Или думай сам — или тот, кому приходится думать за тебя, отнимет твою силу, переделает все твои вкусы и привычки, по-своему вышколит и выхолостит тебя.
Фрэнсис Фицджеральд, американский писатель, крупнейший представитель так называемого «потерянного поколения» в литературе

Скоропадские

7 марта, 2013 - 11:21
ГЕТМАН ИВАН СКОРОПАДСКИЙ / ФОТО ПРЕДОСТАВЛЕНО АВТОРОМ

Два гетмана, несколько генеральных старшин и ряд общественных и научных деятелей, меценатов — таков вклад рода Скоропадских в пантеон самых выдающихся украинцев. В отличие от Безбородков, Кочубеев и других, Скоропадские не получили от российских императоров княжеского или графского титула. Однако общественная позиция и брачный круг членов этого рода не оставляют сомнений в его принадлежности к самым высоким слоям европейской аристократии.

Согласно родовому преданию, Скоропадские происходят от Федора, погибшего в битве на Желтых Водах, с победы в которой началось в 1648 году овладение гетманом Богданом Хмельницким Украины. О его сыне Илье известно мало, зато внук Иван достиг наивысшей позиции в Гетманщине.

Он родился в Умани перед восстанием Хмельницкого, в 1674 г. вместе с братьями перешел на Левобережье и с первых шагов начал выполнять важные дипломатические поручения гетмана Самойловича. Как и в случае Ивана Мазепы, такое стремительное начало карьеры свидетельствует о наличии родственных связей со старшиной. Через несколько лет Скоропадский занял должность черниговского полкового писаря, на которой пережил падение Самойловича и начало гетманства Мазепы. Во времена последнего оказался на самых высоких должностях — сначала генерального бунчужного, потом второго генерального есаула. Наконец, на должности стародубского полковника Иван встретил начало восстания Мазепы, остался на стороне Петра I и за полгода до нашего поражения под Полтавой под пристальным взглядом московского царя стал гетманом. Скоропадский продолжил политику Ивана Мазепы, однако вместо развития Гетманщины ему пришлось спасать ее в условиях репрессивной политики Москвы.

Иван был дважды женат, однако сыновей не имел, и род продолжили двое его братьев — Василий и Павел, которые достигли более скромных должностей. Первый из них, Василий, был березинским сотником. Больше везло его сыну Михаилу, племяннику гетмана Ивана, который достиг должности генерального подскарбия. Из трех его жен стоит вспомнить первых — княжну Ульяну Четвертинскую, внучку гетмана Самойловича, и Параскеву Апостоловну, дочь гетмана Данила Апостола.

Княжна Четвертинская родила, в частности, Якова, впоследствии майора лейб-гвардии Кирасирского полка. Он женился на дочери генерального обозного Ефросинии Закревской и имел сына Михаила, секунд-майора. В браке последнего с дочерью надворного советника Пульхерией Маркович родился Иван Скоропадский (1805—1887), дед гетмана Павла Петровича и фигура, заслуживающая особого внимания.

Родственный круг Ивана (в частности знаменитые Марковичи) был наполнен мыслями о героическом козацком прошлом. К этому кругу принадлежала и жена Ивана — Елизавета из славного рода Тарновских. Именно по заказу Ивана Михайловича была построена прекрасная резиденция в Тростянце. Он наполнил Тростянецкий дворец семейными реликвиями и собранными коллекциями — портретами, оружием и т. д. Так же поступали тогда и Марковичи, и Тарновские, и многие другие аристократические семьи Левобережья.

Статская служба Скоропадского также была непосредственно связана с историческими исследованиями. Сначала в канцелярии конотопского уездного предводителя дворянства (с 1832 г.), а потом на должностях прилуцкого уездного (1844—1847) и полтавского губернского предводителя дворянства (1847—1852) он непосредственно имел дело с родословными и документами, часто старинными, на основании которых потомки старшины и козачества доказывали свое благородное происхождение.

В этой насыщенной козацким историческим наследием атмосфере росли дети Ивана Скоропадского. Необходимо подчеркнуть: такое восхищение прошлым прямо вело к формированию украинского национального мировоззрения. Об этом прямо свидетельствует, например, жизнь Елизаветы Ивановны (1832—1890), которая вышла замуж за Льва Григорьевича Милорадовича (его племянник — известный генеалог, черниговский губернский предводитель дворянства, сенатор граф Григорий Александрович Милорадович) и была родной теткой будущего гетмана Павла Скоропадского. Она много сделала для Украины, в частности, была среди основателей Общества имени Шевченко во Львове (со временем — Научное общество имени Шевченко) и подарила 9 тыс. гульденов на создание его издательства. Ее активная общественная и благотворительная деятельность породила подозрение в наличии планов реставрации гетманской власти. В связи с этим она много лет пребывала под полицейским наблюдением.

Когда в 1918 г. и позже социалисты насмехались над гетманом и считали его украинскость наигранной, то демонстрировали этим плохое знание нашей истории и культуры. Кроме этого среди них было много неофитов, чей украинский патриотизм имел свежую дату. Скорее всего их раздражали, хотя бы и подсознательно, люди с глубокой да еще и осознанной украинской родословной. Именно поэтому вспыльчивый Винниченко писал со временем в «Відродженні нації»: «Гетьман розвісив у себе по покоях позичені з музею портрети гетьманів і, щоб ще більше показати українцям, який він щирий патріот, почав учити свого «наслідника престолу» українській мові». К сожалению, Владимир Кириллович, крестьянский сын, не смог понять вместе со своими единомышленниками врожденный украинский патриотизм в частности гетмана Павла Скоропадского и вообще малороссийской аристократии.

Продолжение читайте в следующих номерах «Дня»

Евгений ЧЕРНЕЦКИЙ, кандидат исторических наук, генеалог
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments