Работать надо идейно, чтобы дать свою духовную лепту для родного народа
Кость Левицкий, украинский государственный деятель, адвокат, публицист

«Украина сейчас как никогда обретает субъектность»

Иванна КЛИМПУШ-ЦИНЦАДЗЕ — о силе слова, правительстве и будущем Украины — откровенный разговор с «летнешкольниками»
24 июля, 2018 - 18:31

Вице-премьер по евроатлантической интеграции Иванна Климпуш-Цинцадзе во время встречи с участницами Летней школы журналистики газеты «День» с оптимизмом сказала: «Я верю в то, что Украина — это та страна, которая несмотря на все сложности дает огромное количество возможностей». Также она отметила важность и реализацию этих же возможностей для юных журналисток. Пани Климпуш-Цинцадзе охотно ответила на актуальные вопросы относительно евроатлантической интеграции, прошедших недавно саммитов в Брюсселе и Хельсинки. Пани Иванна поделилась своим опытом работы в команде «еврооптимистов» и дала установку «летнешкольницам» помнить, «что ваше слово, ваша ответственность, ваша позиция будет, вероятно, вашим наибольшим оружием».

«НА ЖУРНАЛИСТАХ ЛЕЖИТ ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ»

— Я благодарна газете «День» за  приглашение. Вы — молодые журналисты — при содействии этого издания находите возможность, время и вдохновение искать себя или продолжать совершенствоваться через разные сегодня существующие форматы. Я поздравляю вас с победой в этом конкурсе, который организует газета «День»,  а также с тем, что вы хватаете возможности, которые есть в Украине. Все вы — люди молодые и больше времени, чем мы все, проводите в разных информационных сетях. Вы понимаете существующие в мире информационные возможности, которые действительно ушли далеко от того, к чему мы привыкли в течение  последних десятилетий, даже лет. Поэтому перед нами появилось большое задание учиться, чтобы уметь пользоваться теми или иными возможностями, или по крайней мере понимать тенденции, с которыми мы сталкиваемся. 

Думаю, что для вас уже не является секретом, что очень многое делается определенными игроками, чтобы противопоставить правду каким-то вымышленным историям или толкованиям. Именно в такой мир хочет нас активно окунуть Российская Федерация. Мы со своей стороны пытаемся противостоять пропаганде и ресурсам, которые россияне вкладывают в создание искривленной картинки мира, в котором никто не доверяет друг другу: общество — политикам, политики — обществу, политик — политикам, в котором есть хаотическое движение, которым могут управлять те, кто заинтересован в отсутствии правил, в отсутствии права, в отсутствии соблюдения каких-то рамок, которые мы так долго и так тяжело формировали. Очевидно, что нашим ответом и оружием не может быть пропаганда, а правда, которая не всегда простая. Но правда, с которой мы живем, в действительности не очень привлекательная, она не всегда «белая и пушистая»,  а нам, наоборот, придется противопоставлять ее искаженному представлению реальности. Это непросто. Поэтому это значит, что каждый из нас должен очень много усилий тратить на самообразование, на обучению критическому мышлению, на знание и умение сравнивать, на то, чтобы искать источники, с которыми сравнивать. Считаю, что на данный момент на журналистах лежит чрезвычайная ответственность, которая берет начало в действительности в ответственности личной, в  развитии самой индивидуальности, которая является ценностью, и ваш личный стержень может гарантировать силу, которую вы используете словом. И от той целостности, с которой вы будете подходить к тому или иному делу, наверное, будет многое зависеть.

Что касается того, что может вице-премьер по европейской и атлантической интеграции, то я имею полномочия по координации усилий разных госструктур с целью согласования их позиций, чтобы выйти на решение, которое бы соответствовало: а) национальным интересам Украины; б) не отрицало и выполняло наши международные обязательства, в частности в области европейской или евроатлантической интеграции. И это дает возможности рассматривать вопрос широко, а не с точки зрения отдельного ведомства.

С другой стороны, слабой стороной этой должности является то, что у вице-премьера нет мощного аппарата, на который можно было бы опереться, поручить и, соответственно, иметь возможность влияния на исполнителей в виде поощрения или выговора. 

«САММИТ И ЕГО РЕШЕНИЕ БЫЛИ БОЛЬШИМ ДОСТИЖЕНИЕМ ДЛЯ УКРАИНЫ»

Юлия ДОВГАЙЧУК, Киевский национальный университет имени Тараса Шевченко:

— В интервью для газеты «День» вы отмечали, что Украина ожидает получить статус партнера с особыми возможностями, но этого не произошло. Почему? Какую здесь добавленную стоимость для себя получила Украина, когда так и не смогла провести заседание Комиссии Украина-НАТО?

— Я считаю, что большой заслугой Украины является проведение совместного заседания Североатлантического совета с Украиной и Грузией. И это произошло вопреки сопротивлению, которое оказывала Венгрия, чтобы заблокировать встречи высокого уровня для нашей страны. Благодаря мудрому и креативному подходу наших дипломатов и готовности партнеров включиться в эту борьбу нам удалось провести такое мероприятие, где Украина и Грузия были представлены на уровне президентов. Хотя в этот раз не было общей декларации этого заседания, но было согласованное странами-партнерами заявление генсека НАТО относительно Украины. Такие действия свидетельствуют о том, что при желании можно найти возможности, чтобы достичь важного для нашей страны результата, обходя все препятствия. Я считаю, что саммит и его решение были большим достижением для Украины. 

Что касается программы усиленных возможностей, то в этом случае речь идет о дополнительных возможностях для военного взаимодействия с силами НАТО. Есть несколько моментов, почему нам не удалось его в настоящий момент получить. С одной стороны, в какой-то момент мы, к сожалению, даже увидели попытку отдельных стран продвигать эту идею для Украины в противовес Плану действий относительно членства. С другой стороны, мы в настоящий момент имеем все инструменты, чтобы проводить реформы, направленные на то, чтобы быть взаимосовместимыми с Альянсом. Собственно, Годовая национальная программа под эгидой Украина — НАТО все больше похожа на ПДЧ тех стран, которые уже являются членами Альянса. Поэтому мы можем уже, не ожидая формализации процесса, успешно двигаться вперед. Уверена, что все формальности будет значительно легче пройти, когда мы выполним свою домашнюю работу и представим ее результаты партнерам.

«МНОГИЕ НЕ ХОТЯТ ВИДЕТЬ ДОБАВЛЕННУЮ СТОИМОСТЬ ОТ СБЛИЖЕНИЯ C НАТО»

Анастасия КОРОЛЬ, Донецкий национальный университет имени Василя Стуса:

— В Украине отношением к  курсу НАТО часто манипулировали. Как медиа может помочь принять  обществу  решение?

— Более полугода назад мы утвердили стратегию коммуникации относительно евроатлантической интеграции  Украины, а также все государственные бюрократические процедуры для ее реализации. Они занимают  больше времени, чем бы хотелось, но наконец мы подходим к практической стадии реализации этой стратегии. Мы уже разработали и утвердили план и  даже объявили определенные тендеры на начало проведения работ по этому поводу. Это была моя личная инициатива, и я благодарна, что коллеги ее поддержали.  Я считала, что это важно, потому что у нас все больше активизируются попытки восстановить мифы о НАТО. Думаю, в течение 2019 года во время избирательной кампании мы будем видеть все большее количество  фейков и манипуляций относительно того, что такое Североатлантический альянс и нужен он Украине или нет, ждут ли нас там или нет. Но многие не хотят видеть  добавленную стоимость от сближения с НАТО, и внутренняя полемика будет обостряться. Поэтому я считаю важной работу со стороны медиа относительно предоставления аргументированного фактажа, а также ответственное разъяснение,  почему интеграция в НАТО является важной, и что это уже дало, дает и может дать в дальнейшем нашей стране.

«ПРЕДОХРАНИТЕЛИ ВОЗВРАЩЕНИЯ К РЕВАНШИСТСКОМУ КУРСУ»

Соломия НИКОЛАЕВИЧ, Восточноевропейский национальный университет имени Леси Украинки:

— Сейчас очень много говорят о закреплении курса на евроинтеграцию в ЕС, НАТО и в Конституции, и, в частности, в этом плане ожидается, что Президент внесет соответствующий законопроект.  Учитывая это, у меня возникает два вопроса. Первое — почему возникает обеспокоенность относительно необходимости закрепления курса в основном законе? И второе — какова вероятность принятия такого закона, учитывая то, что осенью уже фактически начинается предвыборная кампания?

— Почему? Потому что это может быть одним из предохранителей, чтобы мы не вернулись к реваншистскому курсу. Аппетиты к изменению курса страны будут все очевиднее, начиная с разных популистских сил, которые будут рассказывать, что не все просто в НАТО, не все просто в ЕС, не все просто в западном мире и нас там никто не ждет. Будут и те, кто будет пытаться рассказать нам о том, что Украина должна полагаться исключительно на себя. Да, это прекрасно, полагаться на себя, но мы будем сильнее, если  сможем, полагаясь на себя, иметь еще и этот круг партнеров, с которыми легче достичь реального результата и которые тоже заинтересованы в том, чтобы были соблюдены и международные правила, и гарантирована безопасность на более широком пространстве, не только сугубо на пространстве отдельной страны. Поэтому, в сущности, это попытка создать предохранитель, подобно тому, как это было сделано в Литве с внесением соответствующих поправок в конституционные законы страны, что сделало невозможным изменение курса страны, когда к власти в этой балтийской стране пришли бывшие коммунисты. Если такое решение будет принято в Украине, то это даст возможность сохранить независимо от того, кто потом будет при власти следующие годы, то направление, в котором мы хотели бы двигаться, и тот мандат, который дало украинское общество очень дорогой ценой для всех нас. 

Мне кажется, что следующая Верховная Рада будет более распыленной и более лоскутной, будет состоять из большего количества политических сил, чем в настоящий момент. Поэтому я не думаю, что при формировании следующего парламента будет возможность создать такую коалицию, которая была создана во ВР 8-го созыва, когда евроатлантический курс поддержало свыше 300 депутатов. Мы уже видели провозглашение внеблоковости, которое нас вовсе не спасло от посягательств агрессора. Мне бы хотелось, чтобы под общественным давлением мы в настоящий момент получили 300 голосов до проведения выборов с тем, чтобы сделать невозможным разворот в другую сторону. Мы другого такого шанса просто не получим. Ну, по крайней мере, в обозримой перспективе.

«БЕЗ РЕФОРМЫ В ГОЛОВАХ — МЫ НИКУДА НЕ ДОЙДЕМ»

Ирина ЛАДЫКА, Львовский национальный университет имени Ивана Франко:

— Что делается и что еще должно быть сделано, чтобы годовая национальная программа Украина-НАТО стала планом действий по членству?

— Годовая национальная программа принимается ежегодно. Мы уже работаем над программой на 2019-й год и в то же время реализуем нынешнюю. Для меня задача заключается в том, чтобы Годовая национальная программа в следующем году соотносилась со всеми стратегическими документами, какие мы приняли относительно реформирования сектора безопасности и обороны, и чтобы она реально несла стратегический характер. В течение последних двух лет мы сделали интересные и важные вещи. Во-первых, мы, наконец, отошли от того, когда годовая национальная программа состояла из простого перечня: министерство, мероприятие, количество участников. Во-вторых, мы учим всех специалистов, которые работают с годовой национальной программой во всех министерствах, чтобы они иначе подходили к ее формированию, чтобы умели соотносить стратегические цели, годовые задачи и формировать показатели оценивания их выполнения. В-третьих, мы считаем, что нам нужно изменить психологию и подходы к обязанностям, к результату, а без этого — реформы в головах — мы никуда не дойдем. 

Виктория ГОНЧАРЕНКО, Днипровский юридический лицей:

— В прошлом году в Польше создана неправительственная организация, которая занимается выявлением и противодействием российской пропаганде, — «Центр анализа пропаганды и дезинформации». Что делается у нас в этом плане и почему задерживается создание платформы противостояния гибридным угрозам, как это было предусмотрено на прошлогоднем саммите НАТО?

— У нас в действительности происходит создание платформы противодействия гибридным угрозам. Эта платформа предусматривает большую работу по взаимодействию научно-исследовательских институтов, аналитических центров, государственных структур, министерств, Совета национальной безопасности и обороны, спецслужб. Мы уже активно готовимся к проведению 7-8 ноября этого года первой конференции в Украине, которая будет нашим вкладом в работу платформы Украина-НАТО по противодействию гибридным угрозам, где мы сможем представить достижение наших и государственных структур и неправительственных организаций. Я считаю, что наша сила в том, что есть полное взаимодействие между неправительственными организациями и государственными институтами.

«МЫ ЗАНЯЛИ ОБЩУЮ СКООРДИНИРОВАННУЮ ПОЗИЦИЮ»

Ольга КРЫСА, Львовский национальный университет имени Ивана Франко:

— Венгрия блокирует сближение Украины с НАТО через украинский закон. «Остановить этот спор способна сильная украинская позиция», — сказал Богдан ЯРЕМЕНКО, глава правления фонда «Майдан иностранных дел» в своем интервью. Что мешает нашему государству быть твердым, и как вы видите решение этой языковой проблемы, вызванной статьей 7 Закона об образовании?

— Если бы Украина не занимала сейчас сильную позицию, то мы свои позиции уже бы сдали. Поэтому все эти манипулятивные оценки, занимает Украина сильную позицию или нет, все-таки не совсем корректные. С другой стороны, я считаю, что Украина в течение двадцати лет недостаточно работала для того, чтобы, имея в голове национальный интерес, строить политическую нацию украинцев на основе ценностей общества, которое бы учитывало и интересы национальных меньшинств, но вместе с тем строило нацию граждан Украины. Как государство мы пропустили большое количество действий со стороны наших соседей на нашей территории, в противовес этому не выставляя никакой государственной политики. И я считаю, что сегодня мы пожинаем плоды неудачной политики, которую вели в течение многих лет. И, кстати, эта политика продолжалась со времен Советского Союза. В данный момент мне импонирует то, что мы заняли общую скоординированную позицию: и Президент, и министр образования и науки, и министр иностранных дел, и я как вице-премьер, и народные депутаты, отстаивая политику  Украины. Притом не в нарушение международных конвенций, уважая права нацменьшинств и не поддаваясь на ультиматум любой стороны, включая Венгрию. Если бы наша политика развивалась в таком ключе, когда мы руководствуемся национальным интересом и учитываем позицию всех групп, я думаю, нам бы все удалось. Однако на все нужно время. Нам слишком часто говорят, что Украина является объектом политических действий, а не субъектом.  Но именно потому, что мы становимся субъектом, такой ажиотаж и сопротивление это вызывает у наших соседей, отношения с которыми для нас очень важны.

София ПОСТОЛАТИЙ, Сумский государственный университет:

— Возвращаясь к теме саммита в Брюсселе. Какую добавленную стоимость получила Украина и украинцы в ходе и результате этой встречи? Почему в ЕС боятся прописать условия пути к вступлению Украины в ЕС, и трактуют это как поддержку в евроинтеграции Украины?

— Украина формулирует свои стремления вступить в ЕС и НАТО во время, когда у этих организаций нет сильного желания расширяться. С НАТО  немного легче, Черногория в прошлом году вступила в Альянс, а в этом году на саммите в Брюсселе открыли переговоры Македонии. С Европейским Союзом все сложнее, там столкнулись с миграционным кризисом, Брекзитом, экономическими трудностями, вызовами относительно внутреннего единства. Это время намного менее благоприятно для Украины, чтобы заявлять о своих евроинтеграционных планах.  Еще во время переговоров о подписании Соглашения  об ассоциации европейцы не были готовы признать перспективу членства Украины в ЕС. С другой стороны, все этапы подписания Соглашения об ассоциации, его ратификацию мы прошли сложнее, чем кто-либо. Кстати, в прошлом году нам не удалось договориться о том, что фраза о евроинтеграционных стремлениях Украины из Соглашения об ассоциации будет частью Декларации саммита Украина-ЕС. И потому и не было общей декларации по итогам саммита. В этом году есть существенный прогресс, мы вернулись к признанию наших стремлений, а теперь — вопрос в том, как мы у себя будем реализовывать внутренние превращения и как будет развиваться ситуация в самом Европейском Союзе. От этого будет зависеть, насколько эффективно мы будем двигаться на пути евроинтеграции. Хочу подчеркнуть и напомнить: Соглашение об ассоциации мы выполняем не для кого-то, не для Брюсселя, не для Берлина, не для Парижа. Все, что заложено в Соглашении об ассоциации: изменение законов, правил, процедур, систем, ответственности — позволяет создать в Украине систему, которая является взаимосовместимой со странами Европейского Союза, которая доказала свою эффективность для каждого гражданина стран-членов ЕС. Поэтому это в интересах наших родителей, наших детей, иметь другие возможности здесь, чтобы быть более конкурентоспособными и более успешными, и более богатыми, и более умными, и научно более подкованными. То есть это все в наших интересах. Но должны быть готовы — будем иметь дальнейшее сопротивление внутреннее, будем иметь внешнее сопротивление. Вместе с тем, если верим в то, что делаем, — все удастся. Но для этого нужно верить и ежедневно работать.

«РЕШЕНИЯ ОТНОСИТЕЛЬНО УКРАИНЫ ДОЛЖНЫ ПРИНИМАТЬСЯ С УЧАСТИЕМ УКРАИНЫ»

Кристина САВЧУК, Киевский национальный университет имени Тараса Шевченко:

— 16 июля состоялась встреча Путина и Трампа в Хельсинки, что вызывало резонанс не только во всем мире, но и в Украине. По вашему мнению, какие уроки из этой встречи нам нужно извлечь?

— Уроки в том, чтобы продолжать держать свою позицию и работать со своими партнерами в соответствии с занятой позицией. В действительности мы видим, все, что прозвучало относительно Украины тем или иным ограниченным путем на пресс-конференции, свидетельствует о том, что никаких закулисных договоренностей относительно нашей страны там не было. И это то, на чем мы настаиваем: любые решения относительно Украины должны приниматься с участием Украины. Подытоживая, никто и не ожидал никаких ни прорывов, ни чрезвычайных новостей с того саммита. Мы как украинцы очень скептичны относительно того, что можно достичь согласия с Путиным и еще верить, что он будет придерживаться своего слова. Ну, видно, многим необходимо убедиться на личном опыте, что это невозможно. 

«ПРИВЛЕЧЕНИЕ ЖЕНЩИН — УЧЕТ БОЛЬШЕГО КОЛИЧЕСТВА МНЕНИЙ ПРИ РЕШЕНИИ КОНФЛИКТОВ»

Яна ХРОМЯК, Киевский университет имени Бориса Гринченко:

— Вы обсуждали возможности сотрудничества по гендерным вопросам со специальным представителем Парламентской Ассамблеи ОБСЕ. Так какова, по вашему мнению, роль женщины в принятии решений, к примеру в сферах национальной безопасности или миротворческой деятельности?

— Существует замечательная резолюция ООН под номером 1325, которая как раз и говорит о необходимости большего привлечения женщин к принятию решений в сфере национальной безопасности. Потому что при привлечении женщин к миротворческим процессам потенциально существует возможность получить более стойкий и успешный результат. Доказано опытом, что те мирные соглашения, которые подписывались с участием женщин в переговорах, имеют тенденцию быть более долгосрочными. Привлечение женщин означает учет большего количества интересов, мнений большего количества групп населения при решении конфликтов. Мы как Украина должны гордиться тем, что у нас есть национальный план реализации резолюции 1325. И что-то нам удается, а что-то, возможно, и нет. Мы заложили большое количество важных достижений в этот план, в частности открыв военные профессии для женщин. В настоящий момент у нас более 11% женщин в Вооруженных Силах, в том числе и на офицерских должностях, что  было невозможно несколько лет назад.  Но это только часть большого процесса, который предусматривает выполнение этого плана. 

Кроме того, в рамках этого плана речь идет о конкретной работе и помощи женщинам, которые находятся в кризисной ситуации из-за того, что они являются внутренне перемещенными лицами (по состоянию на июль 2018 года в Минсоцполитики зарегистрировано 1 млн 517 тыс. ВПО, из них 2/3 — женщины и дети). Если смотреть шире, все исследования говорят о том, что привлечение женщин к управленческим решениям не только в сфере безопасности и обороны, но и в финансовой сфере, предпринимательской, правительственной и других, дает сугубо экономический эффект — например рост ВВП. И опять же это обеспечивает определенное постоянство решений, их продолжительность и учитывает позицию разных игроков. У нас в парламенте на данный момент 12% женщин. Это — наивысший показатель за всю историю Украины, но это намного меньше, чем в любой европейской стране и даже в среднем по планете. Поэтому нам есть над чем работать, именно поэтому мы заложили 30% квоты лиц одного пола в партийных списках местных выборов, но мы не заложили никаких таких требований еще к выборам в Верховную Раду Украины и не предусмотрели санкции для того, чтобы та или иная политическая партия, которая не выполнила эту квоту, почувствовала последствия для себя. Надеюсь, это еще может произойти даже перед выборами.

«ИЗ ПРИНЦИПИАЛЬНЫХ ВЕЩЕЙ КОЛЛЕГАМ УДАЕТСЯ ПОДДЕРЖИВАТЬ СВОЮ ПОЗИЦИЮ»

Эвелина КОТЛЯРОВА, Киевский национальный университет имени Тараса Шевченко:

— Команду «еврооптимистов», которые позиционировали себя как политики нового курса, нельзя назвать политиками с незапятнанной репутацией. Насколько успешным может быть курс «еврооптимизма» с такой командой?

— Я так же принадлежала к межфракционному объединению «Еврооптимисты». Кстати, с самого начала это объединение создавалось не сверху. В ВРУ пришли люди, которые искали единомышленников у разных политических партий, потому что мы все пришли из разных политических сил, но вместе с тем, с набором ценностей и целей, которые совпадали, поэтому, я думаю, что это хороший опыт. «Еврооптимисты» никогда не задумывались как база для отдельной политической силы, поэтому, возможно, сложились определенные ошибочные ожидания от межфракционного объединения. Что касается репутации, то я не думаю, что она у кого-то из еврооптимистов такая «запятнанная». Это одни из тех людей, чья репутация, если хотите, еще не успела запятнаться, поэтому здесь я не могу соглашаться с такими утверждениями. Конечно, в этой команде депутаты имеют свои взгляды — разные люди, разные темпераменты, но мы в большинстве разделяем мнение о вызовах и проблемах в стране и это нам давало стимул, чтобы не свернуть с правильного пути. МФО дальше работает, но, к сожалению, чем ближе к выборам, то ярче видны электоральные интересы разных представителей межфракционного объединения. Хотя мне кажется, что до сих пор из принципиальных вещей коллегам удается поддерживать свою позицию и заявлять о ней как ценностной целостной позиции. 

Андриана БИЛА, Киевский национальный университет имени Тараса Шевченко:

— Как известно, вы являетесь одной из основательниц Украинского кризисного медиа-центра. Основная его задача — предоставлять информацию о событиях в Украине, а также распространять ее в разных регионах, формировать общественное мнение. За 4 года, какие успехи у этой организации? И не считаете ли вы, что это, возможно, действительно хорошая альтернатива Министерству информационной политики, которое не выполняет на сегодня свои функции?

— Кризисный медиацентр не может быть альтернативой никакому государственному институту. Он так не задумывался, когда мы его создавали. Это уникальный проект, от идеи до воплощения в жизнь которого минуло 3 суток. Люди были готовы работать безвозмездно 24/7. Единственное, мы искали деньги  для аренды помещения, когда только начинали, все другое происходило бесплатно. Кто-то привез мебель, кто-то оргтехнику, кто-то обеспечил возможность стримить. Я считаю, что это чрезвычайный кейс, который будут еще изучать и изучать, как все это развивалось и как создавалось. В тот момент нам казалось, что это на два-три месяца, а затем кто-то возьмет или само государство начнет делать что-то подобное или что-то другое, но мы выполним свою функцию, пока государство не начнет действовать. Потом стало понятно, что это не спринт, а оказался марафон, ведь даже при приложении чрезвычайных усилий государством мы будем противостоять очень мощному врагу, а потому мы все равно должны будет делать эту ответственную работу гражданского общества. Поэтому со временем центр уже начал превращаться в другую площадку, более широкую, с какими-то дополнительными программами, с дополнительными проектами и направлениями работы. Поэтому пока УКМЦ нужен, он будет функционировать, я надеюсь. Мы, когда его создавали,  то в уставе УКМЦ записали, что слово КРИЗИСНЫЙ можно будет потом изъять. Мы очень хотим прийти к тому, чтобы это был УМЦ и уже не было необходимости иметь этот колокол, в который постоянно звонишь, чтобы привлечь внимание к Украине. И в действительности усилия таких организаций, как УКМЦ, «Инфо Сопротивление», «Стопфейк» пока все нужны для того, чтобы мы как страна были эффективными. Никто никого не должен подменять, но помочь государству — обязаны, и такие организации делают это.

Летняя школа журналистики проходит при поддержке Центра информации и документации НАТО в Украине

Соломия НИКОЛАЕВИЧ, Эвелина КОТЛЯРОВА, Летняя школа журналистики «Дня»-2018, фото Руслана КАНЮКИ, «День»
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments