Бедный человек не тот, у которого нет ни гроша в кармане, а тот, в которого нет мечты
Сократ, древнегреческий философ, один из основателей Западной философии

Береза Картузская:

черные страницы истории
7 октября, 2010 - 19:25
АРСЕН РИЧИНСКИЙ / ФОТО С САЙТА WIKIPEDIA.ORG

8 октября 2010 года в Кременце на базе местного медучилища пройдут научные чтения, посвященные Арсену Ричинскому — врачу, философу, общественному деятелю. Предусматривается открытие памятника этому выдающемуся, но недостаточно оцененному человеку. Также будет представлена книга «За тебя, Украина...» об узниках концлагеря Береза Картузская, к которым принадлежал Арсен Ричинский.

Что такое Береза Картузская, простой украинец не знает. Да даже и для профессиональных историков это словосочетание мало что говорит. Кое-кто возможно вспоминает, что есть такой городок, собственно, районный центр, на территории современной Брестской области Беларуси. А самые знающие могут припомнить, что в Березе Картузской в 30-х гг. ХХ в., во времена Второй Речи Посполитой Польской, находился... концентрационный лагерь.

Именно так — концентрационный лагерь. Для большинства украинцев, воспитанных (да что там греха таить!) и дальше воспитываемых на стереотипах советской «историографической» пропаганды, понятие «концентрационный лагерь» ассоциируется с немецкими гитлеровскими лагерями, которые начали появляться во второй половине 30-х гг. того же ХХ в. Младшее поколение украинцев должно бы знать, что тогда же активным «лагерным строительством» занимался и «отец Сталин», которого, кстати, в последнее время все больше любят в России, да и в Украине тоже (в частности, в славном Запорожье). И хотя сталинское лагерное строительство осуществлялось преимущественно на необозримых сибирских землях, очень и очень весомый процент в них составляли украинцы. Наконец, во время Второй мировой войны немало наших земляков оказалось в немецких концлагерях. В общем, украинцев почему-то «очень любили» тоталитарные или авторитарные режимы ХХ века. Возможно, из-за нашей непокорности. А возможно, мы сами виноваты в этом. Такая уж наша доля!

В лагерной эпопее украинства Береза Картузская занимает, как по мне, особое место. Хотя бы потому, что этот концлагерь предназначался преимущественно для сознательных украинцев. А, во-вторых, он существовал в условиях государства, которое тоталитарным отнюдь не назовешь. Вторая Речь Посполитая была умеренно демократической страной. Здесь существовали относительно свободные выборы (в отличие от СССР или фашистской Германии), за власть боролись разные политические партии, функционировали общественные организации, была пресса — пусть даже цензурируемая (но ведь выходили оппозиционные издания!). Однако по своей сути Береза Картузская не очень отличалась от советских и фашистских концлагерей. Здесь находились люди «политически неудобные» для государства. При чем в Березе их держали без судебного решения.

Этот концентрационный лагерь начал действовать 17 июня 1934 г. Следует отметить, что этот город находился на украинско-белорусском этническом пограничье. Однако украинцев в нем жило немного (как, в конце концов, и во многих других городах Украины). Поляки еще во времена давней Первой Речи Посполитой пытались превратить город в оплот польскости и католицизма. Здесь были выстроены помещения для католического монастыря картузиан. Отсюда и название — Береза Картузская. После раздела Речи Посполитой город оказался в составе Российской империи. А после польского восстания 1830—1831 гг. картузианский монастырь в Березе ликвидировала власть. В крепких стенах монастыря разместились казармы российской армии. А уже во времена Второй Речи Посполитой в ней начал функционировать концлагерь.

Подозреваемых в «антигосударственных действиях», вина которых, однако, не была доказана, посылали в Березу, как правило, на три месяца ссылки — хотя могли быть и меньшие, и большие сроки. Лагерь выглядел следующим образом. По его периметру находилось пять рядов колючей проволоки, за ними широкий ров с водой, дальше — проволочная изгородь с высоким напряжением. На углах внутреннего двора стояли семиметровые деревянные башни с пулеметными гнездами. Лагерь, где находилось 250—300 узников, стерегло около 200 полицаев с овчарками. Так что сбежать оттуда было проблематично.

Условия жизни в лагере были и вправду ужасные. Все делалось для того, чтобы узники долго не могли выдержать. Они носили полотняную одежду с круглой полотняной шапкой. На ногах — деревянные ботинки. На спине — номер размером 20 на 20 см. Меньший нашивали впереди на левом рукаве. Заключенные по вызову вместо фамилии называли лишь свой номер. Тем самым уничтожалась личность: ты никто, ты всего лишь порядковый номер. Камеры с цементным полом постоянно поливали водой, чтобы узники не могли сидеть. Их специально «набивали» в небольшие помещения: в одной камере могло находиться до сорока заключенных.

Питание было такое, чтобы не умереть с голоду. В сутки давали 400 грамм тухлого липкого хлеба, на завтрак — поллитра жидкого кофе, а на обед и на ужин — по три четверти литра жидкого супа.

К этому всему добавлялись постоянные издевательства полиции над беззащитными людьми, их избиение, заключение в карцер. Кое-кто из заключенных, которым удалось выжить, описал эти издевательства. Так, о лагере в Березе Картузской можно немало узнать из книги протоиерея Семена Гаюка «От церковного престола до Березы за проволоку», которая вышла в Виннипеге в 1955-м. Кстати, среди заключенных в Березе Картузской было немало интеллигентов, в том числе духовных лиц.

Когда заканчивался трехмесячный срок административной ссылки в Березе Картузской, узнику предлагали написать «покаянную» расписку. Если он это делал, его отпускали на свободу, но под надзор полиции. Если же он отказывался, то получал очередные три месяца лагеря. И так могло продолжаться неопределенно долго.

Узнать о концлагере в Березе Картузской, этой пока что, к сожалению, малоизвестной странице нашей трагической истории можно из книги под названием «За тебя, Украина... Из архива узников концлагеря Береза-Картузская (1934—1935) времен ІІ Рече Посполитой Польской)», изданной в Тернополе в этом году. Данная книга, которая содержит преимущественно документальные материалы (дела заключенных, их переписка, отдельные их произведения и т.п.), появилась благодаря работе четырех энтузиастов — Александра Ильина, который отыскал эти материалы; Петра Мазура, кандидата медицинских наук, директора Кременецкого медицинского училища им. А.Ричинского; Сергея Шандрука, кандидата психологических наук, проректора Галицкого института им. В.Чорновила, и Арсена Гудымы, кандидата философских наук, преподавателя этого же института. Следует обратить внимание, что ни один из этих исследователей не является профессиональным историком и не «зарабатывает историей» себе на хлеб. Конечно, историки, особенно источниковеды, могут упрекнуть этих людей: дескать, они сделали данное издание не совсем профессионально, опубликовали документы не в оригинале на польском языке, а в переводе на украинский и т.д. Однако сразу хочется сказать этим возможным критикам: господа, а где вы были раньше? Почему это наши профессиональные историки обошли тему Березы Картузской, — наверное, им комфортнее работать уже с заезженными темами. Но не будем о грустном. Поблагодарим вышеназванных ученых за то, что они сделали доступными для читателей действительно уникальные и интересные материалы.

В книге находим документы, которые касались выдающихся деятелей украинского движения того периода, в частности, Тараса Боровца, Арсена Ричинского и Романа Шухевича. Первый впоследствии, во время Второй мировой войны, организовал на севере Ровенской области отряды украинской самообороны, которые получили название Украинской повстанческой армии. При этом Т. Боровец, который взял себе псевдоним гоголевского героя Бульбы, действовал самостоятельно от бандеровцев. Его вооруженную борьбу против немецких оккупантов за самостоятельное Украинское государство высоко ценил выдающийся украинский писатель Улас Самчук, который даже написал о Б.Боровце роман «Чого не гоїть огонь».

В Березу Картузскую Т. Боровца направили 11 июля 1934 г. Его обвинение не имело четкой конкретики и выглядело следующим образом: «Деятель ОУН по предложению Краевой экзекутивы с 1933 г. пытается создать в Ровно украинское и православное издательство и проводит на территории уезда организационную работу. Основал целый ряд новых ячеек ОУН, организатор антишкольных акций и саботажа, которые благодаря его деятельности возымели силу». Представление на отправку Т. Боровца в концентрационный лагерь подписал волынский воевода Генрих Юзефский. Последний, кстати, создавал себе имидж «украинофила», человека, который выступал за сотрудничество поляков и украинцев. Однако этот документ показывает «украинофильство» этого чиновника. Он готов бросить в концлагерь человека, который хотел организовать украинское издательство и выступал против полонизации школы на украинских землях.

Т. Боровец и в Березе Картузской отличался норовом. У него были конфликты с надзирателями. Его бросили в карцер и лишили права переписки.

Еще одним неблагонадежным общественным деятелем, который познал прелести Березы Картузской, был А. Ричинский. Он имел частную врачебную практику в городе Владимир-Волынский. Однако большое внимание уделял общественной работе. Стал одним из лидеров украинизации православной церкви на Волыни, создавал разнообразные украинские культурно-образовательные организации. Это не нравилось польской власти. И 11 мая 1935 г. его отправили в Березу Картузскую.

При этом никаких конкретных преступлений власть А.Ричинскому не инкриминировала. Вот основные моменты его обвинения:

«Подозревается в принадлежности к ОУН... Ричинский... крайне враждебно настроен к Польскому государству и ко всему польскому. Ричинский является моральным авторитетом для всех национально сознательных украинцев.

Чтобы воспитывать молодежь в украинском националистическом духе, Ричинский сначала на территории Владимирского уезда организовал «Пласт»...

После запрета в 1929 году владимирской администрацией «Пласта» Арсен Ричинский вместе со Степаном Чернышом, Иваном Коханским, Владимиром Процюком и Юхимом Бундой пытались основать во Владимире «Райфайзенку» (кассу мелких сбережений украинской молодежи), чтобы этим объединить украинскую молодежь. Проводил культурно-образовательную работу в националистическом духе, чтобы вырвать украинскую молодежь из-под влияний взрослых, которые занимали соглашательскую позицию в отношении идеологии господина маршала Пилсудского. «Райфайзенка» не была создана, так как окружной суд не утвердил ее устав.

В 1929 году по его инициативе жена Нина Ричинская основала во Владимире филиал «Союза украинок». Он является организатором и руководителем украинского хора при «Союзе украинок», организатором всех мероприятий «Союза украинок»...»

Как видим, А. Ричинского бросили в концлагерь за вполне легальную культурно-образовательную деятельность. Вообще фигура этого деятеля чрезвычайно интересна во многих отношениях. Он был не только прекрасным врачом, о котором долго помнили во Владимире-Волынском, но и издателем, публицистом, интересным автором работ философского характера, фольклористом, музыкантом, искусствоведом. Выступал с разнообразными инициативами, создавал общественные организации. Этого человека можно считать образцом украинской интеллигенции. За это он и пострадал. Его именно за украинскость преследовала не только польская власть. Когда в 1939 г. на земли Волыни пришли советские «освободители», то А. Ричинский был одним из первых, кого здесь репрессировали. Затем он получил возможность узнать советские лагеря. А.Ричинский так и не вернулся на родную землю, умерев в далеком Казахстане.

Побывал в Березе Картузской и Роман Шухевич, известный в будущем руководитель Украинской Повстанческой Армии. В обвинении он характеризуется как «активный член ОУН». Однако здесь же и отмечается: «...из-за отсутствия доказательств к суду не привлечен».

Мы выделили только трех человек среди узников Березы Картузской. А таких были сотни. Это, конечно, не сравнить с советскими или фашистскими концлагерями. И все же...

Преимущественно украинскими узниками лагеря в Березе Картузской были выходцы с Галичины. Однако немало видим и волынян. И даже попадались украинцы с Берестейщины. Все это свидетельствовало, что данные регионы были охвачены украинским национальным движением.

Позорной страницей Березо-Картузского концлагеря стало заключение членов «Карпатской Сечи». 14 марта 1939 г. в Хусте было провозглашено независимое государство Карпатская Украина, которая до того составляла автономную часть Чехословацкой Республики. Такой акт вызвал недовольство не только Венгрии, которая претендовала на украинское Закарпатье, но и Польши и даже Советского Союза. Они опасались, что Закарпатье станет эдаким «Пьемонтом», с которого начнется освобождение украинских земель. Кстати, на это рассчитывали и украинские националисты, которые старались поддерживать закарпатцев на их пути к независимости. Немало сознательных украинцев прибыло на Закарпатье, где они влились в «Карпатскую Сечь». Последняя стала своеобразными вооруженными силами Карпатской Украины.

15 марта 1939 г. венгерские войска начали оккупацию Карпатской Украины, безжалостно чиня расправу с членами «Карпатской Сечи». Многие из них были убиты. В деле оккупации Закарпатья венграм помогали польские военные. Соответственно, часть членов «Карпатской Сечи» оказалась в руках польской власти. Сорок человек из них отправили в Березу Картузскую. Министерство внутренних дел Польши так обосновывало их заключение:

«Во время своего пребывания в Польше все вышеназванные (представлен соответствующий список. — П.К.), будучи сторонниками идеологии ОУН, проявляли антигосударственную деятельность. Делали это таким образом, что не удалось собрать против них достаточно доказательств и начать судебные процессы.

В период усиленной пропаганды ОУН в пользу Подкарпатской Руси вступили в ряды тамошней организации Национальной обороны «Карпатская Сечь». Причем когда находились на Руси, демонстрировали враждебное отношение к Польше.

Когда Карпатская Русь вошла в состав Венгрии, вышеназванных лиц передали польской власти, так как они являлись гражданами Польши.

Учитывая предыдущую деятельность, а особенно возможность антигосударственных выступлений, пребывание вышеназванных на свободе угрожает безопасности, покою и публичному порядку».

Думали ли представители польской власти, что, совершая репрессии против защитников Карпатской Украины, они готовят для себя подобное будущее? Не пройдет и полгода, как фашистская Германия и Советский Союз нападут на Польшу и разделят это государство. А ее защитников, среди которых, кстати, будет и немало этнических украинцев, отправят в немецкие и советские концлагеря, где большая часть из них погибнет. Одна трагедия Катыни чего стоит! Но, правда, не надо забывать, что перед Катынью была Береза Картузская. Пусть даже без страха бессмысленных расстрелов. Но...

Словом, книга «За тебя, Украина...», несмотря на то, что в ней представлен, казалось бы, «сухой» документальный материал, заставляет над многим задуматься. Хотелось, чтобы эти размышления стали полезными для нас. И чтобы мы сделали из них надлежащие выводы.

Петр КРАЛЮК
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments