Самый счастливый человек тот, кто дарит счастье наибольшему числу людей
Дени Дидро, французский философ и энциклопедист эпохи Просвещения

«Вставай, Україно!»

С марта 1991-го по ноябрь 2013-го, или Как я открывал украинский мир
23 августа, 2013 - 09:49
ЗРИТЕЛИ ВО ВРЕМЯ ИСПОЛНЕНИЯ ПЕСНИ «ВСТАВАЙ, УКРАЇНО!» НА ФЕСТИВАЛЕ «ЧЕРВОНА РУТА». ЗАПОРОЖЬЕ, 1991 г.

Песни, как и люди, имеют свою судьбу. Одним суждено яркое рождение и долгая жизнь, другие угасают достаточно быстро. Песня запорожского композитора-песенника Анатолия Сердюка «Вставай, Україно!» сыграла свою историческую роль — в начале 90-х она поднимала и сплачивала украинцев, настраивала на патриотический лад, выступала своеобразным катализатором национального единства, способствовала ускорению процесса самоидентификации народа. Победное шествие этой песни, признанной песней-символом 1991 года, неразрывно связано с общественными настроениями, царившими в Украине накануне и во время обретения независимости. В этом году Анатолий Сердюк отмечает 25-летие артистической деятельности. Он поделился с «Днем» воспоминаниями о тех исторических событиях.

В 1990 году я с группой «Анатоль» победил на конкурсе молодых исполнителей «3-шоу-3». Там мне посоветовали поучаствовать в фестивале «Червона рута», где надо было спеть три новые молодежные песни на украинском языке. Моя мама Ульяна Михайловна купила мне газету «Літературна Україна» с поэзиями Дмитра Павлычко. Там было стихотворение «Пісня», очень актуальное: «Вставай, Україно, вставай! Виходь на дорогу свободи, де грає широкий Дунай, де ждуть європейські народи». Я изменил название, сделав его зазывным и конкретным, и положил на широкую мелодию с побудительными и одновременно пафосными интонациями. В январе 1991-го мы с ансамблем «Анатоль» начали репетировать, а первые публичные исполнения состоялись в марте и апреле на отборочных турах «Червоной рути» во Дворце культуры «Октябрьский». Летом «Вставай, Україно!» неоднократно звучала на концертах и митингах. Помню, корреспондент партийной газеты «Индустриальное Запорожье» Ярослав Фалько удивлялся: «Как можно петь такую антисоветскую песню: «Вставай та кайдани порви!» и «Що ти не рабиня Москви»?». Инструментальную фонограмму песни записал аранжировщик Александр Михайленко, а вокальные партии — звукорежиссер Николай Середа. Телевизионщики под режиссурой Наталии Федоровой отсняли видеоряд на Хортице — как я пою на днепровских скалах, и этот сюжет 6 августа показали по телевидению, в рубрике «Запоріжжя на УТ». В Украине тогда было три телеканала, два из которых московские, а один — наш, и если артиста показывали по телевидению, то об этом знала вся страна.

Запорожье в 1991 году было полностью русифицированным: на 900-тысячный город оставалась одна украинская школа. Украинский язык услышать было почти невозможно, а если кто-то на нем говорил, то на него оглядывались, как на неуча из забитого села. В школе его преподавали только с третьего класса, дважды в неделю, да и то можно было не изучать по заявлению родителей. А посещать эти уроки было непрестижно, потому что все было русскоязычным. Поэтому в детстве и юности я не знал ни Украину, ни родной язык, и только «перестройка» открыла мне дозированную правду о нашей истории и культуре.

Возможность убедиться в реальности украинского мира выпала мне на фестивале «Червона рута», который проходил в Запорожье с 9 по 18 августа. Меня поразило, что десятки артистов изо всей Украины не только пели, но и общались на украинском — такого в своей жизни я еще не видел. Каждый день был насыщен мероприятиями — творческие встречи, концерты диаспоры, «ночные кофейни» в ресторане «Россия», молебен за Украину. И все это — на украинском языке. Здесь предо мной впервые предстала реальная перспектива развития украинской песни и, в частности, моей артистической карьеры. В те дни я ходил по городу в вышиванке и пытался общаться на родном языке.

...Лауреатом я не стал, стал призером. Произошло это из-за моей юношеской нетерпеливости и неопытности. Я три дня ждал своего выступления, и меня просто распирало, так хотелось показать песню. И в канун выступления поздно вечером мы с девушками несколько раз пропели ее на холодном воздухе — для друзей и для себя. А наутро заболело горло. Я полоскал его, смазывал люголем, друзья возили меня в больницу к лору-фониатру, надо мной колдовал экстрасенс. Во время первого тура я еще смог спеть, а во втором туре голос уже постоянно срывался — произошло несмыкание связок. Несмотря на это, мне достался приз «За лучшую патриотическую песню». Песня поразило все жюри, во время моего исполнения оно даже встало вместе со зрителями в зале и ведущими на сцене. А директор «Червоної рути» Тарас Мельник назвал ее сильной и достойной завершать фестиваль. Газета «Запорізька Січ» в канун выступления напечатала ноты и текст песни «Вставай, Україно!». Редактор Анатолий Ланчик проникся моим талантом и, предчувствуя успех, заказал дополнительный тираж в 300 экземпляров. Эти газеты разложили на спинках стульев в зале, поэтому во время моего исполнения люди подпевали мне. Зал мерцал огоньками зажигалок. Когда жюри и зрители встали, у меня было ощущение, что взлетаю над сценой.

К финалу мой голос выздоровел, и я исполнил песню на гала-концерте победителей во Дворце спорта «Юность» и на закрытии фестиваля на стадионе «Металлург». Туда приехали народные депутаты, среди которых был и легендарный Вячеслав Чорновил — депутат Верховной Рады УССР, председатель Львовского облсовета и один из претендентов на должность президента. Я спел, получил приз от диаспоры, и вдруг Вячеслав Максимович выбегает на сцену, обнимает меня и дарит личные карманные часы. А дальше приглашает на трибуну, где сидят VІР-персоны. Смотрю — а там те, кого я видел только по телевизору, — Левко Лукьяненко, Лесь Танюк, Николай Поровский, Павел Мовчан. И все в один голос: «Ой, какой ты молодец!». А Чорновил мне говорит: «С этой песней, хлопче, у тебя будут проблемы. Вот тебе мои телефоны, звони, если будет нужна помощь». Оказывается, после того как «Вставай, Україно!» 6 августа прозвучала в эфире УТ, песней заинтересовалось КГБ, а руководитель Гостелерадиокомитета Украины Николай Охмакевич получил партийный выговор — за то, что пропустил такое в эфир.

...Фестивальный салют отгремел в воскресенье вечером 18 августа, а утром 19-го страна узнала, что в Москве — ГКЧП, президент М. Горбачев отстранен от власти. Мы с женой Любой вернулись домой после двенадцати ночи, а в семь утра мне звонят по телефону: «Включай телевизор!». А там — пресс-конференция мятежников. И тут, наконец, до меня дошло, что имел в виду Чорновил, когда говорил, что у меня будут проблемы. Я тогда служил сверхсрочно в военном оркестре. Был в отпуске, и меня срочно отзывали: «в войсках — повышенная боевая готовность». А я размышляю: что же меня ждет? Соловки или Колыма? Говорю жене: «Сухари готовь», а она — в слезы, не хочет меня отпускать из дома. Я в ответ что-то шучу, а у самого под «ложечкой» сосет.

И вот меня пригласили в так называемый «шестой отдел» (они были в каждой части, на каждом большом предприятии) и начали расспрашивать о фестивале. Причем спросили издевательски так: «Ну, как там, на фестивале «Красная гвоздика»? Кагэбэшники были в курсе всех событий на «Руте», отработали профессионально. Побеседовали коротко, ведь в этот день им было не до меня...

В тот же день редактор газеты «Запорізька Січ» (она единственная в Запорожье не опубликовала документы ГКЧП) Анатолий Ланчик звонил по телефону мне, чтобы узнать об обстановке в армии. Он спрашивал, выдают ли оружие и боеприпасы, выводят ли боевую технику из ангаров, отдается ли приказ стрелять в людей. Чтобы военные не догадались, о чем мы говорим, я отвечал однозначно и коротко, только «да», «нет» или «не знаю». Это напоминало какую-то игру в шпионов. Хотя на душе было тревожно, вместе с тем не верилось, что это происходит на самом деле, что я со своей песней причастен к этим событиям. Самым страшным был понедельник: неопределенность, танки и выстрелы на улицах Москвы. Неизвестно было, насколько далеко могли зайти путчисты в борьбе за власть. На третий день, 21 августа, стало ясно, что мятеж провалился. Все последующие дни, а особенно 24 августа, когда была провозглашена независимость Украины, стали словно продолжением эйфории «Червоної рути». Будущее виделось в розовых тонах...

Песня «Вставай, Україно!» мгновенно стала суперактуальной. Теперь она воспринималась не как протест, а как констатация факта. Меня стали звать на разные концерты, съемки, конкурсы. В сентябре по приглашению легендарного Назария Яремчука я выступил в Черновцах и Хотине. Был удивлен, что на Буковине уважают казаков-запорожцев, поют песни о моем крае, открыли памятник гетману Сагайдачному. Понял, что не знаю историю. Стал покупать книжки об Украине, Запорожской Сечи, произведения Д. Яворницкого, О. Воропая, песенники. Взялся писать песни о Запорожье. Почувствовав себя украинцем, хотел своей песней помочь измениться и другим.

В октябре-ноябре 1991 г. с победителями «Червоної рути» я должен был ехать с гастролями по стране, петь в финалах тридцати концертов песню «Вставай, Україно!». Но недовольное военное начальство отпустило меня только на концерты в Днепропетровске и Запорожье. В Днепре концерт задержали из-за сообщения о минировании Дворца культуры им. Ильича. Пока минеры с собаками искали в здании взрывчатку, артисты ждали на улице. А в Запорожье во время моего пения почему-то дважды выключалась фонограмма с сопровождением, поэтому пришлось мобилизоваться и допевать «Вставай, Україно!» без музыки, a capella.

В декабре из газетных сообщений я узнал, что информационная программа Гостелерадио признала песню «Вставай, Україно!» символом 1991 года, а в Канаде вышел диск с песнями победителей «Червоної рути-91». На его обложке — моя фотография с бэк-вокалистками, зрители во время моего пения. В 1992 году стало известно, что «Вставай, Україно!» рассматривалась в числе претендентов на новый гимн Украины. А затем вышел культовый роман-эссе «Шлях аріїв» Юрия Каныгина, в котором главный герой говорит: «Хорошая появилась песня «Вставай, Україно, вставай»... иди в семью европейских народов, в их экономическое и политическое пространство, присоединяйся к их союзам и соглашениям». Благодаря такой «раскрутке», к которой не прилагал никаких усилий, я стал широко известным.

«Вставай, Україно!» звучала еще в течение нескольких лет. Вышло несколько дисков и кассет с песней. В ноябре 2004-го я пел ее на Майдане во время помаранчевой революции, и 5-й канал транслировал выступление на всю Украину. Из-за этого я потерял спонсорскую поддержку в Запорожье. А еще «Вставай, Україно!» звучала в 2009 году в Киеве, в Национальной филармонии, на моем авторском концерте.

К сожалению, за все эти годы я так и остался единственным принципиально украинским певцом и композитором в Запорожье. Но я горжусь тем, что был не только свидетелем, но и одним из участников тех легендарных событий, когда Украина предстала независимым государством.

20 ноября 2013 года в Запорожье на юбилейном концерте планирую собрать бывших участников группы «Анатоль», чтобы спеть «Вставай, Україно!» как в те бурные годы нашей юности, которые совпали во времени с выдающимися событиями в истории Украины.

Анатолий СЕРДЮК, певец, композитор-песенник
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments