Власть опирается на всех, кто живет во лжи.
Вацлав Гавел, чешский политик и общественный деятель, диссидент, критик коммунистического режима, драматург и эссеист, девятый и последний президент Чехословакии и первый президент Чехии

Елена Отт-Скоропадская: «Отец считал, что единственным выходом для Украины является ее независимость»

Голос из прошлого — последнее интервью гетмановны
16 марта, 2018 - 13:21

Как известно, наша газета объявила 2018 год Годом Гетманата. Существование Украинского государства в форме Гетманата (29.04. — 14.12.1918 г.) неотделимо от имени Павла Петровича Скоропадского, которого в это время величали «Его сиятельство Пан Гетман Всей Украины». Анализом исторических фактов занимаются специалисты, а моя публикация сугубо биографического характера — рассказать о потомках того, кто по воле судьбы и происхождения стал последним гетманом Украины.

У Павла Скоропадского и его жены Олександры, которая также происходила из богатой аристократической семьи, было шестеро детей: три дочери и три сына. Но личное счастье обошло стороной всех Скоропадских, за исключением последней — Елены. Маленький трехлетний Павел умер, Петр страдал эпилепсией, хотя и прожил 56 лет. Гетманич Данило— общественный деятель, помощник отца, проводник гетманского движения, глава Союза украинцев в Великобритании  погиб в 1957 году в Лондоне при невыясненных обстоятельствах. Две старшие дочери гетмана — Мария Монтрезор-Скоропадская (1898 — 1959) и Елизавета Кужим-Скоропадская (1899 —1975) после смерти брата и согласно «Актами про дідичність Гетьманської влади та порядок правопреємства в нашому Роді на принципі старшинства» были по очереди на своем веку главами гетманского движения, так называемыми гетмановнами. Никто из них не имел потомков, кроме последней дочери Елены, которая родилась в 1919 году уже в Германии, куда семья Скоропадских вынуждена была переехать после отречения гетмана от власти и восстановления Украинской Народной Республики в декабре 1918 года.

В 1920-х годах Гетманское движение, политическим лидером которого был П.Скоропадский, продолжало свое развитие в эмиграции. Постепенно его организации стали работать во многих странах Европы, в Канаде и США. В конце 1930-х в Германии, где находилось большинство эмигрантов-гетманцев, существование гетманского движения находилось под угрозу. Возможно поэтому, осознавая воинственные стремления Гитлера, Скоропадский отправляет в 1939 году своего сына Данила в Англию. Таким образом, сохранение жизнеспособности гетманского движения за пределами Германии было гарантировано, и гетманич Даниил до последнего своего вздоха был его проводником.

Известно, что, пользуясь своими «связями», Скоропадский способствовал освобождению из немецких концлагерей многих украинцев. Старшие дочери гетмана также по мере своих возможностей оказывали   помощь своим единоплеменникам. Во время Второй мировой войны Мария Скоропадская, проживая в Варшаве, помогала польскому движению Сопротивления: она прятала и отправляла в сельскую местность еврейских детей, которых удавалось вывести из польского гетто. А ее сестра Елизавета заботилась об украинских женщинах, депортированных в Германию на принудительный труд: посещала их лагеря, занималась их обеспечением едой и одеждой. Еще в 1930-х годах она возглавила благотворительную организацию «Комитет помощи голодающим в Украине», пытаясь привлечь больше людей для сбора средств для помощи украинцам во время голодомора 1932—1933 годов.

Все дети Павла Скоропадского уже ушли из жизни. Семейное счастье и долголетие судьба подарила лишь последней дочери гетмана — Елене. Она с молодых лет была достаточно самостоятельной. После смерти отца в 1945 году, когда мать с сестрами и больным братом устроились в немецком местечке Оберстдорфе, она уже проживала отдельно от семьи. В этом же году умер от ранения и первый муж Елены Герт Гиндер, с которым они обручились меньше чем год до того. Он был швейцарцем по происхождению, и его родители проживали в этой стране, которая всегда привлекала Елену. Поэтому молодая вдова поехала к свекрам в Швейцарию. В 1947 году она устроилась работать в Цюрихе, где познакомилась со своим будущим мужем Людвигом Оттом (Ludwig Ott), которого всегда называла не иначе как meinlieber Ehemann — мой любимый муж. В 1954 году у них родились дочери-близняшки Александра и Ирен. Понятно, что имя Александра было выбрано в честь матери Елены — Александры Скоропадской. Супруги проживали в собственном доме в предместье Цюриха. Людвиг работал коммерческим директором цюрихской газеты Tages-Anzeigers. Дочери воспитывались в чисто немецко-швейцарском духе: нейтральность, корректность, правильность. Позже пани Елена вынуждена была констатировать, что ее девочки «очень далеки от политических дел».

После смерти сестры Елизаветы в 1975 году управление гетманским движением автоматически перешло к Елене Отт-Скоропадской. В первый раз гетмановна приехала в Украину в 1991 году, сразу же после провозглашения государственной независимости. После знакомства с родиной своих предков, во время следующих приездов в Украину, усилия пани Елены были направлены на то, чтобы распространить информацию о жизни и деятельности отца — гетмана Павла Скоропадского, и способствовать научным исследованиям истории их рода. В 2004 году Е.Отт-Скоропадская передала в Музей гетманства в Киеве вещи, которые принадлежали ее отцу, и семь портретов деятелей казацкого периода, написанных О.Мордвиновой, близкой подругой матери пани Елены.

В 2008 году супруги Отт-Скоропадские переехали из собственного дома в Кюснахте (Kusnacht) в пансион для пожилых людей под Цюрихом. В связи с почтенным возрастом они нуждались в медицинском присмотре. Умерла последняя гетмановна в 2014 году в возрасте 95 лет. Через год ушел из жизни ее муж, не дожив три месяца до своего столетия.

Обе дочери пани Елены проживают в Цюрихе и в этом году достигли пенсионного возраста — 64 лет для женщин в Швейцарии. Одна из близняшек, Ирен, в свое время изучала иностранные языки и игру на скрипке. Закончила курсы секретарш. Ее муж Роже Кан (Roger Cahn), журналист с университетским образованием, работал в известной швейцарской немецкоязычной газете NZZ (Neue Zurcher Zeitung) и на швейцарском телевидении в отделе культуры. После выхода на пенсию он открыл агентство по организации музыкальных и культурных мероприятий Culture Link. Ирен помогает мужу, детей они не имеют. Однажды я позвонила Ирен Кан-Отт с целью поговорить о ее матери, о ее детских воспоминаниях. К сожалению, разговор был недолгим. На интервью пани Ирен не согласилась. Со второй дочерью Александрой связаться не удалось. Известно, что она получила медицинское образование, замужем, двое детей. Ее муж Мартин Кениг (Martin Konig) по специальности юрист, имеет свою консалтинговую фирму. Их младший сын Дмитрий, 29 лет, является практически неработоспособным: он родился больным. Старшая дочь Ванесса Кениг, 33 года, вышла замуж в прошлом году за колумбийца. Молодые супруги уехали жить на родину мужа, в Колумбию.

В 2003 году львовское издательство «Літопис» напечатало на украинском языке книгу воспоминаний Елены Отт-Скоропадской «Остання з роду Скоропадських». Откровенно говоря, название книги оказалось пророческим. Только последняя дочь гетмана имела детей, но ввиду обстоятельств воспитания, образования, культурного и социального окружения, внуки Павла Скоропадского имеют с гетманом Украины лишь биологическую связь. «Остання з роду Скоропадських» осознавала такое положение вещей, и этим было обусловлено ее желание записать все свои детские и юношеские воспоминания об отце и своей семье. Благодаря чему мы получили бесценное невещественное наследство — свидетельства о последнем гетмане Украины от последней из гетманского рода. На своем веку пани Елена была активным членом «Украинского общества в Швайцарии». Этот союз украинцев, который существует в Швейцарии с 1945 года, каждые три месяца выпускал небольшую информативную газету «Трембіта Гельвеції». После публикации в Украине книги «Остання з роду Скоропадських» и после последнего приезда гетмановны в Украину в 2005 году газета напечатала интервью с пани Еленой. Но читательскую аудиторию газеты «Трембіта Гельвеції» не сравнить с многотысячным количеством читателей газеты «День». С любезного согласия президента «Украинского общества в Швайцарии» Андрея Лужницкого и автора текста, в память о семье последнего гетмана Украины, мы предлагаем вашему вниманию, как «голос из прошлого», последнее интервью с гетмановной Еленой СКОРОПАДСКОЙ.

«РОД СКОРОПАДСКИХ БЕРЕТ СВОЕ НАЧАЛО С ХVII в.»

— Пани Елена, что стало причиной написания вами книги воспоминаний?

— Я хотела оставить воспоминания о своей жизни и жизни своей семьи для своих детей и внуков. Так, сначала появился рассказ о моем детстве, няне, учебе в школе. Потом появился рассказ о моей сестре Марике, у которой была очень трагическая жизнь. Когда писала дальше, поняла, что я уже пишу не для своих детей, а для себя, вспоминая и заново переживая события давно минувших лет. Пришло понимание, что о некоторых периодах моей жизни если я не расскажу, то рассказать будет некому. Так добавились разделы о нашей жизни в Ванзее до Второй мировой войны, подробностях военного времени, которые пришлось пережить, обстоятельствах смерти отца, жизни моей мамы и сестер после этого. Когда я разбирала записи моих родителей, то сложилась картина их жизни до и во время Гетманата.

Кто помогал вам в написании книги?

— Никто не помогал. Все написала я сама на немецком языке.У меня еще со школьных лет было умение красиво писать сочинения. Эта способность передалась мне, очевидно, от отца, который очень образно умел изобразить любое событие.

Ваши родители происходят из очень древних знатных родов...

— Это действительно так. Род Скоропадских берет свое начало с XVII в. В этом роде было много выдающихся фигур. Самым известным из них был казацкий гетман Иван Скоропадский. Тетя Павла Скоропадского Елизавета Милорадович способствовала основанию Общества им. Шевченко во Львове, жертвуя огромные средства на его фонд. Кроме того, род Скоропадских был соединен брачными отношениями с другими известными украинскими родами. Предки моей мамы — Александры Скоропадской (врожденной Дурново) также из знати. По отцовой линии — это род Дурново, который берет свое начало от сына Ярослава Мудрого Святослава ІІ, а по женской линии — от Кочубеев. Да, именно от того Кочубея, который предал Мазепу.

Всю  работу по исследованию нашего рода осуществила моя мама в последние годы жизни в Берлине. Все свободное время она просиживала в библиотеке, по крохам собирая информацию.

Пани Елена, вы воспитывались в знатной семье, где исповедовались ценности, присущие людям определенного социального статуса. Какие установки давали вам родители, учитывая свое аристократическое происхождение?

— В любом случае мои родители руководствовались принципом, что нужно всегда с уважением относиться к людям, независимо от их социального статуса, и этого они придерживались в течение всей своей жизни. Но вместе с тем отец всегда говорил, что вести себя нужно так, чтобы быть примером для окружения.

После 1917 года аристократическое происхождение перестало иметь какое-либо значение в отношениях с людьми. Свидетельством этого является то, что моим первым мужем был внук бывшего садовника моего деда Дурново в Петербурге.

Какими были отношения в вашей семье?

— Очень доверительными. В общении отсутствовала церемонность, родители называли друг друга по имени, дети обращались к ним на ты. Главным стержнем нашей семьи была мама, на плечах которой держались все повседневные хлопоты. Жизнь у нее была очень нелегкой. Привыкшая к огромной роскоши, в которой она родилась и выросла, мать вынуждена была привыкать к новым условиям жизни, которые установились после большевистской революции. Ведь жизни, которая была до этих событий, уже не существовало. Однако она молча терпела все трудности, никогда не жаловалась и всегда во всем поддерживала отца.

Как члены вашей семьи воспринимали жизнь в Германии?

— Как я уже говорила, моя мама нормально адаптировалась к новым условиям жизни. Она была реалисткой, и потому воспринимала жизнь такой, какой она была. А вот сестрам было очень тяжело морально. Они росли в совсем других условиях, и им было трудно привыкнуть к жизни в новом окружении. К тому же они были дочерьми Гетмана — гетмановнами. И это налагало определенный отпечаток на их отношения с людьми. Что касается меня — я родилась за границей и не имела такого аристократического воспитания, как мои сестры. Я росла, как все другие дети вокруг меня.

На каком языке общались в семье?

— Общались на русском. Украинский язык все в семье знали хорошо. Мои старшие сестры и брат Даниил выучили язык еще в детстве, находясь в нашем украинском имении в летние месяцы. В эмиграции украинский тоже был у всех членов семьи на слуху, поскольку к отцу всегда приезжало много украинцев, которые часто останавливались у нас на некоторое время. Сейчас вспоминаю большой обеденный стол, в одном конце которого сидят моя мама, няня, больной брат Петр и я — здесь говорили по-русски, а с противоположной стороны — отец, его секретарь Шемет и несколько гостей украинцев, которые все громко между собой спорят о каких-то делах на украинском.

Ваш отец Павел Скоропадский сделал большую военную карьеру в царской армии, дослужившись до звания генерала императорского полка. Что побудило его как бывшего царского офицера осуществить переворот на Украине и взять власть в свои руки, провозгласив гетманат?

— Отец не мог смириться с тем, в каком состоянии разрухи и хаоса находились дела в Украине на исходе существования Центральной Рады. Он видел ее недееспособность. Кроме того, была угроза со стороны Германии, которая рассматривала Украину как свою возможную губернию: такого он допустить не мог. К тому же отец хорошо представлял и знал, как нужно наладить государственный аппарат для полноценного функционирования страны.

Ваш отец стоял на принципах федерализма России и Украины. Поменял ли он свое мнение позже, во времена эмиграции?

— В те сложные для Украины времена многие политические деятели в той или иной степени стояли на принципах федерации Украины и России. Даже Центральная Рада в IV Универсале включила пункт о федеральной связи с республиками бывшего российского государства. Под федерацией отец подразумевал союз отдельных государств с абсолютно автономными структурами, с равными правами и так далее.

Хочу отметить, что все деятели Центральной Рады, Директории и мой отец желали добра своей стране, только реализацию этого они видели по-разному в силу своих убеждений и взглядов. Будучи в эмиграции и зная о ситуации в Советской Украине — массовые репрессии, страшный голод — отец считал, что единственным выходом для Украины является ее независимость.

С кем из деятелей Центральной Рады или Директории Павел Скоропадский поддерживал отношения в эмиграции?

— С соратниками времен Гетманата. С Винниченко не поддерживал никаких отношений в силу полного неприятия человеческих качеств этого человека. Петлюру, несмотря на то, что тот поднял против гетмана восстание и фактически его сверг, отец уважал. Даже ездил на его панихиду в Париж.

ФОТО ИЗ АЛЬБОМА «СКОРОПАДСЬКІ. РОДИННИЙ АЛЬБОМ»

— Находясь в эмиграции, Павел Скоропадский учредил гетманское движение, которое имело определенную популярность и сторонников, поскольку спустя некоторое время открылись его организации в других странах. В чем заключалась деятельность этого движения?

— Гетманское движение — это была организация, которая стояла над партиями. Идеологию движения разработал Вячеслав Липинский.  Главной идеей этого движения было объединить украинцев под руководством Гетмана, а конечной целью — независимая Украина. В то, что Украина станет независимой, отец верил до самой своей смерти. В пределах движения всегда оказывалась помощь всем, кто в ней нуждался, независимо от идеологических взглядов. Отец имел связи в немецкой власти, которые он широко использовал для решения разных вопросов, связанных с украинцами. В 1926 году при Берлинском университете был создан Украинский научный институт, который успешно содействовал развитию украинских наук. Во время голодомора в Украине силами гетманцев был создан комитет помощи голодающим, самое активное участие в котором принимала моя сестра Елизавета. На исходе второй мировой войны по содействию Скоропадского были освобождены из заключения такие деятели ОУН, как Бандера, Мельник, Стецько и другие. На сегодняшний день гетманская организация существует еще в Америке, и есть небольшая ячейка сторонников гетманства в Украине в Киеве.

Где похоронен ваш отец?

— Сначала отец был похоронен в баварском местечке Меттен, в монастырской больнице которого он умер после тяжелого ранения, полученного во время бомбардировки. Позже был перезахоронен в коммуне Оберстдорф в Баварии. Там находится наш семейный склеп, в котором захоронена вся наша семья, кроме брата Даниила, который похоронен в Лондоне.

Почему именно он был перезахоронен в Оберсдорфе?

— Когда советская армия была уже возле Берлина, в Ванзее оставаться по понятным причинам стало невозможно. Решено было переехать к Оберсдорф. Там жила мамина подруга детства Ольга Мордвинова, и была возможность поселиться на некоторое время у нее. В этом городе и жила мама, сестры Мария и Елизавета, и больной брат Петр. Я на то время жила уже отдельно.

Каким образом вы оказались в Швейцарии?

— Дело в том, что в Швейцарии жили родители моего первого мужа — Герда Гиндера, они имели гражданство этой страны. Поэтому я поехала к ним жить после его смерти на вполне законных основаниях, как невестка. Я начала работать, а затем переехала в Цюрих. Там я познакомилась с моим нынешним мужем Людвигом Оттом, и мы поженились в 1948 году.

Несколько лет назад вы передали в Украину для музея гетманства бронзовый бюст-рельеф Павла Скоропадского и портреты некоторых украинских гетманов. Что это были за картины?

— Эти портреты почти точная копия картин, которые висели на стенах в нашем украинском имении Тростянке. Во время революции оригиналы были уничтожены. К счастью, моя мама в молодости имела хобби фотографировать. Среди ее фотографий сохранились изображения комнат со всей внутренней обстановкой. На основе этих фотографий гравюр мамина подруга художница Ольга Мордвинова воспроизвела заново эти картины.

Пани Елена, вы бываете в Украине? Каковы ваши впечатления?

— Впервые Украину я посетила в 1991 году по приглашению Академии Наук Украины. С тех пор Украина стала для меня и моего мужа второй жизнью. У меня там появилось большое количество друзей. Бывая в Украине, я заметила, что украинская молодежь очень интересуется своей историей. И еще — национальное сознание украинцев в настоящий момент намного выше, чем во времена моего отца.

Эмилия НАЗАРЕНКО, Швейцария, специально для «Дня»
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments