Теперь каждый украинец должен, ложась, в головы класть мешок мыслей об Украине, должен покрываться мыслями об Украине и вставать вместе с солнцем с хлопотами об Украине.
Николай Кулиш, украинский драматург, режиссер, педагог, представитель Расстрелянного Возрождения

Всадники без головы

как монументы безголовой эпохи
15 апреля, 1999 - 00:00

Недавно в украинской прессе появилось символическое сообщение из Херсона, где милицейский патруль задержал нетрезвого гражданина, в «торбе» которого находилась чугунная плита весом 15 кг с известной надписью: «Памятник архитектуры УССР. Охраняется законом». Откуда выдрал охранительный знак пьянчужка не помнил, а милиция установить не смогла: только в течение трех месяцев местные «охотники» за металлом похитили не менее трех десятков аналогичных предостережений. Найденную доску решили прикрепить к любому «осиротевшему» старинному дому.

Сытую и спокойную Данию отрезанная головка Русалочки повергла в шок. Люди приезжали со всей страны в Копенгаген, чтобы посмотреть на пострадавшую фигуру и высказать свое возмущение. Была поднята на ноги полиция, предлагалось вознаграждение тем, кто поможет отыскать преступников. Уже стали собирать средства на воссоздание памятника, но испуганные воры подбросили бронзовую голову на одну из улиц. И символ города был быстро отреставрирован. А много ли украинцев знает о том, что в прошлом году на родине Тараса Шевченко неизвестные вандалы спилили бронзового ягненка со скульптуры «Маленький Тарас»? Или о том, что в Крыму местный подонок разрушил надгробие на могиле Александра Грина, а скульптуру, символизирующую героиню романа писателя «Бегущая по волнам» распилил на куски? В общем, мартиролог достаточно обширный и пополняется ежегодно, ежемесячно, даже еженедельно.

Вот только выборочный перечень за 1998 год. В Одессе остановлен 28-летний злоумышленник, сорвавший со здания Одесской киностудии мемориальные доски с изображением Владимира Высоцкого и Василия Шукшина. С мемориального комплекса «Гостра Могила», под Луганском, со скульптурных композиций была содранная медная оковка, похищены плиты с именами погибших. Были украдены бюсты Героев Советского Союза Новоселова и Галицкого, Героя Социалистического Труда Ткаченко, государственных деятелей и деятелей культуры Панича, полковника Шпагина, скульптора Самуся, профессора Жданова и других. А в самом Луганске был остановлен 16-летний негодяй, тащивший с городского кладбища часть монумента с братской могилы воинов, погибших в годы Великой Отечественной войны. В Каневе неизвестные сорвали с подножия и разбили памятник на могиле детского писателя Аркадия Гайдара. В Киеве злоумышленники сорвали мемориальную доску, установленную в честь поэта Василя Стуса. Повреждены памятники польским воинам на Лычаковском кладбище во Львове. В Харькове со Стены скорби в Дробицком яру, где в годы войны происходили массовые расстрелы евреев, злоумышленники украли две мемориальные доски. А в Черновцах глумились над еврейскими могилами на местном кладбище. Неизвестные разрушили памятник Льву Толстому в селе Лозовое Симферопольского района. В городе Каховка Херсонской области вандалы выдрали с подножия памятника Вечный огонь и пытались утащить бронзовую звезду. В Херсоне пострадали памятники 50-летию Победы и жертвам тоталитарного режима.

Поражает и разнообразие преступлений, и их география. Волна вандализма охватила всю Украину и не спадает. С началом 1999 года Херсон «простился» с бюстом венгерского поэта Шандора Петефи, который простоял в городском сквере четверть столетия, а Одесса, не дождавшись открытия следующего «мини-монумента», на 1 апреля, лишилась «Рыбачки Сони», установленной в 1997 году.

Мотивация этих преступлений приблизительно такая. Во-первых, монументы рассматриваются ворами с утилитарной точки зрения — лом цветного металла, обработанный камень, отдельные скульптурные фрагменты для дальнейшей перепродажи или «трофей» на память. Во-вторых, памятники становятся жертвами выхода неконтролированной агрессивной энергии (обычных хулиганов), а еще — политической непримиримости.

Психология «все вокруг народное — все вокруг мое» закладывалась не одно десятилетие. Многие тянули с колхозного поля, завода, столовой — кто что мог. Рухнула империя, и этот процесс приобрел всеобщий характер. «Большие люди» выдирали большие, лакомые куски, маленькие — то, что еще остались. За годы независимости почти все присвоили. Осталось собирать крохи. Сначала стыдливо отрежем кусок медной проволоки или выкрутим предохранитель, потом втихаря снимем дверь с полузабытого сельского музея. А почему бы потом и не вытащить ограждение вокруг памятника погибшим воинам? Тем более, что сама власть показала пример, как разрушать монументы.

Как там, у Сергея Михалкова: «Из одного металла льют...» и красноармейскую «Тачанку» под Каховкой, и буквы для памятника Шевченко в Каневе... Идеология здесь ни при чем. Все исчезает в «братских могилах» коммерческих пунктов приемки цветного металлолома. Иногда порядочные приемщики сообщают милиции о предложенных им памятных знаках или фрагментах монументов, но большинство потакает ворам. Например, скупщик лома из Старого Крыма сам заставил вора, выломавшего бронзовую фигуру Фрези Грант из надгробия Александра Грина, распилить и побить ее на куски. Контроль за работой подобных пунктов скупки лома со стороны исполнительной власти и административных органов практически отсутствует. Обыски проводятся только в случаях резонансных преступлений. А сколько обычных могил разоряются на тысячах кладбищ? Тянут бронзу и нержавейку, гранитные плиты и мраморные украшения. В Луганске, в сквере Славы, с постаментов украли 15 гранитных плит, а с памятного знака на площади им. Ленина — 150 облицовочных плит из гранита. Из Риги, через прокуратуру, возвратили на Лычаковское кладбище во Львов украденную надгробную скульптуру, представляющую историческую и художественную ценность. Что там говорить об изящных вещах! Уволокли даже 300-килограммовых каменных скифских баб со двора Володарского районного музея на Донетчине. Ну, а рукоятка шпаги с памятника декабристам в белоцерковском парке «Александрия»? Ни веса, чтобы сдать на лом, ни практического применения. Очевидно, срезанное на «сувенир», украшает притон местного «герострата».

Вторая причина — обнищание духовное. Ухоженные приватизированные квартиры все больше контрастируют с заброшенными лестницами, расписанными неприличными словами лифтами и подъездами. Но в доме могут остановить неравнодушные жильцы или дворник. А в сумерках пустого парка или кладбища никто не будет мешать. Разбит на куски памятник Аркадию Гайдару в Каневе, стесано лицо памятника Льву Толстому в Крыму, осквернен бюст дважды Героя Соцтруда Макара Посмитного в Одессе. Это уже не попытка заработать грязные деньги. Это неприкрытый вандализм.

Акты вандализма с политическим подтекстом — действительно единичные. Поджог синагоги в Харькове, надругательство над еврейскими могилами в Черновцах воспринимаются как проявления антисемитизма. Повреждение мемориала польских воинов на Лычаковском кладбище вызвало однозначную реакцию в Польше. Президент Украины заявил о своем возмущении этими актами вандализма и призывал граждан, политические партии и организации осудить подобные действия, ведущие к раздору народов Украины и мешающие развитию отношений с соседями. И в результате сложилась достаточно странная ситуация: например, в Жолковском районе Львовщины хорошо ухажены польское, французское военные кладбища, спокойно спят даже солдаты вермахта в не завоеванной ими земле. А монумент на месте гибели Петра Нестерова (чье имя некоторое время носил район) хозяйственные крестьяне растащили по кусочкам. Все пошло в дело: и оцинкованное железо, и мраморные плиты, и бронзовые буквы надписей, и двери-окна из музея выдающегося авиатора. Даже ели выкопали на аллее.

Возникает извечный вопрос: что делать? Возле каждого монумента милиционера не поставишь. Не хватает средств даже на охрану больших государственных музеев. В то же время строят новые храмы, реконструируют дворцы, ведь это дает намного большие политические дивиденды вельможам, нежели кропотливый незаметный труд. Власть имущие хотят приобрести популярность, оставить след в истории. Поэтому и стремятся строить не больницы, школы, а презентабельные культовые сооружения. Шумное «возрождение» и тихое разрушение одновременно! Но строительство ведется почти исключительно за государственные, наши с вами, средства. Благотворительные фонды могут собрать деньги только на собственное содержание и на какие-то небольшие по объему проекты. Призывы к меценатам остаются «гласом вопиющего в пустыне».

Разработанный специалистами проект закона об охране памятников истории и культуры застрял на долгие годы где-то среди более важных законопроектов, рассматриваемых Верховной Радой. Так и живем по еще советскому Закону «Об охране и использовании памятников истории и культуры» 1978 года. Наказание, за повреждение и разрушение памятников, воров не пугает, ведь оно не предусматривает больше года исправительных работ. И возбужденные против похитителей уголовные дела по статье об умышленном уничтожении и разрушении памятников, как правило, до суда не доходят. Это не призыв к тому, чтобы засадить за решетку тысячи мелких бродяг. Но повышение штрафов и строгое выполнение приговоров могут заставить задуматься тех, кто еще только замыслил черное дело. Скупку металлолома также нужно поставить под жесткий контроль и ввести наказание за прием отдельных категорий изделий. Приемщики прекрасно ориентируются, где обычный лом, где украденные вещи (проволока, приборы), а где детали памятников. Да и в прессе читаешь только о том, что «Александр С.» или «гражданин К.» задержаны за повреждение памятника или о «уважаемых ученых» из экспедиции, организованной «одним из российских музеев», которые контрабандно вывозили в багаже обнаруженные античные монеты и ювелирные изделия.

К сожалению, все это только кнут. Что же предложить вместо пряника? Как приохотить население заботиться о сохранении памятников? Неучтивое отношение к своему прошлому закладывалось десятилетиями. Политические штормы, проносившиеся над Украиной на протяжении столетия, низвергали с монументов одних идолов и ставили других, разрушали одни храмы и строили новые. И все повторяется сызнова. Может, наконец, исторические памятники перестанут быть политикой и станут культурным достоянием? Только бы успели. Михайловский Златоверхий собор за свои сотни лет не успел стать. Выстоит ли новый? Если политики не могут дать гарантии, то пусть дадут хоть строители, вынужденные всего за несколько месяцев, впопыхах, зимой возводить стены Богородицы Пирогощей, Михайловского и Успенского соборов. Политика продолжается. «Верхи» используют памятники как разменную карту в азартных политических играх, а «низы» далеки от эйфории перерезания ленточек и кропления святой водой. Где-то там, в Киеве, торжественно открывают монументы новым героям, закладывают капсулы с именами первых лиц государства в фундаменты, возрождают величественные храмы, каются в беспамятстве. А вокруг сельских изувеченных бетонных солдат на местах казенных пионерских линеек растут летаргические сорняки. Спят умершие пращуры под разбитыми надгробиями кладбищ.

Игорь СИМОНЕНКО
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments