Я - для того, чтобы голос моего народа достойно вел свою партию в многоголосом хоре мировой культуры.
Олекса Тихий, украинский диссидент, правозащитник, педагог, языковед, член-основатель Украинской Хельсинской группы

Как Япония видит мир и свое место в нем?

Рефлексии после участия в программе межкультурных обменов «Мираи»
16 января, 2018 - 10:14
ФОТО РЕЙТЕР

Неформальные тренинги для взаимопонимания между разными национальностями издавна являются частью международной политики международных организаций и стран. Для государства межкультурный обмен прекрасный повод что-то донести о себе до мира или идейно повлиять. Япония, которой издавна была свойственна определенная отстраненность в международной публичной политике, только в 2015-м запустила программу студенческих учебных визитов — с азиатским, европейским, северо- и латиноамериканским направлениями и планом ежегодного привлечения свыше 5 тыс. человек. По европейскому направлению «Mirai» («Будущее» по-японски)  я посетила Японию в начале декабря.

ЯПОНСКАЯ АЛЬТЕРНАТИВА МЕЖДУНАРОДНОЙ ДИПЛОМАТИИ

По американскому образцу публичной политики в «Мираи» речь шла в первую очередь о международной репутации. Но в то же время было отмечено отличие от Штатов, о котором я расскажу сначала (однако в порядке программы визита с конца). На последней сессии в Университете Васеда заключительное задание — дискуссионный вопрос: «Является ли японский  экспорт инноваций устойчивого развития альтернативой к установлению глобальной повестки дня и международной дипломатии?» Поскольку речь идет об альтернативе, логично появился вопрос, почему для Японии дипломатия эффективной не является? Да и как ни вспомнить о государстве, которое активно международной дипломатией пользуется, — США. Обсуждали вопрос в группе из восьми европейских и двух японских студентов.

Несмело — не потому, что неразговорчивые, а потому, что сами несмелые — японские студенты напоминают, что Япония ни разу не была в ООН инициатором. И почти всегда проекты предлагают Штаты, инициативы которых Япония одобряет и финансирует. Ведь именно Япония больше всего поддерживает ООН финансово. Молчаливое согласие предоставить Штатам международное дипломатическое преимущество не отрицает потребность Японии в самопромоции в бизнесе, поэтому альтернатива — экспорт постоянных инновации, который призван помочь другим странам и укрепить международный имидж Японии.

ХИРОСИМА. ПАМЯТНИК, ПОСВЯЩЕННЫЙ МАТЕРИ, КОТОРАЯ СПАСАЕТ ДЕТЕЙ

 

До визита немного слышала об экологической компоненте японских технологий — с первенством в устойчивом развитии ассоциировала Скандинавию. Вспоминается, как во время разговора на Токийском небоскребе японский ментор программы сказал, что японцам импонирует скорее скандинавская страна благосостояния, чем неолиберальная американская. Участница же из Финляндии рассказала о популярности Скандинавии среди японцев. Многие переезжают, потому что их привлекает социальное обеспечение людей с ограниченными возможностями. Но хватает и туристов, поэтому, возможно, действительно есть и ценностные причины.

КОЛЛЕКТИВ ПРЕЖДЕ ВСЕГО, ИЛИ КАПИТАЛИЗМ ПО-ЯПОНСКИ

Перенесусь в первый день в зале Министерства иностранных дел Японии. Уже первая лекция озадачила аудиторию европейских студентов. Называлась она «Действительно ли мы нуждаемся в бизнес-лидерах?». «Назовите бизнес-лидеров из ваших стран», — попросил лектор. Участники с западными представлениями о бизнес-лидерстве называли успешных бизнесменов. Нужно было дослушать презентацию до конца, чтобы понять представления японские, — слушать не без удивления. Лектор — японский исследователь-экономист, автор книги о японском предпринимателе Еичи Шибусаве — предпринимателе, который во время модернизации Мейдзи развил корпоративную среду Японии. Пусть и действовал в бизнесе, в первую очередь Шибусава был социальным предпринимателем; его целью было не индивидуальное обогащение, а экономическое развитие Японии. Собственно, развивать бизнес-возможности Японии Шибусава пришел из японского правительства, видя в нем больше позитивного влияния для модернизации.

Речь шла не об индивидуальном обогащении, а о социальном развитии. Совсем разные парадигмы. Просматривая розданный материал по лекции сейчас вижу, что лектор умышленно завел дискуссию на неясном определении бизнес-лидеров, чтобы противопоставить западные и японские представления. Для этого и сравнительные таблицы капитализма «Западного» и «Шибусавы», где в первом двигателем является рост, а во втором важно сотрудничество, нравственность и честная игра. И такие формулировки: «этический капитализм», «человеческое лицо» японского бизнеса. И чтобы задать участникам заключительный вопрос: «Как ваше государство смогло принять капитализм без такого типа человека?», которому предшествовала ремарка: «Наверное, не было в ваших странах таких бизнес-лидеров, как Шибусава». В комфортных и самых быстрых в мире японских поездах; на идеально чистых улицах двенадцатимиллионного Токио, где невозможно найти мусорник; в метро и на безумных перекрестках, где японцы умудряются не толкать друг друга, — преимущества коллективно ориентированного капитализма над индивидуалистским очевидны.

«ЯДЕРНАЯ» ПАМЯТЬ И НАДЕЖДА БЕЗЪЯДЕРНОГО БУДУЩЕГО

Все остальное лекционное время касалось международной политики. Больше всего внимания — ядерному разоружению. В первый день от министерства иностранных дел прослушали презентации о недавней ситуации вокруг Северной Кореи; вопросе Южно-Китайского моря; японских усилиях в сфере ядерного разоружения (своего рода конденсированная выборка важнейших проблем). Так или иначе, проблема ядерного оружия объединяла все три. Те же спорные острова Южно-Китайского моря, которые несколько стран провозглашают своими, для международной безопасности являются угрожающими как незаконная база для ядерного оружия. Япония право на острова отозвала еще в прошлом столетии и выступает арбитром между диспутантами, отстаивая позицию их нейтральности. Лекция о невозможности и важности переговоров с Северной Кореей и японских усилиях и бессилии в мировом ядерном разоружении — не единственные темы ядерной безопасности.

Посещение Хиросимы — музея и мемориала атомной бомбардировки и встреча с дочкой уцелевшей после катастрофы женщины — дали хотя бы приблизительно почувствовать важность ядерной безопасности с японской перспективы. Эти воспоминания эмоциональны, сильны, но как-то поражающе лишены жалости к себе. «Я не знаю, хорошо это или плохо, но японцы умеют прощать и забывать», — сказал наш японский ментор, который учился в Америке. По дороге от мемориала до музея напомнил о позапрошлогодних посещениях президента Обамы. Многие надеялись, что он извинится за трагедию, и сам ментор сказал: «Не думаю, что когда-нибудь американский президент извинится». То ли он добавил, то ли я сказала, не вспомню: «Только те, кто имеет в исторической памяти такую трагедию, могут до конца понять ее ужас». Не знаю я, насколько хорошо или плохо легко забывать несправедливость от других государств, но думаю, что скорее хорошо. Но я почти уверена, что плохо не уметь переступить через кровавое прошлое своей страны, когда вспоминаю выступление участницы-немки на закрытии «Мираи», которая, вспомнив о Второй мировой и Гитлере, сказала: «Лучше бы бомба упала на Германию». Не дай, конечно, Боже — никакой стране.

«АПОЛИТИЧНО» СПОСОБСТВОВАТЬ МИРУ

Ядерное разоружение касается вопроса мира — лекцию о японском подходе к международным операциям по обеспечению мира прослушали в Университете Васеды. Лектор отметил, что японское содействие миру — помощь преимущественно постконфликтным обществам — «аполитичное, сугубо техническое». «Демократия, права человека — вся эта красивая терминология — не использована Японией, чтобы объяснить помощь». И невозможно отрицать, потому что, действуя в международных операциях под юридическим оформлением ООН, Япония никогда не предлагает никаких законодательных актов организации; риторика и законодательство — дело Штатов, с решениями которых Япония непрерывно соглашается, реадаптируя собственное законодательство. В лекции шла речь о повышенном внимании ООН к защите мирного населения миротворцами, вызванном поражением в урегулировании конфликта в Зимбабве, после которого состоялись законодательные изменения, для имплементации которых Япония адаптировала собственное законодательство.

НА ФОТО: УКРАИНСКИЕ УЧАСТНИКИ ПРОГРАММЫ MIRAI С ЯПОНСКИМИ МЕНТОРАМИ. НА САЙТЕ МИД ЯПОНИИ ОТМЕЧАЕТСЯ, ЧТО ЭТА ПРОГРАММА ПРЕДПОЛАГАЕТ ПРИГЛАШЕНИЕ В ЯПОНИЮ МОЛОДЕЖИ ИЗ ЕВРОПЫ, РОССИИ, ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ И КАВКАЗА. ИНИЦИАТИВА ДАЕТ ВОЗМОЖНОСТЬ ПРОДВИГАТЬ ВЗАИМОПОНИМАНИЕ, УСИЛИТЬ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЕ ДИСКУССИИ, РАЗВИВАТЬ И УКРЕПЛЯТЬ СВЯЗИ МЕЖДУ БУДУЩИМИ ЛИДЕРАМИ ЯПОНИИ И МИРА

 

Но и Основной закон Японии приспособлен к сохранению мира — так часто называют: «Мирная Конституция». «Главное отличие от многих других государств — запрет иметь вооруженные силы», — рассказывает лектор. «Но мы имеем их, — добавляет сразу. — Только называем силами самообороны». Отличие все-таки есть. Японские войска не могут находиться за пределами Японии, даже в качестве миротворцев. Однако находиться в зонах конфликта юридически могут японские общественные организации, и выходит, что японское правительство, заинтересованное в сохранении мира, их непрямо привлекает. В этом, собственно, и заключается «всеяпонский подход» к международным операциям, за который НГО часто критикуют правительство, мол, не надо нас использовать.

Невозможность вооруженных сил выходить за границы отображена и в авиационных возможностях: Япония может иметь только самолеты на короткую дистанцию. Следовательно, в Штаты японский самолет летит с четырьмя пересадками. Но скоро и это, сообщает лектор, должно измениться ради большей эффективности.

КУЛЬТУРА И ТРАДИЦИИ

Половина программы — культурная: посещения буддийский храмов и древнего театра в Киото, музеев и смотровых площадок в Токио, священного острова в Хиросиме. Так организаторы дали почувствовать культурное богатство Японии, о котором во Второй мировой войне знали и страны-участницы войны, умышленно обходя во время бомбардировок как мировое наследие. О культуре была и одна из лекций — о японизме. Другими словами, увлечение японской культурой в мире. Первая волна — девятнадцатый век после «открытия Японии»: тогда европейцы массово увлекались фарфором, кимоно, японским театром; изобиловала японскими мотивами европейская литература. Вторая волна — современная: аниме. Но лектор отмечает, что здесь уже не так распространена культура японская, как мировая, глобализующая. Осмысление и оценка «японизма» от лектора, преподавателя Либеральных студий, не прозвучали. А вопрос одной из участниц о том, распространяет ли негативный образ Японии аниме, лектора озадачил. Ответил, что его предсказание — появится новая глобальная культура.

Это был единственный раз, когда в Японии я услышала мнение о «мировой идентичности». Вне стен факультета Либеральных студий, в 100 метрах в студенческом кафетерии от студентов наслушалась другого. В целом заметно, что японцы сильно отмечают собственную иначесть — невраждебно, но твердо. И хотя политика Японии меняется под давлением новых вызовов, в первую очередь главного — старения общества — не похоже на то, что японцы хотят принять мигрантов как возможный сценарий решения проблемы.

«У нас аллергия на иностранцев», — силясь подобрать английское слово, вдруг говорит мне студент-японец о восприятии японцами здешних иностранных обитателей. Отмечу: студент, который пытался больше всего общаться с европейцами в течение неформального ужина в университетском кампусе. Мечта которого — в среднем возрасте, когда достаточно заработает, много путешествовать по Европе. Я переспросила тогда об аллергии.  Ответил, что имел в виду сложность в общении с людьми другой культуры, потому что в Японии с местными традициями очень серьезно, а иностранцы не могут их принять.

Даже во время программы визитов организаторам было трудно смириться с длительными опозданиями испанцев. Традиция — закон. И хотя произошли определенные изменения в миграционной политике, во время торжественной речи к участникам «Мираи» вице-премьер по иностранным делам перечисляет миграцию в списке глобальных вызовов, а не решений. И если будет что-то меняться — неоднократно слышала от японцев — то, вероятно, очень медленно.

Нет оснований допускать, что на проекте шла речь о распространении новой глобальной идентичности, как бывает на похожих американских или европейских проектах. Скорее целью было сформировать позитивный имидж Японии для бизнес-среды, дипломатических отношений и — не менее веско — привлечь мировое внимание к вопросу мира. Мира и ядерного разоружения.

Орыся ГРУДКА, студентка политологии НАУКМА, фото предоставлено автором
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments