Первый попавшийся лжец и обманщик может развалить целое государство, тогда как упорядочения вещей даже в одном доме невозможно без благодати Божией.
Иван Мазепа, украинский военный, политический и государственный деятель, Гетман Войска Запорожского

Ассимиляция через кровь

Расстрелянное Возрождение на Донщине
24 июля, 2014 - 14:49
ОТКРЫТКА, ГДЕ ПРИВЕДЕН ОБЩИЙ ВИД ГОРОДА РОСТОВА-НА-ДОНУ, КАКИМ ОН БЫЛ ОКОЛО СТА ЛЕТ НАЗАД. ДЛЯ МНОГИХ БУДЕТ НОВОСТЬЮ, ЧТО В 20-Е ГОДЫ ИЗДАВАЛИСЬ УКРАИНСКИЕ ГАЗЕТЫ, ПЕЧАТАЛИСЬ КНИГИ И ДАЖЕ РАССМАТРИВАЛСЯ ВОПРОС ОБ ОТКРЫТИИ УКРАИНСКОГО ТЕАТРА. ВСЕ ПОТОПИЛИ В КРОВИ... / ФОТО С САЙТА UPLOAD.WIKIMEDIA.ORG

20—30 годы ХХ века стали периодом большого подъема национальной украинской культуры во всей Украине — как Восточной, так и Западной. Не получив государственную независимость, украинский народ тем не менее смог добиться права на развитие своего самобытного искусства, прежде всего литературы и школьничества, в условиях как тоталитарного СССР, так и пилсудской Польши. Ярким цветом засияло «национальное возрождение» в Восточной Украине, и именно здесь оно с исключительной жестокостью было уничтожено сталинской Москвой в начале 30-х годов, от чего и получило имя Расстрелянное Возрождение.

• Развивалась украинская культура в 20—30-е годы и на украинских этнических землях за пределами Украины, в том числе и на Донщине. Не получив право находиться в составе единой Украинской республики, местные украинцы все же смогли добыть право на развитие своей национальной культуры — на издание книг и журналов на родном языке, на открытие украинских школ. Этот недолгий период подъема украинства на территории Российской Федерации назывался среди украинцев «украинизацией», а в русском административном языке «коренизацией». Касалась «коренизация» не только украинцев России, в упорной борьбе против царизма все народы бывшей империи добыли право на свободное развитие своей нации, на создание национальных районов в местах своего компактного жительства. И хотя в России для украинцев национальных районов создано не было, однако в административно-территориальных единицах, где украинцы составляли больше 50 % населения, открывали украиноязычные начальные школы, создавались издательства, выпускались газеты, открывались театры. На территории современной Ростовской области России право на «украинизацию» получили жители 10 районов — Азовского, Заветинского, Зимовниковского, Кашарского, Леоново-Калитвинского, Матвеево-Курганского, Мечётинского, Миллеровского, Ремонтненского и Таганрогского.

Развитие украинской культуры на этих землях было весьма актуальным, ведь местное украинское население чувствовало неслыханное ассимиляционное давление, и до первой советской переписи 1926 года только 56,8 % украинского населения Донщины указало украинский язык в качестве родного, что и предоставляло возможность российским великодержавникам использовать этот досадный факт в своей антиукраинской агитации — мол, местное население только по имени украинское, а в действительности давно русифицировалось и не чувствует никакого единства с Украиной. Как раз пропаганда того, что на Таганрожье и в Восточном Донбассе якобы и не слышен украинский язык, способствовала тому, что в 1924 году эти земли были изъяты из состава Советской Украины. Поэтому очень важно было на Дону и создавать украинские школы, и развивать украинскую литературу, ведь все это только способствовало бы укреплению украинского чувства среди местных украинцев.

• Благоприятным фактом для донских украинцев стало создание в октябре 1924 года большевиками единого Северо-Кавказского края на юге России — административной единицы, в которой вместе с другими объединились и украинские этнические земли не только Донщины, но и Кубани, и Малинового Клина. Административным центром нового края стал Ростов, здесь сосредоточивались и высшие органы, которые должны были руководить этой «коренизацией», таким образом донское украинство объединилось в общем процессе с украинством кубанским, которое и в национальной жизни, и в национальной культуре развивалось намного более оживленно, чем украинство Дона. Кубанские украинские писатели печатались в украинских изданиях, которые выходили в Ростове и которые могли свободно приобрести себе донские украинцы и ознакомиться таким образом со всем большим достоянием кубанской украинской культуры.

Организационная и практическая работа по украинизации в Украине стала фактическим сигналом для такой же работы на Юге России. Правда, вся эта работа осуществлялась под пристальным контролем партийных большевистских органов, в первую очередь Северо-Кавказского крайкома ВКП(б), который находился в Ростове. Все украинские организации должны были работать исключительно в русле марксистской идеологии и прививать украинцам «классовый пролетарский взгляд». Разумеется, это не могло не отразиться на всей украинской культурной работе в регионе — ради возможности преподавать и писать на родном языке украинским культурным деятелям Донщины приходилось становиться идеологическими прислужниками большевиков. В таких трудных условиях развивалось украинское культурное движение в те годы.

• До нашего времени дошли многочисленные свидетельства об украинской культурной работе в литературе и школе, которые и сегодня хранятся в местных архивах. Основной документальный материал по этому вопросу сегодня находится в Центре научной документации новейшей истории Ростовской области, в фонде Северо-Кавказского крайкома партии, в фондах государственных архивов Краснодара и Ставрополя, которые до 1930года были центрами соответствующих округов в пределах Северо-Кавказского края. Украинизация в округах Северо-Кавказского края планировалась как комплексное широкое мероприятие, рассчитанное на три года. Основные направления его включали введение преподавания на украинском языке в начальных школах 35 районов, которые подлежали украинизации. Предусматривалось перевести на украинский и преподавание в школах средней степени, а также так называемых ШКМ (школах колхозной молодежи). В семи педагогических техникумах создавались отделения с обучением на украинском языке. В станице Полтавской Славянского района Кубани был открыт педагогический техникум на 900 студентов. Выпускники этих заведений должны были решить проблему украинских учителей в начальных школах Северного Кавказа и Донщины.

Развивалось на Донщине и издательское дело. Для координирования процессов в местном украинском движении здесь был организован Северо-Кавказский украинский научно-исследовательский институт, одной из задач которого была подготовка для школ учебников и справочников. Печать школьной и прочей литературы на украинском языке осуществляло специальное издательство «Северный Кавказ» в Ростове.

• Важным направлением деятельности по украинизации на Северном Кавказе было создание информационной сети на украинском языке, которая  предусматривала украинизацию девяти  районных газет, выпуск краевой «Червоної газети», ежемесячного краевого журнала «Новий шлях», который позже был переименован в «Ленінський шлях». Для детей было решено издавать «украинскую страницу» в краевой русскоязычной газете «Ленинские внучата». Был прекращен выпуск украиноязычной газеты «Радянський станичник», которая издавалась до украинизации, а подписчики, селькоры и некоторые ее сотрудники были переданы новой краевой газете. В Ростове было открыто и Северо-Кавказское отделение Государственного издательства Украины, которое давало возможность выпускать для школ Донщины такие же учебники, которые были в Украине, и начать поставку на книжный рынок края украиноязычной литературы. Одной из важных сфер развития украинизации был и культурный сектор — с клубами, библиотеками, хатами-читальнями, кино, радио, стенными газетами. В районах украинизации осуществлялась масштабная работа по расширению сети кружков и курсов изучения украинского языка.

Окружные комитеты Северного Кавказа принимали многочисленные решения об обязательности изучения украинского языка служащими окружных, районных и сельских учреждений с последующим введением его в делопроизводство. Служащие, которые уклонялись от изучения украинского языка, привлекались к партийной и административной ответственности. Секретариат Северо-Кавказского комитета партии тоже принимал многочисленные решения относительно украинизации в крае. Они касались материальной и организационной помощи в выпуске печатных изданий на украинском языке, разрешений на командировки редакторам газет в Украину. В 1929 году секретариат крайкома увеличил тираж «Червоної Газети» в два раза и поручил крайисполкому предоставить для этой цели 4,5 пуда бумаги и 6450 рублей, определив это как месячную норму. Был профинансирован украинский передвижной театр. Обсуждался вопрос об организации стационарного украинского театра в Ростове. Все это осуществлялось в рамках трехлетнего плана украинизации.

• Международный опыт и опыт национального возрождения в посткоммунистической России свидетельствует, что лучшей формой национального возрождения и развития является национально-культурная автономия. Такая форма позволяет сохранить основные индикаторы национальной идентификации дисперсно рассеянного народа в инонациональной среде. Но в этом украинцам на Юге России было отказано. Несмотря на это и трудности, связанные с длительной предыдущей ассимиляцией украинцев края, украинизация в Северо-Кавказском регионе и на Дону в начале 30-х годов прошлого века имела тенденцию к расширению и закреплению в сельских районах. Своеобразным фундаментом для этого процесса стали успехи в учебно-просветительской сфере. В 1931 году в крае было 1200 украинских школ 1-й степени и до 80 школ так называемого повышенного типа, школы 2-й степени ШКМ. Значительно вырос тираж «Червоної газети», который составил 38 тысяч экземпляров. Популярностью среди украинской и российской интеллигенции пользовался педагогический и литературно-художественный ежемесячник «Новий шлях». В том же году в издательствах Северо-Кавказского края было издано 149 названий украинских книг и брошюр общим тиражом 968 тысяч экземпляров, а в 1932 году предусматривалось напечатать уже 600 названий с тиражом 4,8 миллиона экземпляров. Как видим — украинских средств в крае было вроде бы и много, но все они были исключительно идеологического содержания в духе правящей коммунистической диктатуры, к тому же во всех названиях избегали использования имени «Украина», заменяя его на «Северо-Кавказский край», и было явным желание коммунистической верхушки всячески обособить жизнь украинцев России от единства с Украиной, сделав культурное и просветительское движение на Донщине и Кубани полностью автономным от подобных процессов на коренной Украине.

Казалось, всего на Северном Кавказе было много — и украинских издательств, и украинских педагогических техникумов, и украинских школ. Возникала даже мысль, что была бы большая экономия государственных средств, если бы школьные учебники, например, печатались не в Ростове, а привозились из Харькова или Киева, а в местных украинских школах преподавали выпускники педагогических заведений из Советской Украины. Но за беспокойством о потребностях местных украинцев России незаметно для постороннего глаза просматривался трезвый расчет государственных руководителей — воспитать с помощью родного, понятного языка верных и бездумных «солдат партии» (а в действительности ее духовных рабов), но вместе с тем лишить их духовной связи с Украиной, оторвать как можно больше украинцев России от украинцев Украины. Поэтому и вырастали, как грибы после дождя, местные украинские издательства, которые печатали местные украинские книжки, а вот движение украинского издания из самой Украины находилось под тайным запретом.

Тем не менее развитие украинской культуры Донщины очень быстро привело к  новому импульсу в национальной жизни края, к попытке национальной интеллигенции избавиться от сурового диктата партии и получить право на независимый взгляд, на независимую от идеологического давления литературу. Молодая украинская интеллигенция Донщины объединяется вокруг литературной украинской организации «Степ», которая, несмотря на преграды власти, действовала в Ростове на протяжении 1926-1928 гг. Молодые украинские литераторы из этой организации мечтали издавать в Ростове независимый литературный альманах, была начата организационная работа по созданию ассоциации украинских писателей Северного Кавказа, готовился первый ее съезд. В 1930 году один из талантливых местных художников Юрий Таран (Петр Зайченко) с помощью Центрального издательства народов СССР в Москве издает в Ростове первое обстоятельное исследование в отрасли изучения донськой культурной жизни — «Украинская литература Северного Кавказа». Правда, чтобы напечататься, Юрию Тарану пришлось дать своей работе красноречивое идеологическое посвящение — «Консолидации украинских пролетарских и крестьянских писателей Северного Кавказа», но и это усердие не спасло украинскую интеллигенцию Донщины от будущих репрессий.

• Успехи украинизации в Украине и Российской Федерации в итоге вызвали негативное отношение со стороны высшего партийного руководства в Москве. В декабре 1932 года в адрес ЦК КП (б) Украины и в некоторые региональные партийные органы России была направлена телеграмма за подписями Сталина и Молотова, в которой украинизация безапелляционно осуждалась как непродуманная и вредная кампания. Местным органам приказывалось «немедленно прекратить украинизацию в районах, перевести все украинизированные газеты, книги и издания на русский язык и к осени 1933-го года подготовить переход школ и преподавание на русский язык». Вскоре пошли обвинения в националистическом уклоне и лиц, возглавлявших украинизацию в Украине. В июле 1933 года один из основных авторов-составителей программ украинизации, нарком просветительства Украины Николай Скрипник на заседании Политбюро был обвинен в националистической деятельности, в искривлении политики партии по национальному вопросу, после чего реформатор и инициатор украинизации застрелился. Волна репрессий прокатилась по партийным и государственным структурам Украины и России, где проводилась украинизация. Руководители партийных и государственных органов Северо-Кавказского края позже были объявлены «врагами народа» и репрессированы по многим статьям обвинения, в частности им была инкриминирована «антигосударственная национальная политика». Автоматически разоблачались и факты конкретного взаимодействия украинских и северо-кавказских проводников украинизации. Фактически объявлялась вредной и запрещалась любая творческая, культурно просветительская и национальная связь между Украиной и районами России с украинским населением. Таким образом украинизация на Северном Кавказе и, в частности, на Донщине не получила своего логического завершения. Более того, в 1933 году было совершено массовое насилие над крестьянством Юга России. К спровоцированному властью голоду добавились массовые депортации местного населения, во время которых выселению подлежали не только так называемые «кулаки», но и другие жители — середняки. Самые массовые выселения имели место в центрах сельской украинизации. Так уничтожалась советской властью украинская Донщина.

• Борьба и украинством хотя и не афишировалась официально, но тщательно осуществлялась коммунистами еще долгие годы. Приведу здесь свидетельство человека, которого трудно заподозрить в приверженности к украинской идее — начальника архивного хранилища Центрального архива Министерства обороны Российской Федерации Юрия Галкина, который учился в школе в селе Синявском Неклиновского района Ростовской области, на Таганрожчине. Вот что пишет Юрий Галкин: «Народу привили неприязнь к украинскому языку: помню, когда учился в школе, а это был 1953 год, и когда кто-то начинал говорить с украинским акцентом, учительница сразу требовала переходить на чистый русский язык». Поэтому можно и не удивляться тому, что от украинского языка на Донщине мало чего осталось до нашего времени.

Игорь РОЗДОБУДЬКО, историк, журналист
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments