Я - для того, чтобы голос моего народа достойно вел свою партию в многоголосом хоре мировой культуры.
Олекса Тихий, украинский диссидент, правозащитник, педагог, языковед, член-основатель Украинской Хельсинской группы

Проклятие княгини Гагариной

6 июля, 2012 - 11:58
КНЯГИНЯ ГАГАРИНА С ДОЧКОЙ ОЛЬГОЙ
ЦЕРКОВЬ СВЯТОГО ДУХА, В КОТОРОЙ ПОХОРОНЕНА КНЯГИНЯ. ЕЕ ПОСТРОИЛИ В 1800 ГОДУ / ЦЕРКОВЬ СВЯТОГО ДУХА, В КОТОРОЙ ПОХОРОНЕНА КНЯГИНЯ. ЕЕ ПОСТРОИЛИ В 1800 ГОДУ
ЕЛЕНА ИВАНОВНА ГОНТАР — ДОЧЬ СВЯЩЕННИКА, КОТОРЫЙ ИСПОВЕДОВАЛ ПЕРЕД СМЕРТЬЮ
СЕЙЧАС В ЦЕРКВИ НАЧАЛИ РЕГУЛЯРНО ПРАВИТЬ СЛУЖБУ
ПЕРВАЯ ПРОПОВЕДЬ

Княгиня Елена Павловна Гагарина (в замужестве — Ротчева)... Об этой выдающейся деятельнице позапрошлого века, блестящем педагоге и литературоведе, сегодня, к сожалению, мало кто знает и вспоминает. Спросите, почему? Да потому, что за 74 года советской власти и за 20 лет зависимой от многих обстоятельств независимости у наших людей отбили желание интересоваться своим прошлым, а гордиться своей историей и подавно. И, как следствие, большей части сегодняшней молодежи, мягко говоря, наплевать на любую святыню. Она может, даже не моргнув глазом, переступить через нее. Не верите? Сегодня я подкреплю свои слова фактами. Но сначала расскажу одну историю. Она случилась лет с двадцать назад в небольшом селе Чорбовка Кобелякского района. Тогда ее обсуждали все. Хотя чего-то необычного и не произошло. Просто один местный крестьянин, не справившись с управлением мотоцикла, на большой скорости врезался в разлогое дерево и погиб.

Как подтверждает статистика, на дорогах Украины подобные трагедии случаются довольно часто, поэтому и реакция на них у людей притупилась. Наверное, и это приключение тоже не вышло бы за рамки очередной констатации факта, если бы не то обстоятельство, что виновницей трагедии сделали (не официально, а намеками и перешептыванием) — княгиню Гагарину, которая умерла еще в начале прошлого века и которую лишь по стечению обстоятельств похоронили в чорбовской церкви (не рядом, а внутри). Одним словом, мистика, да и только: убийцей назвали человека, который умер на добрых девяносто лет раньше, чем родилась его жертва. Однако основания привязать к этому событию прошлое все же были. Как выяснилось, за несколько часов до своей смерти мужчина украл из сельской церкви дубовые доски, которыми был настлан пол. Собирался использовать их при строительстве своего дома. Спешно совершая преступление, он зацепил склеп, находившийся под настилом. Этот момент крестьяне потом назвали фатальным, ведь по народному поверью нельзя прикасаться к усыпальнице, чтобы не нарушить сон умершего. Иначе, проснувшись, тот может очень тяжело отомстить своим обидчикам.

Возможно, большинство людей, пришедших на похороны, и не вспомнили бы это поверье, если бы масла в огонь не подлила старая женщина. Она настойчиво бубнила, что к ней во сне приходила княгиня Гагарина и очень ругала погибшего. Да еще и, дескать, угрожала: «Покарала и дальше буду карать каждого, кто осмелится приблизиться к склепу ближе чем на десять шагов...»

Конечно же, разглагольствования старухи, которую в селе, к тому же, считали не в своем уме, были обычным бредом, однако крестьяне не на шутку обеспокоились: а вдруг и в самом деле существует потусторонняя сила, способная вершить свой праведный суд? А если так, то с этим нужно что-то делать...

Прежде всего они решили проверить, в каком состоянии находится склеп. Если он закрыт — это одно дело. А если открыт...

Провести проверку поручили трем смельчакам. Их для храбрости сначала напоили, потом перекрестили и подвели к окну церкви, куда лет с двадцать никто не заходил.

Внутри помещения было темно. Чтобы сориентироваться, мужчины зажгли спичку и... остолбенели. В каких-то двух шагах от них лежал разбитый гроб, из-под обломков которого выглядывал череп... Конечно, такого поворота событий они не ожидали. Следовательно, за одно мгновение их оттуда словно ветром сдуло.

Позже выяснилось, что той же ночью, после того, как погибший парень сорвал в церкви пол и ненароком нарушил неприкосновенность склепа, туда влезал еще один залетный ловкач, которому тоже хотелось чем-то поживиться. Может, он знал о склепе, а может, случайно натолкнулся на него — неизвестно. Но от злости, что не нашел ничего ценного, или со страху разгромил все, на что натолкнулся.

Забегая наперед, скажу — слава Богу, нашлись в Чорбовке люди, которые потом собрали те остатки и замуровали. В настоящий момент над склепом, как и раньше, дубовый настил.

Вот такой, почти мифической, оказалась эта история. И именно она побудила меня начать изучение жизненного пути одной из самых известных и самых интеллигентных женщин девятнадцатого века — княгини Елены Павловны Гагариной (Ротчевой), чтобы узнать, каким образом она оказалась в Чорбовке.

Поиски затянулись. На протяжении не одного месяца я перечитал кипу исторических книг, объездил и обходил не один десяток сел. Познакомился и поговорил почти со всеми старожилами Чорбовки, Комаровки, Куновки, Билыков и Червоных Квитив. Но так и не нашел ни одного человека, который бы мог хоть что-то, хотя бы капельку, рассказать о пребывании княгини в Чорбовке и о ее частной жизни. Вскоре я начал думать, что таких людей вообще не осталось. Они умерли. Но, к счастью, ошибся. Оказалось, есть одна женщина. Сейчас ей сто два года. Она плохо слышит и почти ничего не видит. Но, несмотря на это, имеет хорошую память и настоящий талант рассказчика. Это — Елена Ивановна Гонтарь, дочь священника, которому выпало исповедовать княгиню Гагарину перед ее смертью.

С Еленой Ивановной мы встречались по меньшей мере раз десять. И каждый раз она вспоминала о чем-то таком, от чего у меня перехватывало дыхание. Например, из ее уст я узнал, что Гагарина была родной тетей брата царя Александра Второго Константина. И что ее именем названа одна из гор в Америке.

Эта информация меня настолько ошеломила, что я сначала даже не знал, что с ней делать. Захотелось обо всем этом рассказать своим друзьям. Но я вовремя опомнился. Говорить о таких вещах без документальных подтверждений было бы весьма неразумно.

Но где взять эти подтверждения? Я опять отправился в библиотеку. Но ни в одной из исторических книг, которые успел посмотреть, об этих вещах не было ни слова.

— А ты попробуй поискать в Интернете, — посоветовала жена.

Оказалось, что в Интернете есть целый сайт, посвященный княгине Гагариной (Ротчевой). Рассказать все, что там опубликовано, практически невозможно. Это не одна сотня статей. Следовательно, сейчас я попробую выбрать и процитировать самое главное. К сожалению, некоторые моменты из жизни нашей героини придется опустить вообще, чтобы они не навредили пониманию сути.

РУССКАЯ АМЕРИКА

Следовательно, Елена Павловна Гагарина (Ротчева). Она была третьим ребенком в семье московского князя Гагарина. Получив блестящее образование и в совершенстве выучив три иностранных языка — французский, немецкий и английский, княжна неожиданно для родных увлеклась театром и поэзией, активно участвовала в разнообразных театральных постановках. Там ее сразу заметили и стали пророчить большое артистическое будущее. Но артисткой девушка не стала. Сегодня трудно сказать, что этому помешало. Скорее всего, любовь.

На одном из литературных вечеров Елена познакомилась с молодым и довольно перспективным поэтом Александром Ротчевым. Тот сразу влюбился в нее. Это чувство стало взаимным. А вскоре молодые не могли жить друг без друга. Но, к сожалению, родители девушки не одобрили ее выбор. Запретили не только встречаться, а даже видеться с любимым. Тогда, вопреки их воле, влюбленные тайно обвенчались. С этого момента Елена начинает жить и смотреть на мир сквозь призму виденья своего мужа. Он был талантливым и трудолюбивым. Блестяще владея пером, печатался в московских и петербуржских газетах, журналах и альманахах, занимался переводом произведений Мольера, Шекспира, Байрона. Это сделало Александра Ротчева весьма известным среди литературной братии России. Известным, но, к сожалению, не богатым. Не имея никакой помощи от родителей, он находился в постоянном поиске подработки. Этого требовала жизнь, потому что сразу после рождения первого сына, жена родила ему второго.

Необходимость обеспечивать семью подталкивает Ротчева к радикальным шагам: 2 апреля 1835 года он осмеливается поступить на службу в Главное управление Российско-Американской компании, одним из директоров которой был ученый-самоучка Кирилл Хлебников. Известно, что он 16 лет провел в Русской Америке, объездив перед этим всю Сибирь, многократно побывал в Калифорнии, Мексике, Чили и в других странах. Очевидно, именно авторитет этого человека повлиял на принятие решения Ротчева тоже отправиться в Русскую Америку.

Здесь я должен объяснить, откуда взялся термин «Русская Америка». В двух словах можно было бы сказать так: русская — потому, что открыли ее русские мореплаватели. Или потому, что жены русских первооткрывателей принесли туда истоки Православия, Веры и Истины. Однако этого объяснения маловато. Копнем глубже.

История русской Америки началась в XVIII веке, когда в мире шел активный передел Европы. Французская революция, Наполеон и десятки других больших и малых деятелей пытались любой ценой урвать как можно больший кусок земли. Особенно жадной оказалась Россия. Точнее сказать — Российская империя. В то время она уже владела огромными пространствами на берегах Балтийского и Черного морей. И лихорадочно искала выхода к Средиземному морю. За таким развитием событий со страхом наблюдала вся Европа.

Но Россия по этому поводу не переживала и продолжала нагло двигаться к Востоку. Особенно после того, как сам Ломоносов во весь голос заявил: «Богатство России должно прирастать Сибирью». Вот так россияне и ступили на землю совсем нового континента — Америки.

После открытия Аляски и Алеутских островов русские купцы сломя голову ринулись на новые земли. Колонизация шла весьма хаотично, по большей части каждый действовал на свой страх и риск, побаиваясь конкуренции. Стихийному и, можно сказать, звериному этапу колонизации Аляски положил конец Григорий Шелехов. Тот, который в 1784 году основал первое русское поселение на острове Кадьяк. А уже в 1811 году русские поселенцы построили там крепость Форт-Росс (в 80 км от Сан-Франциско). Она стала самым южным русским поселением в Северной Америке.

Чтобы вы смогли лучше сориентироваться, где именно находилась Русская Америка, посмотрите на карту мира — это побережье Тихого океана, которое тянется почти до Калифорнии. Ее площадь составляла 1 518 800 кв. км и была в три раза больше Испании, в шесть — Великобритании и в 50 раз превышала территорию Бельгии.

Вот такая коротенькая история возникновения калифорнийских поселений. Самым главным из них стал Форт-Росс, а его начальником, точнее — комендантом, в 1838 году стал Александр Ротчев. На этом посту он пробыл до конца 1841 года. То есть, целых три года, на протяжении которых рядом с ним была Елена Павловна.

КОМЕНДАНТ И ЕГО ЖЕНА

Она помогала мужу буквально во всем. Даже в тех сферах деятельности, к которым еще не так давно не имела абсолютно никакого отношения. Например, в налаживании и развитии сельскохозяйственной базы, расширении полей под засев зерновых, разведении животных, выращивании овощей.

Параллельно с этой работой приходилось заниматься развитием дипломатических отношений и нормализацией взаимосвязей с Испанией, а позже — Мексикой. И это тогда, когда от Российского правительства не приходилось ожидать даже малейшей помощи. Главное управление Российско-Американских компаний в Петербурге беспокоилось лишь о поступлении прибылей от промысла меха и вылова рыбы.

Елена Павловна, видя, с какими трудностями придется сталкиваться ее мужу, делала все возможное и невозможное, чтобы отвлечь его от плохих мыслей. С этой целью она стала устраивать в их доме разнообразные развлекательные вечера и приглашать гостей. Вскоре слава о необычном русском коменданте и его красавице жене облетела не только Калифорнию, но и почти всю Европу. Это помогло Ротчеву наладить дружественные, почти братские отношения с представителями испанской и мексиканской администраций.

Пьер Лаплас, который осуществлял кругосветное плавание на фрегате «Артемида», сделал большой крюк, чтобы попасть в Форт-Росс и познакомиться с семейством Ротчевых. А другой путешественник — граф Эжен Дюфло де Мофра, посетив семью Ротчевых, был искренне удивлен не только образованностью хозяина, красотой и элегантностью его жены, но и большим собранием редких книг, картин и... нот Моцарта в их доме. Все это свидетельствовало о незаурядном умении Елены Павловны организовывать светскую жизнь даже на диком Калифорнийском побережье.

Но это еще не все. Кроме ведения домашнего хозяйства, Елена Павловна добровольно взвалила на свои плечи работу по воспитанию детей, родители которых работали на территории Форта Росс. А их там оказалось около восьмидесяти. Она взялась за учебный процесс с особой ответственностью, по передовой педагогической методике.

...Получив назначение на должность коменданта крепости Росс, ни Александр, ни Елена даже не догадывались, в каких нецивилизованных условиях им придется жить. Их окружали люди, которых вполне можно было назвать дикарями, — безграмотные, не принадлежавшие ни к какой вере. Ротчевы же привыкли к окружению тогдашней русской элиты.

Однако супруги смогли адаптироваться и влиться в калифорнийскую среду. Вот лишь одно красноречивое этому подтверждение: за три года Ротчевы сумели окрестить более полусотни индейцев. Они имели большое влияние на аборигенов и пытались облегчить и реформировать тамошний мир. Не столько для себя, как для тех, кто должен был прийти им на смену. Одним словом, они думали о будущем Форта Росс. Но именно этого будущего у Форта и не оказалось, потому что руководство Российской Империи в конце 1840 года приняло решение о ликвидации крепости и продаже движимого и недвижимого имущества. А это — 1200 голов крупного рогатого скота, свыше полутора тысяч овец, 800 лошадей. Не говоря уже об орудиях труда, кирпичном и бочарном заводах.

Нам сегодня трудно даже поверить, что Форт-Росс и все прилегающие к нему территории были проданы всего лишь за тридцать тысяч долларов...

Ротчевы, как никто другой, понимали, что решение о ликвидации крепости поспешное и необдуманное, но повлиять на него не могли. Им до слез было жаль оставлять места, к которым успели прирасти душой и сердцем, жаль затраченных сил и неосуществленных надежд. Но указы царя не обсуждались...

...«Мы провели в Форте лучшие свои годы, вот хотя бы на мгновение вернуться туда», — скажет за несколько дней до смерти Елена Павловна. Это абсолютно естественно, что человека всегда тянет туда, где он оставил самый заметный след в своей жизни. А что Ротчевы его оставили именно в Русской Америке, свидетельствует такой факт: начиная с 1925 года там действует музей их имени. Сегодня он считается одним из самых посещаемых в Северной Америке.

К слову, в 1971 году в этот музей попала молния. Пока тушили пожар, большая часть его экспонатов сгорела. Чтобы восстановить их, реставраторам понадобилось почти четыре года и больше пятидесяти миллионов долларов. Можно было бы, очевидно, восстановить весь тот интерьер и за значительно меньшую сумму. Но американцы решили не экономить на реставрационных работах. Они пригласили в Калифорнию самых лучших и самых дорогих специалистов, каковыми считаются реставраторы русского Эрмитажа. И те с педантичной скрупулезностью и исторической достоверностью, сантиметр за сантиметром вернули экспонатам тот вид, который они имели при жизни наших героев. И в 1974 году мемориальный музей Ротчевых опять отворил свои двери для посетителей.

А вот еще один штрих из истории этого музея. Вы, конечно же, помните, как мир переживал сложный экономический кризис. Так вот, во избежание его американское правительство (как, собственно, и большинство других правительств мира), приняло решение о сокращении расходов на содержание музейных заведений страны. Это решение не коснулось только одного единственного заведения — музея Ротчевых. На его защиту стали десятки тысяч рядовых американцев во главе с тогдашним губернатором Калифорнии Арнольдом Шварценегером. Свое решение они мотивировали тем, что данный музей является заведением чрезвычайной важности. А самоотверженный подвиг супругов Ротчевых служит примером в воспитании подрастающего поколения американской нации.

«В КОБЕЛЯКСКОЙ ЧОРБОВКЕ. ТАЙНЫ ЗДЕСЬ НЕТ НИКАКОЙ»

В конце остается сказать, каким образом княгиня Ротчева оказалась в кобелякской Чорбовке. Тайны здесь нет никакой. Она приехала, чтобы навестить дочь Ольгу, которая жила здесь со своим мужем, генерал-майором Ахиллесом Ивановичем Заборинским. У него в Чорбовке, кроме земельного надела и родового имения, был еще и большой конный завод, где выращивали настоящих арабских скакунов. Сюда съезжались самые зажиточные и титулованные особы Европы, чтобы не только полюбоваться тем чудом, но и, по возможности, приобрести его.

Елена Павловна тоже любила лошадей. Несмотря на свой преклонный возраст, ежедневно ездила на прогулки в лес. К тому же, сама запрягала и распрягала лошадей. Часто ее сопровождала и Ольга с сыновьями Павлом и Петром.

Сначала Елена Павловна намеревалась с месяц погостить у дочери. Но та уговорила ее перезимовать. Княгиня согласилась, а затем так вышло, что осталась в Чорбовке на двенадцать лет. То есть, до конца своей жизни. Похоронили Елену Павловну, как я уже говорил, в сельской церкви, которую построили еще в 1800 году.

Сегодня, к сожалению, о княгине Гагариной в селе почти никто не вспоминает. За годы советской власти ее имя исчезло не только из истории села, оно вычеркнуто и из человеческой памяти. А власть-преемница не сочла нужным повернуть его назад. Очень досадно, что так получилось, ведь княгиня Гагарина, вне всякого сомнения, является гордостью и славой Чорбовки. А еще — своеобразным брендом, который способен привлечь в село десятки тысяч туристов со всего мира.

P.S. Говорят, что самые большие открытия нас ждут тогда, когда мы меньше всего на это надеемся.

Что-то подобное случилось и у меня. Ожидая в читальном зале областной библиотеки заказанную литературу, я, от нечего делать, раскрыл подшивку газеты «Полтавский вестник» за 1893 год, которая лежала на соседнем столике. Пролистал одну страницу, вторую... и не поверил своим глазам. Там говорилось о моем родном деде — Бобрищеве Александре Петровиче. Я, наверное, этому бы так не удивился, если бы не увидел рядом с его фамилией другую — зятя княгини Гагариной — Ахиллеса Ивановича Заборинского. Оказывается, что он, как и мой дед, в то время был мировым судьей Кобелякского уезда.

Трудно даже представить, сколько я времени отдал, разыскивая людей, которые могли знать кого-то из ближайшего окружения Гагариной. А здесь — мой родной дед.

Из рассказов отца я знаю, что Александр Петрович больше всего любил лошадей. А следовательно — можно почти со стопроцентной достоверностью утверждать, что он не раз и даже не дважды бывал в гостях у Ахиллеса Ивановича. Он просто не мог не побывать на его конном заводе. Если в Чорбовку приезжали даже из Парижа, а это не одна тысяча километров, то проехать каких-то двадцать километров для деда было явным пустяком. А если он бывал там, то, вне всякого сомнения, встречался с княгиней Гагариной.

Вот такое открытие! И кто теперь может отрицать, что земля круглая?!

Константин БОБРИЩЕВ, фото автора
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments