически «второе дыхание» в жизни для Украины.

И через несколько дней, уже в Киеве, услышала от Вали (жена Поэта) об обыске у него дома. И об аресте. Когда Василь не пришел на работу, я почувствовала, что нужно как-то отозваться, позвонила к Вале, и тут — такая страшная весть ... Я встретилась в тот же день с Валей (где именно, уже не помню) и почувствовала в тот момент особую «теплую волну» к ней — желание быть как можно ближе к ней, чем-то помочь. Я знала, что это всерьез — когда «советчина» берется за человека, доводит дело до конца по своему жестокому «пониманию». Поэтому я чувствовала, что нужно быть возле Вали — и тогда подошла к ней.

А потом был — в камере — первый «взрыв» гениальности Стуса. Стихи из цикла «Час творчості». Заметьте, в камере! Перед Поэтом тогда со всей жестокой силой, во весь рост встала «проблема из проблем»: может ли человек ради своих животворных творческих порывов становиться жертвой силы, которой будет оказывать сопротивление — фактически перед лицом смерти!

«ВЫСОКИЕ ДУХОВНЫЕ СИЛЫ У ЧЕЛОВЕКА ПРОЯВЛЯЮТСЯ ТОГДА, КОГДА ОН ПРЕДСТАЕТ ПЕРЕД ЛИЦОМ СМЕРТИ»

— В одном письме Стус написал: «До 1972 года я был украинофилом. Украинцем меня сделали тюрьма и мордовские лагеря...»

— Это — сущая правда. И вот поразительный вывод, который подтверждает и жизнь Василя, и его гибель: высокие духовные силы у человека проявляются тогда, когда он предстает перед лицом смерти!

Ведь Стус был живым человеком, а не сооружением из стали. И ему, естественно, было мучительно больно чувствовать страдания матери, отца, жены, сестры, у которых отнимают самое дорогое — их родного Василя. Почитайте его письма — как он все понимал. Но вселенское чувство любви — к Украине, к людям, к жизни — превозмогало все. Его позиция (особенно после 1972 г.): или «белое», или «черное», другого не дано. Даже на пороге смерти! Не случайно КГБ-шные «эксперты»-психиатры поставили Поэту такой диагноз: «патологическая честность». Только вдумайтесь!

Вообще, думая о Стусе, постоянно спрашиваешь себя: он имел силу жить в абсолютном соответствии со своими убеждениями. Сказать, что таких людей (особенно сейчас) очень мало — это не сказать ничего. Откуда, по вашему мнению, он принимал эти силы?

— Это вообще почти невозможно. А признать, что это все-таки возможно, мы сможем только тогда, когда в Украине наконец появится личность сопоставимого со Стасом масштаба. Василь, возможно, единственный человек в нашем народе, который просто не мог отступить от своего идеала. Это — голос протеста целой нации (Василь это прекрасно осознавал, что видно из его стихов, публицистики и писем). Такого человека могла породить только исторически зрелая и духовно глубокая нация. Оттуда он, видимо, и черпал силы и вдохновние.

«СТУС СОГЛАСИЛСЯ ПОЗИРОВАТЬ МОЕМУ МУЖУ-СКУЛЬПТОРУ ПРИ УСЛОВИИ: «ЕСЛИ ПОЗВОЛИТЕ В ЭТО ВРЕМЯ ЧИТАТЬ»

— Расскажите, пожалуйста, как ваш муж, пан Борис Довгань, создал знаменитый скульптурный портрет Стуса — одно из лучших живописных постижений Поэта.

— Это было в 1968 году. Наши с Василем столы в подвале на Владимирской, 16, стояли вплотную. И я часто видела Василя в профиль — это профиль поражал меня своей энергетической силой. А совсем близко, на Большой Житомирской, был другой подвальчик, где работал мой муж Борис. И однажды, когда Василь курил в отдаленном уголке коридора (он, если курил, всегда деликатно прятался), я его поймала и предложила: «Согласишься, если мой Борис создаст твой скульптурный портрет?». И на вопрос Бориса: «Будешь позировать?» — Василий сразу дал добро, но с условием: «Если позволите в это время читать». На этом и договорились.

«КОГДА ВАСИЛЬ ВЕРНУЛСЯ В КИЕВ В АВГУСТЕ 1979-ГО, Я ПОЧУВСТВОВАЛА В ЕГО СЕМЬЕ АТМОСФЕРУ «ТРЕВОЖНОЙ РАДОСТИ»

— Вспомните, пожалуйста, август 1979 года, когда Стус вернулся из Магаданской ссылки. Что вы помните об этом времени?

— Когда Василь вернулся с магаданского Крайнего Севера — мне позвонила Валя, и я немедленно прибежала к ним. Сразу почувствовала атмосферу «тревожной радости». У Василя, помнится, было какое-то напряженное и растерянное выражение лица. И я интуитивно почувствовала, что есть какая-то определенная напряженность между отцом и сыном, Дмитрием. Возможно, не произошло еще тогда полное восприятие друг друга, не ощущалась атмосфера полной радости ...

Я чувствовала, что после тюрьмы и лагеря «окружающая среда» — из числа «рядовых граждан» — как-то избегает людей. Мне казалось, что нужно дать ему свободно дышать, отвлечь Василя от этой обстановки, так сказать. Поэтому я предложила Василю и Вале поехать отдохнуть в Чорторию, живописные заводи Днепра под Киевом (почти там, где Троещина). Красивые луга, чистая вода, девственная природа, солнце ... Василь и Валя согласились.

О СТУСЕ И «РЫБАКАХ В ШТАТСКОМ»

— Выбрались туда, пошли по лугам пешком. Идем мы — и вдруг кто-то заметил: как будто автомашины «прыгают» на определенном расстоянии от нас, но не очень далеко. А ведь заповедный (в то время, 1979 год) луг! Какие могут быть машины? В чем дело? Присмотрелись: а это на самом деле одна-единственная черная «Волга», подпрыгивая по траве, следит, едет за нами, да так едет, что мы решили: машин несколько.

Наконец, выходим к озеру — а там уже по меньшей мере с десяток «рыбаков в штатском» ждут нас. Борис заметил, что на их удочках даже не было наживки. След КГБ был явный.

Но я хорошо помню настроение Василя в те недели и месяцы (уже 14 мая 1980 г. он был снова арестован и из концлагеря уже не вернулся): не нужно своей персоной приводить тень на друзей. Такое ощущение было не только у Стуса.

Возможно, самый важный вопрос. Вы уверены, что поэта убили (именно убили, сердечный приступ или другие причины здесь ни при чем) в ночь с 3 на 4 сентября 1985 года в концлагере близ поселка Кучино Пермской области?

— Я знаю, что у Василя действительно были очень серьезные проблемы со здоровьем. Однако уверена: это было убийство. Недаром Левко Лукьяненко, который сидел вместе со Стасом в том же концлагере, идя в камеру после смены, слышал его слова: «Таки убили, гады!» И когда я вижу, как под давлением Медведчука «энд компани» СМИ уже начали «осторожничать», касаясь этой трагической темы, — это мне противно и мерзко. Нужно же помнить: Москва не могла допустить, чтобы в Украине был свой кандидат в Нобелевские лауреаты (а Василя выдвинул Генрих Белль). Нужно было заставить Поэта замолчать — любой ценой.

Что вам известно о судьбе последнего сборника Стуса «Птах душі», который был изъята у него в Кучино КГБ-стами (и скорее всего, уничтожены)? Есть ли надежда разыскать ее?

— Надежда, как говорится, умирает последней ... Скажу только, что по инструкциям КГБ все материалы должны обязательно храниться в архивах «конторы» — не уничтожаться. Но той банде законы были не писаны. Однако, возможно, что-то найдется (а сборник, вполне возможно, гениальный).

И последний момент. Поделюсь цитатой из письма Стуса к вам (лето 1979-го, Магадан) из шестого тома Собрания сочинений Поэта (Львов, 1997 г., всего там опубликовано восемь таких писем к вам): «Может, увидимся в Киеве? Но этот город, особенно предолимпийского времени, мне не нравится. Наверное, как и я ему тоже. Впрочем, все свое ношу с собой, как и свой «портативный Киев». Но там несколько дорогих мне лиц. Среди них — и Твое, и всей семьи Твоей...»

— Это письмо хранится у меня дома. Я знаю его наизусть.

Позвольте, пани Маргарита, сердечно поздравить Вас с 90-летием, пожелать здоровья, творческого вдохновения, взлетов духа!

— Благодарю вас.

Беседу вел Игорь СЮНДЮКОВ, «День»
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ