Корень демократии в активности граждан, а залог - в обеспечении прав человека.
Зиновий Красовский, поэт, писатель, общественный и политический деятель, политзаключенный советских лагерей, член Украинской Хельсинской группы

Михаил ЗАВЬЯЛОВ: «Нас не хотели записывать в профессионалы»

8 октября, 1999 - 00:00

В мире бокса имя Михаила Завьялова известно уже много лет.
Заслуженный тренер СССР и Украины, президент Национальной лиги профессионального
бокса, признанный специалист и педагог, он 18 лет возглавлял сборную республики,
а 12 — сборную бывшего Советского Союза, воспитал плеяду талантливых учеников
— чемпионов Европы, мира, призеров олимпиад.

А В МАГАДАНЕ БЫЛО ВСЕ СПОКОЙНО

— Михаил Михайлович, как утверждают сами боксеры, душ
для них — это любимый и обязательный ритуал. Кажется, в вашей судьбе он
сыграл не последнюю роль.

— Много лет назад в Омске мы всем двором записались в секцию
бокса. Поскольку моя семья жила в огромной коммунальной квартире, где не
всегда была вода, а если она появлялась, то очереди были на весь коридор,
родители отпустили в секцию с радостью, мол, хотя бы буду принимать душ
после тренировки.

Именно тогда меня судьба на всю жизнь связала с боксом.
Как это нередко случается, из всех уличных пацанов в боксе остался один
я. Стал чемпионом среди молодежи в городе, области, выполнил норматив мастера,
а когда наш тренер защитил диссертацию и покинул нас, его по просьбе друзей
заменил я.

— И тут вы внезапно покинули Омск и добровольно переехали
в Магадан, имеющий достаточно сомнительную славу. Не было ли страшно?

— Все вышло довольно случайно и быстро. Туда меня пригласили
по рекомендации одного из тренеров сборной страны. Хотя я жил в Омске —
в Сибири, — все равно Магадан для меня был краем света.

— Потом слава о магаданском боксе разошлась по всему
миру. Недаром в «Энциклопедии бокса», которая недавно вышла в Москве, успехам
магаданцев посвящена отдельная статья. По-видимому, наиболее громким из
них стала победа Игоря Высоцкого над суперзвездой мирового бокса, олимпийским
чемпионом Теофилом Стивенсоном...

— Магадан был благодатной землей для работы. Хотя там никаких
условий для бокса не было, и мы все делали сами. Но все настолько любили
бокс, что сразу приходили по тысяче-полторы парней записываться. Люди,
живущие в том «романтическом» городе, отсидели большие сроки, однако откровенного
хулиганства там не было. И «отмороженных» бандитов, которые не признавали
бы никаких правил и хотя бы своеобразного, но кодекса чести, там не было.
Меня знал весь город. Идешь — все прохожие здороваются. Приятно, ничего
не скажешь.

— Но опять вы в корне изменили жизнь. Переезд был через
десятки тысяч километров — в Жданов (нынешний Мариуполь).

— Что было делать, ведь семья лета, по существу, не видела.
Климат в Магадане суровый, а тут появилась возможность переехать на благодатную
Украину. Я же человек легкий на подъем, да и хотелось свои силы как тренера
испытать на новом месте. К тому же один из местных руководителей подкупил
меня тем, что пообещал создать боксерские клубы во всех районах города.
Кстати, слово свое сдержал. И слава боксеров Донецкой области также гремела
по всей Европе. Думается, любители бокса помнят имена Засыпко, Климанова
и, наконец, Ягубкина. Тогда мы даже провели в Жданове матч СССР — США.

УКРАИНСКИЙ «КАРТОФЕЛЬ» ОКАЗАЛСЯ ЖЕСТКИМ ДЛЯ ЗАПАДНЫХ
ПРОФЕССИОНАЛОВ

— Любительский бокс и профессиональный отдаляет друг
от друга целая бездна: и подготовка спортсменов, и количество раундов,
и реклама перед соревнованиями, и совсем разные гонорары. Как вам удалось
так быстро освоиться на новой ниве?

— А кто сказал, что быстро? Боксеров и организаторов из
стран СНГ не очень и ждут в Европе, а уж об Америке я и не говорю. Сферы
влияния здесь четко распределены, как районы в криминализированном городе.
Каждый промоутер или, проще говоря, импресарио не очень любит делиться
своим хлебом. Так что пришлось немало поработать, чтобы нас признали в
этой компании. А сначала мы были для них настоящим «картофелем».

— ???

— На языке профессионального бокса так называют соперников,
которые выходят на ринг либо не имея никаких шансов победить, либо шансы
минимальные. «Картофель» готовят промоутеры тем боксерам, которые хотят
повысить свой рейтинг и приобрести славу непобедимых бойцов.

— Но несколько раз западные организаторы сильно обожглись
на украинском «картофеле».

— Еще и как! Чемпиону Европы французу Норберту Экаси подобрали
в партнеры нашего Сашу Гурова. Представьте себе, любимец парижской публики,
красавец, отличного телосложения, практически не знающий поражений. Я и
сам сначала нервничал — не выстоит, думаю, Александр 12 раундов, нет еще
надлежащего опыта. Уже начал сомневаться, правильно ли сделал, что привез
его сюда, как бы француз его не покалечил. В крайнем случае, думаю, выброшу
белое полотенце. Поэтому и говорю Саше: «Если не отправишь его в нокаут
в первом раунде, шансов на выигрыш немного». А француз начал бой немного
самоуверенно, работал на публику, опускал руки, мол, ну-ка ударь. А Гурова
дважды приглашать не нужно. И удар у него такой, что как попадет, то и
Тайсон на ногах не устоит. И через 1 минуту 18 секунд красавец-француз
уже отдыхал на поле без всякого намерения быстро подняться на ноги.

— Что входит в круг ваших обязанностей как президента
Лиги профессионального бокса?

— Первое, по-видимому, самое важное — найти спонсоров,
которые бы финансировали турниры. Это — очень важно. Предположим, нашли.
Потом полтора месяца идет работа, чтобы провести чемпионские бои. Нам нужно,
чтобы согласились боксировать именно с нашими спортсменами. Далее необходимо,
чтобы международная профессиональная Лига бокса дала добро.

— А какие же могут возникнуть проблемы?

— Скажем, сейчас уже все знают, что Гуров — сильный боксер.
Поэтому его соперник чувствует, что едет на проигрыш. И промоутер думает:
«А на черта мне это нужно?». Он говорит: «За такой-то гонорар мой боксер
поедет, а меньше — нам нет смысла». Словом, здесь своя кухня. Тем более,
что профессиональный бокс существует уже почти столетие, а украинцы в нем
— только седьмой год. И нас не очень-то пускают. Они не хотят, чтобы мы
были самостоятельными. Они хотят, чтобы было, как с братьями Кличко. Хотите,
чтобы ваши боксеры продвигались к мировым вершинам, отдайте во французский,
немецкий или другой клуб. Мы сами будем его готовить, пусть выступает под
вашим флагом. А то, что мы хотим сами проводить бои, готовить боксеров,
не очень им нравится. Это мы уже влезаем в их парафию. И хотя многих деятелей
профессионального спорта я знал еще по любительским соревнованиям, но очень
важно заслужить на этом рынке репутацию своих. И мы могли бы уже на любом
уровне проводить бои, но пока у нас нет нормальных отношений с телевидением,
все это очень тяжело. Там профессиональный бокс живет в основном за счет
телевидения.

— Есть форма контактов?

— Промоутеры сотрудничают с каналами Евроспорт, СКД, каналом
«Плюс». Они заключают с ними контракты. Приходят к телевизионщикам и говорят:
«Я могу организовать три боя за звание чемпиона мира, два — за титул чемпиона
Европы, столько — рейтинговых боев. Вот смета для этого — требуется миллион
долларов». Те думают, будет Льюис или Холифилд — заработаем на рекламе.
И дают деньги. Они организуют турниры, но они уже знают — есть определенная
сумма, нужно только ее распределить.

— То есть без ТВ они — никуда?

— Конечно. Они делают бои специально для кабельного телевидения,
демонстрируют их в кинотеатрах на большом экране. И живут за счет рекламы.
Поэтому многомиллионные заработки имеют ведущие боксеры-профессионалы.
В частности, Холифилд за бой получает до 40 миллионов долларов. Но, с другой
стороны, простое включение канала, где транслируют его бой, стоит 50 долларов.

— Как это практически происходит?

— Ты звонишь и говоришь: «Я хочу посмотреть этот бой. Мой
счет номер такой». А позвонило по телефону несколько миллионов болельщиков.
Другие каналы бой не транслируют. Может, на следующий день, через день.
Плюс билеты, которые стоят от 2,5 до 5 тысяч долларов. А главное, прибыли
от рекламы.

— А какие у вас взаимоотношения с телевидением?

— Приносишь им кассету с боем Гурова или другого боксера
высокого ранга, а нам в ответ: «Хорошо. Заплатите деньги, тогда покажем».
«Это же чемпион Европы, выступает только за Украину». «Хорошо. Платите
деньги — покажем».

— Как регулируется переход боксеров из любителей в профессионалы?

— У нас есть договоренность с любительской Федерацией бокса,
что в период подготовки к Олимпийским играм мы не привлекаем к себе парней,
которые к ним готовятся. После окончания Игр уже наше право приглашать
наиболее талантливых в профессионалы.

— А как вы проворонили братьев Кличко?

— С ними не было вариантов. К Владимиру подошел сразу после
Олимпиады в Атланте Клаус Коль и предложил большие деньги. А Володя поставил
условие: только вместе с братом. И они сразу поняли: два брата-красавца,
интеллектуалы — это же чудесная реклама. И согласились. Конечно, мы не
могли бы предложить братьям такие же условия.

Я ЕГО «ВЫРУБИЛ», А МИЛИЦИЯ ЗА ЭТО ПОБЛАГОДАРИЛА

— Бокс на ринге — это вид спорта. Пусть суровый, не
для слабых, но он проходит по определенным правилам. А приходилось ли вам
драться вне ринга?

— Запомнились два случая. Когда мы только приехали в Жданов
(а я привез с собой нескольких парней из Магадана), на пляже нас решили
проверить на прочность местные «авторитеты». Что-то им не понравилось,
и началась страшная драка. Стали мы в круг, они подбегают, и мы их отправляем
прямо в Азовское море. А в голове постоянная мысль: нам только что квартиры
дали, а тут придет милиция, всех заберет и придется со всем этим попрощаться.
Но закончилось тем, что мы добыли победу с явным преимуществом, хотя их
было втрое больше.

А еще был случай лет десять назад в Вышгороде. Здоровенный
бугай искал свою любовницу, не мог ее найти и ужасно ругался. Я сделал
ему замечание, мол, здесь дети, женщины. Он достал финку и бросился на
меня. Но реакция не подвела, да и удар вышел неплохой. Он упал, захрипел,
пена изо рта пошла. Я даже заволновался, как бы с ним чего не случилось.
Но обошлось. А милиция поблагодарила — оказалось, что этот верзила был
в розыске.

— Михаил Михайлович, какие у вас увлечения вне бокса?

— Книги люблю, кино. Но, откровенно говоря, времени на
отдых остается очень мало.

Александр ГОНЧАРУК, «День»
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments