Не мыслям надобно учить, а мыслить.
Иммануил Кант, немецкий философ, писатель, антрополог, физик, библиотекарь, педагог, родоначальник немецкой классической философии

Много лет Кира Муратова не просто работала за все наше украинское кино вместе взятое, она и была, по сути, этим кино

Несколько вещей, которые я знал о ней
7 июня, 2018 - 10:47
ФОТО C САЙТА TRUST.UA

При СССР ее несколько раз отстраняли от профессии, запрещали или цензурировали фильмы, она работала библиотекарем или стригла кусты, однако на компромиссы не шла. Впрочем - была неудобна при любом режиме. У нее все иначе начиная от жизненного опыта еще в предвоенной Европе - в королевстве Румыния. О ней спорили и будут спорить и по художественных, и по политическим соображениям. Ее фильмы раскалывали аудиторию на непримиримые лагеря. Она умела рассмешить зрителя и сделать ему больно. Много лет она не просто работала за все наше украинское кино вместе взятое, она и была, по сути, этим кино.

В ее фильмах действуют странные люди и происходят странные вещи; но эта странность укоренена в мировой культуре, имеет параллели в театре абсурда, в изобразительном авангарде, и, конечно, во французской "новой волне". Можно даже сказать, что Муратова была нашим главным кинематографическим европейцем. Потому мыслила, снимала полностью независимо - то есть по-европейски.

Обычно расцвет режиссера непродолжителен: эффектно дебютировав, достигнув апогея в зрелом возрасте, даже одаренный автор зачастую теряет легкость, начинает повторяться. Муратова и здесь явила исключение: каждый ее новый фильм отличался от предыдущего и стилистически, и композиционно, в каждом открывались актерские таланты. Актеры здесь, кстати, всегда на своем месте, работают незабываемо, даже если появляются в кадре всего на пару минут. Ее последняя работа - "Вечное возвращение" - роскошное лицедейское кино, настоящий парад ярких характеров, где сошлись почти все муратовские любимцы от Ренаты Литвиновой и Виталия Линецкого до Георгия Делиева и Уты Кильтер.

Игра, в общем, является для Муратовой базовым принципом. Она играет: с цветным и черно-белым изображением, с жанрами, с сюжетами и с самим понятием сюжета, с актерами и их даром перевоплощения, а также с собственной профессией. Так, играя, она от фильма к фильму собирает свою версию человеческой комедии, в том или ином виде прописывая нам всем горькую и смешную правду. И в конечном счете, именно мы, зрители, оказываемся в наибольшем выигрыше.

- Есть замечательные поверхностные фильмы. Есть более глубокие, и они редки. Про поверхность я сняла «Увлечения». Про ипподром, про красивых лошадей, про красивых девушек, про красивые скачки. Когда у меня спрашивали, что это за фильм, я отвечала: «Это фильм салонный». То есть поверхностный. Такое тоже бывает красиво. (со смехом) Очень глубокий фильм про поверхность — тоже можно так сказать. Понимаете, если сказать «глубокий» — то разговор продолжается. А сказала «про поверхность» — и всё, хватит, отстаньте.

Глубоких фильмов — раз, два и обчелся. А поверхностных — много. Поверхность всем сразу видна, она прилична. Глубокие фильмы обычно таят в себе неприличие, непристойность, нечто пугающее. Любая изнанка, тем более изнанка человеческая — пугает. А поверхность прилизана, окультурена, обработана. Она легко воспринимается и делается. Она бывает эстетически прекрасной, даже мудрой. Потому что поверхность — это и есть жизнь как таковая. Люди не любят думать про смерть. Начнешь думать — не остановишься. Или остановишься — но будет не по себе.

Иногда смотришь на людей на улице и думаешь: «они живут как бессмертные». А как еще им жить? Это как в притче — человек висит над пропастью на травинке, но при этом с наслаждением жует ягоду с соседней травинки. Вот это и есть жизнь. А как только он эту ягоду есть перестанет, то увидит бездну. Почувствует, что травинка кончается. Человек ведь знает, что умрет в любом случае — как бы ему хорошо ни было сегодня. И эта глубина печальна и ужасна, человек старается не думать о ней. Поэтому очень много поверхностного искусства. И это правильно. Это живая трепещущая поверхность всего.

Вообще так и надо жить. Надо жить поверхностью. Это замечательно, конечно — сделать произведение, которое уведет тебя в глубину. А потом нужно посмотреть на солнышко и опять жить так, словно ты бессмертен.

5 ноября 1934 - 6 июня 2018.

Спасибо за все, Кира.

Дмитрий ДЕСЯТЕРИК, “День”
Рубрика: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments