Родина - это не кто-то и где-то, Я - тоже родина.
Иван Светличный, украинский литературовед, языковед, литературный критик, поэт, переводчик, деятель украинского движения сопротивления 1960-1970-х годов, репрессирован

Почему Москва боится предоставления Томоса?

Украинская Поместная церковь как ценностная делегитимация Российской империи
27 июля, 2018 - 13:32
ФОТО РУСЛАНА КАНЮКИ / «День»

Формально история Российской империи начинает свой отсчет с Петра І, когда после окончательного порабощения Украины и захват балтийских территорий, он провозгласил себя (22 октября 1721 года в Троицком соборе Петербурга) «императором всея России».

Но это уже было завершением длительного исторического процесса формирования абсолютистской власти в России, а историософские истоки российского империализма находятся в «Посланиях игумена Филофея великому князю Василию Ивановичу», где он провозглашает «Москву третьим Римом».

С того времени и до сих пор имперская идея не только не угасала, но непрестанно развивалась, ее проблески можно разглядеть и в словянофильских инспирациях, и в большевистском толковании мировой революции, и в сегодняшних разнообразных конструкциях «евразийства» и «русского мера». Выделим три важнейших элемента концепции Российской империи: первый, это абсолютистская форма власти с ее экспансионистской доминантой; второй, это религиозное (ценностное) ее оправдание особенной исторической миссией «спасения мира», который якобы должна осуществить Московская империя в мировой истории; и третий, «религиозное или идеологическое насилие над оккупированными народами». «Два убо Рима падоша, а третій стоїт, а четвертому не биті». Потому что четвертый Рим в этой псевдо-эсхатологической концепции символизирует конец мировой истории и окончательную победу антихриста.

«Император — отмечает современный русский идеолог Александр Дугин — фигура эсхатологическая от самого начала, препятствующая приходу антихриста. Есть империя — нет антихриста, нет империи — есть антихрист. Империя — это не просто земная организация жизни, это — священная миссия, это часть фундаментального экклезиологического периода».

В таком способе мышления важным доказательным моментом истинности мессианской преемственности, которая якобы неразрывно совмещает Москву с первобытной христианской миссией спасения мира, есть символическое владение наследством Княжеской Украины, — Киевской митрополией, которая находилась в непосредственном духовном единении с Константинопольским Патриархом. Начиная с 1654 года, Московское царство поэтапно оккупировало Казачью Украину, а с 1686-го — поглотило Киевскую митрополию.

Правда, порядки, внедряемые на оккупированных территориях, радикально отличались от всей предыдущей казацкой православной традиции, говоря словами казачьего полковника Ивана Богуна: москали принесли к нам обычай «всепоглощающего рабства».

Собственно, то же, но отталкиваясь от противоположного, утверждает и «евразийская» шовинистическая историография, отмечая, что Российская империя институционно выросла не из Киевского государства, а из Золотой Орды.

Последующая трансформация Русской империи в направлении абсолютизации государственной власти в сочетании с выборочным европейским модернизмом, привели к происхождению симбиотической деспотии. Вершиной которой стали так называемые религиозные реформы Петра І: радикальная секуляризация Церкви и подчинение управления ею светской власти (замена патриаршего управления на синодное), фактическое превращение ее в один из специфических бюрократических механизмов государства. В образе Московской империи, если нам и дальше осмысливать события в русле предложенных Филофеем мифологем, начал смутно проглядываться не столько Третий, как Четвертый Рим.

Для подчеркивания этой мысли приведем один из характерных примеров управления «богопомазанным» императором своей «церковью». На одном из архиерейских соборов Петр І на опостылевшее ему выпрашивание епископами нового патриарха разъяренно воскликнул: «Вы просите патриарха, вот вам духовный патриарх — и бросил в их сторону сверток с Духовным Регламентом» (превращение церкви из патриаршей в синодную) — а «противомыслящим этому» — грозно глянул на них император, и «выдернув второй рукой из чехла короткий меч и вогнав его в стол», прибавил: «дарую булатный патриархат!».

Угроза была зловещей и доходчивой, — или террор и служение Богу в катакомбах, или прислуживание российскому имперскому государству в позолоченных ризах в роскошных соборах. Российское духовенство выбрало второе, со всем следующим бекграундом деградации церковной структуры. Сегодня сложно точно утверждать о религиозности Петра І, но в своих антицерковных действиях он быстрее уподоблялся не так на «помазанника божий», как на его радикальных оппонентов — Ленина, Троцкого и Сталина. Недаром староверы однозначно воспринимали восхождение на трон русского императора как пришествие антихриста, и всегда помечали его тремя цифрами «666».

Кстати, какие бы «набожные» не были все следующие русские цари, ни один из них, даже чисто теоретически, не поставил вопрос о возможности возвращения церкви патриаршего статуса.

ИМПЕРИЯ «КРАСНОГО ДРАКОНА» И ЕГО «ЦЕРКОВЬ»

Октябрьский переворот в 1917 г. с узурпацией власти в России радикальной богоборственной коммунистической организацией позволило, с одной стороны, Русской православной церкви самостоятельно возобновить патриаршее управление, а из другого, поставило ее перед необходимостью адекватного ответа на развертывание в стране массового террора. И нужно отдать должное, Церковь в тех условиях нашла в себе силы дать достойный ответ: сначала новоизбранный патриарх Тихон анафематствовал коммунистическую власть и всех ее сотрудников (19 января 1918р.), а впоследствии Поместный Собор (22 января) узаконил анафему: «Опомнитесь безумцы, прекратите ваши кровавые расправы — говорится в послании патриарха. — Ведь то, что вы творите, не только жестокое дело: это — поистине дело сатанинское, за которое вы подпадете под огонь адский в жизни грядущей, — потустороннему и страшному проклятию потомков в жизни нынешней — земному.

...Заклинаем и всех вас, верных чад Православной Церкви христовой, не вступать с такими выродками рода человеческого в любое общение: «Ізиміть злого від вас самих» (1 Кор. 5, 13)».

На протяжении двух десятилетий богоборствующая коммунистическая власть последовательно истребляла любую религиозность в обществе. За это время были убиты сотни православных епископов, десятки тысяч священников и сотни тысяч православных мирян, разрушены тысячи храмов, в том числе сотни, которые принадлежали к культурно-историческому наследству восточнославянских народов.

Кроме физического уничтожения священнослужителей, спецслужбами внедрялись мероприятия, которые способствовали внутреннему разложению священнослужителей и дроблению церковных организаций. Ими было инспирировано так называемое «обновленское движение». Реформы, предлагаемые ими, были направлены не на очистку, а на разрушение Церкви, на коренную смену природы Церкви. Предлагалось трансформировать основные евангельские идеи в духе их соответствия революционной идеологии. За их замыслом, Христос и апостолы должны были превращаться в таких себе первобытных революционеров, которые осуждали существующий тогда социальный строй и боролись за трудящийся люд. Некоторые радикальные активисты обновленчества даже предлагали вместо крестов на храмах вывешивать пятиконечные звезды и так далее, и тому подобное.

Для маскировки антихристианской сущности идей обновленского движения к нему временно отправлена лучшая чекистская агентура, в частности, известного богослова и митрополита Сергея Страгородского.

Правда, быстро поняв, что православные скорее пойдут в катакомбную церковь, чем в обновленскую ересь, чекисты перебросили Сергея Страгородского на другой, более перспективный тайный фронт борьбы с христианством: установление тотального контроля над остатками традиционных православных обществ. После смерти патриарха Тихона, советским спецслужбам удалось незаконно назначить митрополита Сергея Страгородского местоблюстителем патриаршего престола. На этого «оборотня» чекисты положили выполнение самых одиозных заданий, в частности в 1927 году он подписал Послание о признании Московской патриархией безбожной советской власти и осуждения любой оппозиции против нее. С того времени и доныне, всех православных последователей конкордата с богоборцами называют «сергиянцами», по имени их главы и слуги антихриста Сергея Страгородского.

Террор против всех верующих в СССР усиливался вплоть до 2 мировой войны, когда немцы стали активно поддерживать возрождение традиционных православных обществ на оккупированных территориях. Чтобы идеологически противодействовать этому процессу, коммунисты задумали создать полностью контролируемую ими Православную Церковь, которая бы одновременно выполняла два задания: блокировала оппозиционное православное движение и стала надежным инструментом борьбы против христианства.

8 сентября 1943 года Иосиф Сталин лично санкционировал создание новой «Московской Патриархии Русской православной церкви». Чтобы она отличалась от предыдущей не только по содержанию, но даже по названию — слово «российская» заменили на «русская». Все состоялось почти по апокалиптическому пророчеству о Красном Драконе — дьяволе, его звере — тоталитарной империи, лжепророке — генералісімуса и большую вавилонскую блудницу — псевдоцерковь.

Авторитетный первоиерарх зарубежной РПЦ митрополит Филарет (Вознесенский) писал в свое время о Московской Патриархии, что «эта лжецерковь дважды подпадала под анафему. Более святой патриарх Тихон и Всероссийский церковный Собор анафематствовали коммунистов и всех их сотрудников. Эта грозная анафема, отмечает митрополит, до сих пор не снятая и хранит свою силу, потому что снять ее может только такой же всероссийский церковный Собор как каноническая высшая церковная власть. И случилось ужасающее событие в 1927 году, когда возглавляющий церковь митр. Сергей своей позорной отступнической декларацией подчинил русскую церковь большевикам и объявил о сотрудничестве с ними. И сбылось в самом точном смысле высказывание предисповедной молитвы: «под собственную анафему падоша!».

Следовательно, отталкиваясь от предварительно сказанного, можно убедительно утверждать, что «Русская православная церковь» является религиозным православным сообществом, которое упало в грех сергиянской ереси и до сих пор находится под анафемой. Спасение для нее в целом возможно лишь через соборное покаяние, когда все — от патриарха к последнему прихожанину — признают и покаются в грехе сотрудничества с безбожниками.

Индивидуальное освобождение от анафемы, — либо епископа, либо священника, либо православного верующего возможно лишь через публичный разрыв с этой «лжецерковью» и возвращение к традиционному православному обществу.

Поэтому получение Томоса об автокефалии от Вселенского Патриарха и, соответственно, происхождения Украинской Поместной Церкви с религиозной точки зрения является выходом значительной части православного люда из притворства сергианской ереси и возвращения их в лоно Вселенской Православной Церкви.

«ФСБшные» ТЕХНОЛОГИИ ПРОТИВ ВОЗРОЖДЕНИЯ ХРИСТИАНСКОЙ ВЕРЫ

Крах коммунистической идеи и развал СССР, казалось, навсегда оставил в прошлом антигуманные эксперименты над человеком и обществом. Наивные обрадовались, думая, что впереди них ожидает лишь мир, полный добра. Но темные силы не исчезают совсем, они, как за своеобразным законом сохранения энергии (негативной), лишь изменяют форму. Потому что «когда дух нечистый выйдет из человека, то блуждает по местам безводным, ища отдыха, и не находит./Тогда рассуждает: Вернусь в дом свой, откуда я вышел. Приходит и находит его пустым, заметенным и убранным./Тогда он идет, берет с собой семь других духов, худших от себя, и они входят и поселяются там, и последнее того человека будет хуже, чем первое».

Возвращение к власти в России чекистов в фсбешной форме с двуглавым орлом ознаменовалось многими странными, как на неосведомленный взгляд, знамениями и перевоплощениями. Например, лидер либеральной фракции в РПЦ митрополит Кирилл (Гундяев) вдруг «ни с того, ни с сего» превратился из убежденного сторонника гомосексуальных отношений в ожесточенного традиционалиста-патриота и начал вдохновенно популяризировать «русский мир». Очевидно, что предложения давних соратников из КГБ были куда более конкретными и более обольстительными, чем либеральные блеск. Тем более что никто не мешал, а даже снисходительно побуждал за стенами монастырей жить за нетрадиционными стандартами, — для безжалостного вурдалаки «жертва на крючке» всегда лучше, чем голая договоренность. А тех, кто говорил правду о Кирилле, осудили к длительным тюремным срокам. Оказалось, что контроль над лжецерковью как инструментом массовой манипуляции населению был намного более важен какой-то показной шовинистической солидарности.

Долго не тратясь попусту, сергианцы, преодолевая незначительное церковное сопротивление, добились избрания Кирилла патриархом РПЦ.

Способность к перевоплощениям и созданию реальности иллюзии является одним из фундаментальных качеств инфернальных сил. На заре украинской независимости, когда началось массовое возрождение украинского православия, фсбеешные специалисты, чтобы затуманить головы неофитам, прибегнули к одной простой, но, как оказалось, эффективной подмене понятий. Через СМИ и подконтрольных «священнослужителей» начали распространять слухи, что отход от Московской патриархии является расколом, что те, кто отделился, неканонические, не будут иметь благодать и т.д. и тому подобное.

Правильные слова говорили наибольшие грешники за всю историю христианства, говорили, переворачивая реальное положение вещей вверх тормашками: когда неканоническую, безблагодатную лжецерковь называли истинной, а возвращение к истинной православной вере — расколом. Все происходило, как по евангельскому предостережению.

УТВЕРЖДЕНИЕ УКРАИНСКОЙ ПОМЕСТНОЙ ЦЕРКВИ ДЕТЕРМИНИРУЕТ ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ ИЗМЕНЕНИЯ В ЕВРАЗИИ

В свое время Збигнев Бжезинский утверждал, что без Украины Российская империя невозможна, она со скрипом, но медленно трансформируется в среднестатистическое национальное государство. Это, несомненно, верное аналитическое утверждение, к нему лишь стоит прибавить, что в процессе трансформации в национальное государство от РФ обязательно отпадут Северный Кавказ, Тува и, возможно, Татарстан. Конечно, что это будет сопровождаться возвращением Приднестровья к Молдове, Абхазии и Южной Осетии к Грузии, Крыму к Украине.

Но для того, чтобы запустить исторический процесс завершения коренной трансформации Евразии, нам необходимо выиграть нынешнюю войну с Россией. И не только в буквальном военном понимании, хотя это тоже важно, а прежде всего в идеологическом. Необходимо разрушить все принципы возможного возрождения Русской империи. После распада СССР два из трех фундаментальных элементов существования империи были серьезно подорваны: во-первых, состоялось радикальное сужение территории с потерей большого количества населения, которое существенно ограничило ресурс экспансивных возможностей РФ; во-вторых, внедренные изменения, даже в авторитарном виде, существенно блокируют возможность выстраивания одномерной идеологической (религиозной) платформы в РФ, — хотя популяризация «русского мера» позволяет ограниченно отвоевывать какие-то позиции.

Остался третий ценностный принцип существования империи: оправдание ее особенной религиозно исторической миссией «спасения мира». Поэтому утверждение Украинской Поместной Церкви навсегда делегитимируем религиозно-ценностную принцип возрождения империи, лишает ее моральных оснований существования в сознании славянского населения (в частности и русских) как защитницы их интересов.

Если перентерпретировать Дугина, то это звучит приблизительно так: «Есть Украинская Поместная Церковь — нет Империи, нет Украинской Поместной Церкви — ожидай возрождения Четвертого Рима и прихода нового Русского Сталина».

Василий КУЙБИДА, доктор наук по государственному управлению, профессор
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments