Власть опирается на всех, кто живет во лжи.
Вацлав Гавел, чешский политик и общественный деятель, диссидент, критик коммунистического режима, драматург и эссеист, девятый и последний президент Чехословакии и первый президент Чехии

Перекапывание истории

Честные ученые не только России, но и других стран должны протестовать против того, что хочет сотворить в Сандармохе Российское военно-историческое общество при явной поддержке центральных властей
5 сентября, 2018 - 11:19
В 2018-М ИСПОЛНЯЕТСЯ 81 ГОД ТРАГЕДИИ САНДАРМОХА, ГДЕ В 1937 СТАЛИНСКИЙ РЕЖИМ МАССОВО УБИВАЛ УКРАИНЦЕВ, ПОЛЯКОВ, ЭСТОНЦЕВ И УЗНИКОВ ДРУГИХ НАЦИОНАЛЬНОСТЕЙ, ГДЕ УБИВАЛИ РУССКИХ, НЕ ВОСПРИНИМАВШИХ ПРЕСТУПНУЮ ПОЛИТИКУ СТАЛИНА

Как и следовало ожидать, бравые поисковики из Российского Военно-исторического общества нашли останки красноармейцев в Сандромахе. Причем сделали они это ударными, стахановскими темпами — уже к концу третьего дня раскопок, хотя вся экспедиция была рассчитана на десять дней. «Мы выполнили свою задачу, — радостно объявил в конце руководитель группы политически сознательных поисковиков Олег Титберия. — Мы убедились, что здесь лежат военнопленные». Ясно, что ничего другого они и не могли найти. И не найти не могли. Ведь задача была поставлена четко, по-военному: найти останки советских военнопленных, расстрелянных финской военщиной, и в кратчайшие сроки, чтобы утереть нос финнам и «закрыть» Сандармох как мемориал жертвам сталинских репрессий. Но то, как представлена эта находка, убеждает, что мы имеем дело с очередной фальшивкой. Т.е. останки, скорее всего, действительно найдены, но принадлежат они кому угодно, только не расстрелянным финнами пленным красноармейцам. Достаточно только проанализировать то, что рассказали свежеиспеченные поисковики корреспонденту «Новой газеты» Ирине Тумаковой.

Всего экспедиция РВИО эксгумировала останки пяти человек в границах урочища Сандармох, но не в тех ямах, которые когда-то отметил Юрий Дмитриев как места захоронений расстрелянных НКВД. Три трупа откапывали на глазах у представителей прессы. Затем журналистам сообщили, что найдены еще два трупа с абсолютно такими же признаками. Все одеты в шинели и валенки (поисковики моментально определили тип одежды и обуви по истлевшим фрагментам). Во всех черепах наличествуют круглые дырки в затылке. И у всех руки связаны за спиной. В одной яме, помимо тел, были найдены пули и гильзы. Сотрудник РВИО Сергей Баринов, сославшись на свое историческое образование и 30-летний опыт поисковой работы, с ходу назвал калибр патрона -7,63 мм, и уверенно заявил, что это маузер, которых на вооружении Красной Армии будто бы не было.

Интересно, а как он на глазок отличает этот калибр от 7,62 мм, патрона обычной трехлинейки? И почему историк так уверен, что маузер, в частности, не мог принадлежать сотрудникам НКВД или СМЕРШ, которые при расстрелах нередко использовали иностранное оружие, как более надежное? Например, при расстреле в 1940 году польских офицеров в Катыни и других местах. По поводу одежды Баринов уверенно заявил, что это английские шинели: их Англия когда-то поставила финской армии, но той шинели будто бы не подошли (как он это сделал по отдельным сохранившимся лоскутам — загадка). Вот и решили финны утеплить ими советских военнопленных перед расстрелом. Зачем финнам понадобилось утеплять тех, кого они через считанные минуты или часы собирались умертвить, идеологически мотивированный поисковик объяснять не стал. Но почему-то члены РГВИО уверенно твердят, что нашли захоронения расстрелянных пленных красноармейцев, и никого другого.

Кстати, насчет английских шинелей — это они зря. Если действительно экспертиза подтвердит, что трупы были именно в этом обмундировании, то вполне может оказаться, что это финские военнопленные, расстрелянные красноармейцами или особистами при отступлении зимой 1941/42 годов. Тогда на самом деле мы имеем дело с еще одним военным преступлением Красной Армии, для которой в годы Второй мировой войны убийство вражеских военнопленных было обычным делом. Да и зубы у трупов слишком хорошо сохранились — у пленных, маявшихся в лагерях, таких хороших зубов не могло быть. Не исключено также, что убитые — это советские диверсанты-спецназовцы, совершавшие рейды в Карелию, по большей части безуспешные. Их могли расстрелять как финны, так и свои, так как для поддержания порядка расстрел провинившихся в таких отрядах широко практиковался.

Но дальше журналисты наблюдали уже совсем постыдный спектакль. На территории мемориала стоят памятные столбики, которые в Карелии называют «голубцами». Когда-то Дмитриев обозначал ими обнаруженные захоронения. Но, как рассказал медвежьегорский художник Владимир Попов, начинавший в 1997 году раскопки вместе с Дмитриевым, потом большинство столбиков повалились, «их восстанавливали, кто во что горазд. Так что теперь это просто памятники, они могут стоять произвольно». Копатели из РГВИО произвели раскопки у трех «голубцов», ничего там не нашли и сделали далеко идущий вывод о том, что, скорее всего, захоронений репрессированных в Сандармохе вообще нет. И на глазах журналистов копатели РГВИО раскопали заранее подготовленную для демонстрации пустую яму. Но журналисты этому цирку не поверили вовсе. А тут еще, совсем неожиданно для Титберия и его команды, возник глава медвежьегорской администрации Сергей Яляев и в ярости заявил: «У нас здесь идет попытка переписать историю. А мы переписывать историю не хотим».

Правильнее, наверное, говорить о попытке перекопать историю. Как выяснилось, когда РВИО получало разрешение на раскопки, речи о жертвах финской военщины и о Сандармохе вообще не было. Директора местного музея Сергея Колтырина вынудили написать обращение о раскопках к республиканским властям, а те уже обратились к РГВИО. Думаю, что среди жителей Медвежьегорского района есть потомки репрессированных (Карелия — край лагерей), да и с финнами местные власти портить отношения не хотят. Им гораздо интереснее сохранить Сандармох как международный мемориал. Баринов же не имел необходимых для проведения раскопок бумаг — ни акта археологической экспертизы, ни «открытого листа», разрешающего изыскания на объекте.

Потом эти бумаги нашлись, и оформил их доцент Петрозаводского университета, историк Александр Жульников. Он уверяет, что идею раскопок действительно предложил университет, а РВИО ее поддержало. Но копать будто бы собирались на месте финских лагерей у Медвежьегорска, а вовсе не в Сандармохе. И Жульников ожидал начала  раскопок в сентябре, а не в августе. Но под покровительством главы министерства культуры Карелии Алексея Лесонена, подчиненного главы РВИО — министра культуры России Владимира Мединского (доктора исторических наук с абсолютно ненаучной диссертацией) и главы местного отделения РВИО, экспедиция приехала именно в Сандармох. Лесонен, правда, уверяет, что не знал об экспедиции, но, скорее всего, лукавит.

Вот так теперь для создания устраивающей российскую власть картины истории российская власть и некоторые ученые, идущие с ней на компромисс, а также лица, лишь называющие себя учеными, а в действительности к науке отношения не имеющие, теперь готовы фальсифицировать не только документы, но и раскопки. Вот только они забыли, что Сандармох — это не только часть российской истории, но и часть истории Украины, Польши, Германии, Финляндии и других стран, жители которых не по своей воле нашли там вечное упокоение. Думаю, что честные историки не только России, но и других стран должны протестовать против того, что хочет сотворить в Сандармохе Российское военно-историческое общество при явной поддержке центральных властей.

Борис СОКОЛОВ, профессор Москва
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments