Не всякий человек способен быть у власти, а лишь такой, что по природе своей стремится к правде и справедливости.
Станислав Ореховский-Роксолан, украинский писатель, оратор, публицист, философ, историк, полемист, гуманист эпохи Возрождения

«Мягкая сила»

Ко Дню письменности и языка
9 ноября, 2012 - 11:33
ФОТО НИКОЛАЯ ТИМЧЕНКО / «День»

Недавно в наш институт пришла молодая особа, работающая переводчиком-синхронистом как фрилансер (см. газету «День» №199-200), чтобы приобрести для подарка учебник по украинскому языку как иностранному, написанному в МИОКе. Разговорились. На вопрос, на какие языки делает переводы, ответила — на английский и русский. «В крупном украинском бизнесе украинский язык отсутствует. В мире он отсутствует вообще», — с грустью добавила она.

Каждое государство, которое заботится о своем имени в мире, о своем престиже, авторитете, своих интересах, о том, что называют иностранным словом «имидж», или на украинском языке «образ», заботится о распространении своего языка в международном сообществе, вкладывая значительный интеллектуальный и материальный ресурс в это дело.

Для того, чтобы украинский язык звучал в мире, Украина должна идентифицировать себя как внутри, так и вовне, как своеобразность, как инаковость во всем разнообразии, которое ее окружает.

УКРАИНСКИЙ ЯЗЫК В МИРЕ

Значительно комфортнее, работая над какой-либо проблематикой, видеть конкретный результат своего труда. Когда речь идет о поддержке и развитии украинского языка за пределами Украины, то перспектива успеха выглядит более чем отдаленной.

Определяющим фактором, непосредственно влияющим на распространение украинского языка в мире, является авторитет государства в международном сообществе и его языковая политика — как внутренняя, так и внешняя. В Украине наработана полная противоречий нормативно-правовая база, которая регулирует функционирование украинского языка. Хотя приказом Президента Украины в феврале 2010 года принята Концепция государственной языковой политики, которая определяет стратегические приоритеты в преодолении деформаций национального языково-культурного и языково-информационного пространства, 10 августа 2012 года вступил в силу Закон «О принципах государственной языковой политики». Принятие такого закона вызовет обострение языкового вопроса в стране, приведет к постепенной потере украинским языком статуса государственного, к сужению сферы функционирования украинского языка, сведет его к положению одного из региональных языков и тем самым нанесет сокрушительный удар распространению украинского языка в мире, выбив из-под ног важный мотивационный фактор. Политическая и экономическая ситуации в Украине тоже не способствуют утверждению позитивного образа Украины в международном сообществе и укреплению ее авторитета, а вместе с тем — появлению интереса как к государству, так и его языку.

«Влияние государства во многом зависит от способности продвигать свои национальные культурные ценности, язык и экспортировать их. По сути, речь идет об особом ресурсе международного лидерства, которое прямо связано с человеческим потенциалом. Эти инструменты часто оказываются более значимыми, чем другие, и приобретают особое значение», — об этом, по словам собственного корреспондента УНИАН в РФ, сказал премьер-министр России Дмитрий Медведев в Москве на совещании руководителей представительств и представителей Россотрудничества. Россия должна усилить свое влияние в мире с помощью «мягкой силы», в первую очередь — в странах СНГ, отметил он. В своей книге «Мягкая сила: пути достижения успеха в мировой политике» Джозеф Най дал «мягкой силе» следующее определение: «возможность достичь своих целей благодаря собственной привлекательности, а не через принуждение». Он также определил три компонента, из которых состоит этот феномен: «культура государства (то, чем она привлекает других), его политические ценности (придерживается ли оно их во внутренней и внешней политике) и внешние отношения (воспринимаются ли они как легитимные и морально обоснованные)». Это хорошо понимают в Российской Федерации, утверждая, что укрепление позиций этой страны в мире, продвижение национальных интересов гуманитарными средствами — одни из важнейших приоритетов государства.

По словам премьер-министра России, «гуманитарное измерение выходит на передний план международной жизни, и созданное четыре года назад Россотрудничество должно стать одним из ключевых инструментов «мягкой силы». Так, руководитель Федерального агентства по делам СНГ, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству (Россотрудничество) Константин Косачев заявил о создании института Пушкина. По его словам, «это... серьезная реформа, которая позволит нам затрагивать вопрос о распространении русского языка не только на уровне столиц, но и везде, где к этому есть интерес». Косачев сообщил, что в апреле руководству России агентство представило Государственную концепцию поддержки русского языка за рубежом. На очереди другой программный документ — концепция «Русская школа за рубежом», ориентированная на русские образовательные стандарты.

По его словам, центры науки и культуры Россотрудничества и его представители сегодня работают в 74 странах мира. До конца года количество таких стран может увеличиться до 83, а до 2018 года — до 104 (УНИАН). Продвижение языка в мире как одного из факторов мягкой силы принадлежит к приоритетным не только в Российской Федерации. Этими вопросами активно занимаются разные цивилизованные страны, которые для достижения собственных национальных интересов выделяют достаточно ресурсов. В мире существуют общеизвестные институции: во Франции — Alliance Francaisе, в Германии — Институт Гете, в Великобритании — British Council, в Испании — Институт Сервантеса, которые уже имеют древнюю историю и наработанные традиции и, что самое главное, крепкую государственную поддержку. За последние годы можем констатировать появление новых институций, в частности появление и распространение Института Конфуция, который был открыт лишь в ноябре 2004 года в столице Республики Корея — Сеуле. Состоянием на конец 2010 года в мире уже действовало 322 института и 369 классов Конфуция в 96 странах и регионах мира. Число зарегистрированных слушателей составило 360 тысяч. А, по оценкам министерства образования КНР, до 2020 года запланировано увеличить число Институтов Конфуция до 1000.

Каким ресурсом владеет Украина для распространения украинского языка в мире? Без сомнения, это в первую очередь — мировое украинство. Самым весомым источником распространения украинского языка в мире является диаспора. Сегодня мы не можем назвать точное количество носителей языка. Разные источники дают разную статистику. Самыми достоверными являются переписи населения в стране проживания представителей диаспоры, которые, однако, подтверждают стабильную ассимиляционную тенденцию. Еще одним источником являются данные консульских отделов, на учете которых стоят украинцы, живущие за пределами государства. Но они далеко не полные, поскольку за годы независимости Украину покинуло большое количество нелегальных эмигрантов. По разным экспертным оценкам, их количество составляет до 7 млн. человек. В целом в мире проживает почти 20 млн. лиц украинского происхождения (цифра была обнародована на сайте Мирового конгресса украинцев). Такие оценки имеют под собой реальную основу и вполне возможны, однако отсутствие глубокого научного исследования этого вопроса не позволяет оперировать этими показателями официально. Диаспора — это живой организм, подверженный влияниям, которые предопределены рядом экономических, политических и культурных факторов. Украинские общины сегодня не существуют в их первозданном виде. В их среде происходят изменения. Подверглось изменениям украинство самой старшей диаспоры — западной, столкнувшись с острой проблемой ассимиляции. О неотвратимости ассимиляционных процессов писал и Ю. Шорох, который отмечал, что в эмиграции «...абсолютное большинство — в разной степени и форме, первые в политике, вторые в экономике и поиске прибыли, другие в культуре, все в быту... не были способны противостоять новому, генетически чужому. У большинства нового поколения это соединялось с забыванием языка...» Однако за годы независимости нашего государства возникло новое явление — восточная диаспора, которая начала развиваться, но она находится на стадии активной структуризации и нуждается в особом внимании и поддержке со стороны своей исторической Родины.

Родилась и новая проблема — четвертая волна эмиграции. Несмотря на все проблемы, связанные с этими новыми явлениями, которые возникли за годы независимости Украины, мы можем однозначно утверждать, что появилось новое украинское присутствие в мире, а, значит, можем говорить и о распространении украинского языка, носителями которого являются миллионы украинцев на всех континентах мира. Сегодня ученые констатируют динамику изменений в среде украинской диаспоры под воздействием новейшей волны эмиграции, языковой состав которой оказывает важное и непосредственное влияние на украинцев, проживающих за рубежом, в частности в США. Исследователи Научного общества им. Шевченко США утверждают, что несмотря на значительное количество русскоязычных лиц среди новой волны эмиграции, количество украиноязычных лиц преобладает, что свидетельствует об увеличении количества соотечественников, которые разговаривают на украинском языке в США, почти на 60%. Следует отметить, что состоялся не только количественный, но и качественный прыжок в распространении украинского языка. Поскольку из Украины выехало значительное количество высококвалифицированных кадров, часть из которых работает в образовательных заведениях, а это способствует повышению уровня владения украинским языком. Доктор социологии Олег Воловина в своем исследовании «Некоторые последствия новой волны эмиграции из Украины для украинской диаспоры в США» отмечает, что новейшая эмиграция привнесла полезные умения и навыки в укрепление школ, общественных организаций, молодежи, спорта, церкви. «Учитывая значительный уровень языковой ассимиляции предыдущих волн, такое вливание трудно переоценить», — утверждает социолог.

Украинский язык распространяется в украинских общинах прежде всего через семью, которая создает прочный фундамент для будущего, а также через общины и школу. Традицию, основанную предыдущими волнами эмиграции, продолжила «Четвертая волна», развив в странах проживания сеть образовательных заведений. На европейском континенте возникли новые школы, в основу которых легли предметы украиноведческого цикла, главное место среди которых занимает украинский язык. Сегодня уже можно говорить о десятках зарегистрированных общественных объединений, появляются региональные, городские, женские, студенческие организации. Утверждаются школы, открываются курсы украинистики на факультетах славистики. Среди уставных задач украинских организаций всегда четко очерчен вопрос сохранения и распространения украинского языка в стране проживания. Эти и другие положения были зафиксированы в уставной деятельности общественных организаций, которые позиционируют себя как неправительственные, действующие согласно строгому соблюдению устава, законов страны проживания и Международной декларации прав человека. Деятельность таких украинских структур в европейском пространстве не только создала надлежащие условия для их всестороннего развития, но и перешла на качественно новую ступень, выйдя за пределы общин, интегрируясь в культурное пространство страны проживания, вписываясь в европейскую концепцию культурного многообразия и, как следствие, способствует распространению украинского языка. В европейских странах начался процесс создания совместных центров. Хорошим примером в этом контексте служит рождение двух украинско-испанских центров в Испании.

Отдельно следует сказать о функционировании украинского языка в южной Америке (Бразилия, Парагвай, Уругвай, Аргентина) и Австралии. Специфика деятельности украинских общин в том, что фактически они действуют в замкнутой среде уже более века, поскольку пополнение от новых волн эмиграции отсутствует. Именно там наблюдается активная ассимиляция выходцев из Украины. Как утверждает Б. Ажнюк, «...двуязычие диаспорных меньшинств — явление маргинальное, и этнический язык сохраняет шансы на выживание до тех пор, пока существуют коммуникативные ситуации для эксклюзивной одноязычности (например, общение с представителями старшего эмиграционного поколения) и сохраняется потребность и возможность прямой связи с исторической родиной».

Для того чтобы потребность прямой связи с родиной предков сохранялась, государству следует выработать взвешенную политику сохранения национальной идентичности, развития школьного дела, программу распространения и утверждения украинского языка в мире.

Украинский язык не может функционировать в замкнутой системе. Открытым пространством для него стали украиноведческие занятия — еще один действенный источник распространения его в мире.

И если украинистика в университетах США или, скажем, в Мюнхенском Украинском Свободном Университете известна давно, то в некоторых учебных заведениях на Западе рождение украинистики прямо пропорционально растет с интересом иностранцев к Украине в последние десятилетия.

О необходимости институционального обеспечения новейшей волны эмиграции говорит Оксана Пахлевская, профессор Римского университета Ла Сапиенца. «В диаспоре конца ХІХ в. появились огромные влиятельные институты в Канаде и Америке», — отмечает профессор. Вторая и третья волна также сумели создать институты и заставить услышать свой голос в обществах, где они находились. Причем исторические контексты были крайне драматичными в военные или послевоенные времена. Ныне контекст не является уж таким драматичным. Именно через институты есть возможность активно внедрять украинский язык, создав надлежащие условия для его функционирования. Большими усилиями наших предшественников и современников были созданы сотни украиноведческих центров в высших школах мира, которые существуют в разных формах, но по большей части как компонент в рамках занятий славистикой. Однако их значение трудно переоценить, поскольку благодаря знанию об Украине, ее языку, культуре формируется когорта людей, которые будут способны на индивидуальном уровне органично взаимодействовать с гражданами своей исторической родины или страны, культуру которой они изучают и в сфере производства, и в сфере политических отношений, и в сфере духовной, превратить приобретенные знания в активные орудия в своей профессиональной деятельности, выступить сторонником Украины и, прямо или опосредствовано, влиять на общественное мнение страны проживания. О таких украиноведческих центрах не раз писала газета «День». Вспомним публикации о Гарвардском университете или недавнюю публикацию о Познанском университете им. А. Мицкевича и о его преподавателе Анне Хранюк или же о профессоре Оксане Пахлевской, которой удалось в 2000 году создать самостоятельную, независимую от спонсоров или других внешних факторов, кафедру украинистики в Римском университете Ла Сапиенца, единицу в государственной системе итальянских университетов, официально интегрировать ее в систему западного образования, во внешний научный мир. Ведется работа и над созданием второй кафедры и курсов в разных университетах Италии.

Формат статьи не позволяет глубже осветить деятельность кафедр украинистики и украиноведения за рубежом, проблематику функционирования украинского языка на постсоветском пространстве, в частности комплекс вопросов, связанных с состоянием украинского школьного дела в Российской Федерации.

Однако, констатируя появление нового украинского присутствия в мире и увеличение ареала функционирования украинского языка в мире, который распространяется главным образом через украинскую диаспору и благодаря созданию украиноведческих образовательных центров можем утверждать, что эти процессы происходят исключительно благодаря героическим усилиям наших людей, которые оказались за пределами Украины по разным обстоятельствам и причинам.

При отсутствии государственной гуманитарной политики по поддержке, развитию и продвижению украинского языка в мире, так, как это делается во многих странах мира, в частности в Российской Федерации, не следует рассчитывать на спорадический интерес к нашей стране, к ее истории, культуре со стороны других государств, поскольку у нас нет надлежащего авторитета и веса во внешнем мире, что могло бы стать мощным фактором возникновения такой заинтересованности.

Чтобы новое украинское присутствие в мире было действенным, по нашему мнению, необходимо обеспечить соответствующую нормативно-правую, институциональную, финансовую, информационную базу как основу для воплощения программы сотрудничества с мировым украинством. Эта программа, как конкретная реализация концепции, должна выстраиваться на основе системного подхода. А распространение знаний об Украине, ее язык в мире должно стать стратегическим финансовым обеспеченным направлением внешнеполитической деятельности нашего государства.

Ирина КЛЮЧКОВСКАЯ, директор Международного института образования, культуры и связей с диаспорой (МИОК) Национального университета «Львовская политехника»
Газета: 


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ