Я - для того, чтобы голос моего народа достойно вел свою партию в многоголосом хоре мировой культуры.
Олекса Тихий, украинский диссидент, правозащитник, педагог, языковед, член-основатель Украинской Хельсинской группы

Модный манифест от Олега Скрипки

Лидер «ВВ» — о мышлении экологическими категориями, европейскости и хорошем вкусе
19 марта, 1996 - 18:34
ОЛЕГ СКРИПКА «ПРИЖИЛСЯ» В «Дне» ЕЩЕ С 2004 ГОДА / ФОТО РУСЛАНА КАНЮКИ / «День»

У Олега Скрипки и «Дня» своя история общения и сотрудничества длиной в почти пять лет. 18 июня 2004 года на страницах газеты вышел обширный анонс об интересном проекте лидера «ВВ» — этно-фестивале «Країна мрій». А через месяц — рассказ о самом фесте (в две подачи!).

Истории известен не один пример, когда в сложные и смутные времена прогрессивные единомышленники группировались, создавая собственную среду. Так было и в нашем случае. Задолго до оранжевых событий каждый (тогда — сам по себе) готовил контекст для изменений. Без него не будет основы для политических и общественных реформ. Олег записывал новые альбомы, гастролировал, организовывал вечерницы, вводил моду на этно. Мы же положили начало серии «Библиотека газеты «День», в книгах которой начали открывать Украину Incognita. Пока не пересеклись и не осознали, что наши инициативы созвучны, и поэтому нужно объединять усилия.

На днях Олег Скрипка наведался в редакцию с новым предложением — выступить основным информационным партнером фестиваля «Країна мрій», который в этом году будет иметь экологический акцент.

— Олег, на ваш взгляд, украинское общество и, в частности украинские музыканты, готовы начать мыслить экологическими категориями?

— Вполне. Просто нужно, чтобы «Країна мрій» и «День» выступили катализаторами этого процесса. Та же мода на этническую одежду, предложенная на наших вечерницах, со временем вызвала резонанс в обществе.

Все мы хорошо знаем, как загрязнены Днепровские склоны, холмы Андреевского спуска... В конце концов, все вокруг Киева. И не только. Приезжаешь в Карпаты — и они загрязнены. Я был удивлен, что намусорено даже в местах, находящихся далеко в горах, куда без проводника не так легко добраться. То же самое на Полтавщине, куда наведываюсь к родственникам.

Мы планируем провести три акции в Киеве: уборку Голосеевского леса, какого-нибудь водоема и холмов Андреевского спуска. Мы хотим бросить клич по Украине — присоединяться к нам, взявшись за уборку на местах. «Країна мрій» предлагает это делать с пением и танцами. Та музыкальная группа, которая откликнется на наш зов и проявит наиболее старательную социальную позицию, будет приглашена на фестиваль. А чтобы определить победителя, для рассмотрения будем принимать видео.

— Как вы считаете, той критической массы людей, которая выбирает ценности, пропагандируемые «Країною мрій», стало больше?

— Мне хотелось бы сказать, что таких людей большинство. Но, к сожалению, их меньшинство. Но это меньшинство очень качественное. Самые преданные активисты этнического движения — студенты. Они открыты к сотрудничеству, их как волонтеров активно мы привлекаем к сотрудничеству. Видимо, эта молодежь и мы с вами из когда-то, можно сказать, маргиналов превращаемся в украинский мейнстрим.

— На первом фестивале «Рок-Січ», проводившемся на Трухановом острове в Киеве, вы сказали, что выступаете за музыку свободных людей. Имеется ввиду то поколение, которое присоединяется к нашим с вами инициативам?

— Я бы не использовал здесь понятие поколения. Думаю, в каждой генерации найдется какой-то процент свободных людей. Не так давно читал о том, что некоторые молодые украинцы, не заставшие советщину, с нескрываемым удовольствием носят футболки с портретом Ленина (может, считают, что это модно?), танцуют под ремиксы Юрия Антонова и называют гривни рублями... А есть дяди в возрасте, чья большая часть жизни прошла при Советском Союзе, но они эту систему не восприняли и внутренне остались свободными.

— Где-то до 2004 года вы довольно жестко высказывались о том, что в Украине тотально господствует массовая культура, то есть попса. Даже были причастны к созданию Клуба эстетического неповиновения. За эти почти пять лет многое изменилось? Также интересно услышать ваше мнение о стиле подачи культурного массива, открывающегося украинцам?

— Изменилась сама ситуация в информационном пространстве. Но я не скажу, что положение вещей изменилось существенно или же в лучшую сторону. Оно просто изменилось. Даже в то прокучмовское время существовал мощный интернет с украинским наполнением. Сегодня он также существует, но интернет с антиукраинским содержанием, можно сказать, преобладает.

Есть отдельные СМИ, как «День», которые думают о стилистике верстки, текста, когда речь идет о том, как лучше представить украинскую культуру. Кстати, я недавно открыл для себя журнал «Перец» — роскошное издание. Я его выписываю и дарю всем своим друзьям.

— Иначе говоря, нет системного подхода к популяризации своей культуры, представления собственной истории?

— Если сравнить Украину с Францией, то последняя обрела политическую свободу после Великой французской революции в конце ХVIII века... Кроме того, нужно учитывать психологию украинцев. В частности, мы — интроверты. Делаем все медленно, зато умело. Лет эдак через десять, когда без эмоций будем вспоминать настоящие времена, осознаем, что это были шаги в верном направлении. Мы с вами — люди быстрой реакции и в определенной степени страдаем, что мы впереди, а общество где-то плетется позади. В действительности тем, кто опережает свое время, никогда не было просто. Это, как во время поездки в Париж, куда я попал с туристической группой. Ты уже многое осмотрел, даже успел скупиться и хочешь еще посмотреть историко-архитектурные памятники, а другие из твоей группы, накупив банальных дешевых сувениров, идут, оглядываясь во все стороны, еще и едят уличные хот-доги... Это такое страдание! Оторваться от группы нельзя. А если и можно, то ненадолго. Потому что вы вместе приехали, вместе и будете возвращаться домой. Мы в такой же ситуации. Украинское общество неоднородно. Одни предпочитают борщ фаст-фуду, но слушают ремиксы Антонова. Другие бьют себя в грудь — мол, патриоты, а потом вспоминают о какой-то там славянской идее... Одним словом, постепенно учимся быть украинцами.

А нам с вами нужно создавать свою среду для общения, где почувствуем себя комфортно. И осознать свою роль. Потом ориентироваться на самих себя или же наших единомышленников. Потому что работаем на перспективу и уже сейчас видим, каким украинский мир будет завтра.

— И каким?

— Это качественный микс, в частности, из «Країни мрій» и умных, конструктивных, а, главное, позитивных статей, напечатанных в вашей газете.

— Позитив бывает разным. Есть позитив, который создаете вы, а есть тот, который создает «Комеди клаб». Какой позитив сегодня нужен украинцам?

— Все, что мы делаем, должно быть не только положительно, но и качественно. Этого качества на сегодняшний день в нашем обществе очень не хватает. Особенно качества вкуса. Это касается всего, что мы воспринимаем, — архитектуры, песен, кулинарии, телевидения. Все сделано вроде бы неплохо, но вкус — никакой. Старая Европа построена на аристократическом вкусе. Любая песня, идущая в эфир, не может быть хуже определенного уровня — по лирике, тексту или даже сведениям.

— Это, собственно, и есть контекст: кулинария, архитектура, телевидение. Это то, что держит планку общества. Кто или что в Украине удерживает эту планку?

— У нас не зря сейчас проявляется влечение к традициям, потому что в них — концентрат вкуса. Люди, занимающиеся народной одеждой, рассказывают, что национальная вышиванка до 1960-х годов была одна, а потом качество как отрезало. Вкус исчез — в узорах, в пропорции, в цвете. Авангард общества не зря обращается к традициям. Там мы можем учиться. Поэтому нужно хорошо изучить свою культурную традицию и ориентироваться на людей, стоящих в авангарде культурного общества. Кроме безвкусия, у нас также есть проблема недоверия к исполнителю. Много хорошего мы просто не видим и не замечаем, так как привыкли, что все у нас делается некачественно. Каждый сам себе гетман в своем культурном пространстве. К тому же, мы не умеем кооперироваться. И политики здесь подают нам прекрасный пример.

— Между прочим, о политической карьере (как ваши коллеги-музыканты) никогда не думали?

— Это стандартный вопрос. Во-первых, они мне не коллеги. А во-вторых, сегодня очевидно, что заниматься политикой и крутиться в мутной водичке — это синонимы. Возможностей для иной политики сейчас нет.

— Украинские вечерницы в Париже и Осло — это, можно сказать, культурная экспансия на Запад. Амбициозные планы. Как прошли вечерницы? Какой была ваша публика? Мы говорили о вашей миссии формирования позитивного имиджа Украины в России. А Европа? И посильна ли эта миссия для отдельных писателей, художников, ученых? Или все-таки необходима государственная поддержка? Ведь Украина — одно из немногих европейских государств, не имеющих своих культурных институтов в Европе и мире.

— Украинские вечерницы при поддержке государства могли бы быть в тысячу раз мощнее и громче. Не в смысле качества, а в смысле резонанса. С другой стороны, в Украине веками накапливался нереализованный культурный потенциал. Когда ты организовываешь подобные события, ты этот потенциал высвобождаешь, и он «выстреливает», как сжатая пружина. Иностранцы, бывающие на вечерницах, уходят оттуда шокированными. Прежде всего потому, что (и это уже другой вопрос) западный мир теряет энергию. Там все построено, все красиво, все можно делать, люди все умные... Но энергии для того, чтобы что-то создавать, не хватает. Эту энергию можно получать на подобных культурных мероприятиях. Когда собираются украинцы и есть все условия, чтобы провести мероприятие классно, публика сама это мероприятие создает своей энергией. Годами все это накапливалось, а потом мы эту ракушку открыли и увидели жемчужину. Все эти жемчужины мы сейчас можем сложить в очень красивое ожерелье. Но самостоятельно я это не сделаю. Следующие вечерницы мы планируем организовать в Москве на день рождения Гоголя 1 апреля. В московском клубе «Гоголь». Нас впервые мощно поддерживает украинское посольство — наши первые серьезные шаги к сотрудничеству с государством. Это очень позитивный звоночек.

— Идентифицируют ли иностранцы, ставшие гостями вечерниц, украинские коды как европейские?

— Они скорее воспринимают это как суперэкзотику. Мир уже не делится на Восток и Запад, потому что весь Восток уже на Западе. Европейцы очень любят арабские, индийские, африканские вечеринки. У меня есть такой пример: мне пришлось побывать на спектакле в Норвегии, анонсировавшемся как современные танцы. Оказалось, что это исполняющие танец живота норвежки. Это уже часть норвежской культуры. А украинская культура не является частью западной. Поэтому для европейцев наши вечерницы значительно экзотичнее африканских и таиландских. Когда украинская музыка для них будет столь же обычной, как балканская, тогда мы будем в европейском контексте. Лично я чувствую себя абсолютно европейским человеком.

— А как вы вообще себя позиционируете? Вы прежде всего музыкант? Общественный деятель? Режиссер? Вас можно увидеть на концерте в андеграудном клубе, а потом — в шоу «Танцы со звездами»...

— Я — актер, я исполняю разные роли. Так, во мне есть и андеграундная часть, но после концертов я не остаюсь в этом андеграунде на всю жизнь. Или если я участвую в гламурном проекте, я не буду всю жизнь слушать попсу. Также если я люблю этнику, то не буду всю жизнь ходить в постолах.

— Последует ли французский ответ на украинские вечерницы на Монмартре?

— Должен быть. Мы планировали вклиниться во Французскую весну. К сожалению, этого не произойдет. Потом у меня есть два плана: перенести мероприятие на другой срок или сделать этот проект в другом виде. Это может быть серия французских вечеринок.

— А «Рок-січ» состоится?

— Там ситуация такая же: либо состоится осенью, либо в следующем году.

— И также с Фестивалем героической песни?..

— Аналогично. Знаете, у меня есть склонность фонтанировать идеями и воплощать их в жизнь, но продолжать их потом сложно. Подождем лучших времен. Или подождем, пока общество предложит мне возможность организовать подобные проекты.

— Какой будет программа московских вечерниц?

— Эта программа уже наработана и, можно сказать, проверена. Это будет «Ле Гранд Оркестр», я в роли диджея и этно-трансовая группа «Чоботи з бугая». В таком же составе мы были в Париже, в Днепропетровске, Львове.

— Чем сейчас занимается ВВ?

— Мы осваиваем виртуальное пространство. Сейчас CD-диски начинают отходить на второй план. Люди пользуются интернетом и скатывают музыку через сеть. Это актуально и очень практично — презентовать свои музыкальные произведения в интернете. В мире это уже распространенная практика. Мы очень долго лелеяли песню «Ладо», снимали клип и впервые в нашей практике презентовали ее в интернете. И не ошиблись. Потому что для музыканта не столь важно, чтобы песня продавалась или была в ротации, главное — чтобы она дошла до слушателя. Так мы будем презентовать и другие песни. Пока не наберем достаточно композиций для альбома. Возможно, за год-два. Сейчас уже есть несколько записанных песен. В частности, наша версия Гимна Украины.

— Через Фестиваль героической песни вы обращаетесь не только к культурной традиции, но и к исторической. Почему? Что хотите донести?

— А культурная традиция не существует без истории. Если мы считаем себя людьми культурными, мы не можем не знать свою историю. Возможно, именно поэтому мы имеем языковые проблемы, этические, непонимание между людьми. История либо не озвучена, либо искажена. Когда ты базируешься на неистинной истории, ты ведешь себя неадекватно. Потому у нас неадекватное общество. Знание — это духовное здоровье. И если ты знаешь, что происходило в истории Украины в течение последних ста лет, ты понимаешь и сегодняшнюю политику.

— От вопросов истории к сегодняшнему дню. Имеются вопросы о Евровидении. Так и не понятно, хотели ВВ принимать участие в конкурсе или нет?

— Я рассмотрел ситуацию и понял, что для ВВ участие в Евровидении невозможно по многим причинам. Заявку на наше участие подало агентство, с которым мы работали. Меня на тот момент не было в Киеве. А когда я вернулся, то понял, что это невозможно. В частности, по причинам техническим и материальным. Уметь петь и быть гениальным — этого недостаточно.

— Но формат Евровидения устраивает ВВ?

— На сегодняшний день — не устраивает. Эти все скандалы...

— Не так давно на одном из наиболее рейтинговых отечественных телеканалов демонстрировался новый проект Святослава Вакарчука. Это удачная идея. А у вас нет намерения договориться с каким-либо из популярных каналов о трансляции «Країни мрій» или тех же вечерниц?

— Я этим постоянно занимаюсь.

— И что вам говорят?

— Неформат. Но в этом году есть все шансы работать с телевидением.

— Подводя итог нашего разговора и ваших нынешних и будущих инициатив, какой модный манифест вы бы провозгласили для украинцев? Что сегодня модно?

— Модно быть позитивным. Культурным — что значит знать историю, культуру и язык своей страны. Модно быть экологическим, этническим. Модно читать газету «День». И не курить.

Беседовали Лариса ИВШИНА, Маша ТОМАК, Надежда ТЫСЯЧНАЯ, «День»
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments