Кто знает грех только по словам, тот и о спасении ничего не знает, кроме слов.
Уильям Фолкнер — американский писатель, прозаик, лауреат Нобелевской премии по литературе

Украинец на краю Земли

«Аляскоман» Андрей Гончаренко — казак в рясе
17 октября, 2014 - 09:51
АЛЯСКА — КРАЙ ФАНТАСТИЧЕСКОЙ ПЕРВОЗДАННОЙ КРАСОТЫ... ИМЕННО ЗДЕСЬ УКРАИНЕЦ АГАПИЙ ГОНЧАРЕНКО ЕЩЕ В 60-Е ГОДЫ XIX В. ИЗДАВАЛ ГАЗЕТУ, ГДЕ ВПЕРВЫЕ НА АМЕРИКАНСКОМ КОНТИНЕНТЕ РАССКАЗАЛ О НАШЕЙ ЗЕМЛЕ И О ШЕВЧЕНКО / ФОТО С САЙТА AMINPRO.RU

Сегодня невозможно отрицать, что без вклада украинцев в процесс создания государства Российская империя имела бы совсем другие границы, особенно же к востоку от Урала. Роль украинцев в освоении Сибири и Дальнего Востока трудно переоценить. Вот что пишет известный современный российский писатель, ученый и общественный деятель Василий Быковский: «Сибирь как минимум на треть этнографически можно считать украинской территорией» /»Дар Божий», Москва, 2005г., ст.159/. Не уверен также, входила ли бы в состав Российской Федерации Камчатка, если бы не подвиг украинца адмирала Завойко, который организовал ее оборону и спас от оккупации еще в середине ХІХ века. Или, например, существовали ли бы вообще несколько больших городов Дальнего Востока (в частности Хабаровск), если бы не подвижническая деятельность капитана Дяченко, который основал их и обеспечил освоение этих земель. Я не говорю уже о христианизации всего российского Зауралья вплоть до Тихого океана и даже дальше — до Аляски включительно, которую проводили, начиная с XVII века, преимущественно украинцы — выпускники Киево-Могилянской академии. Именно украинское духовенство, душпастыри с берегов Днепра несли слово Божье через всю Сибирь вплоть до американского континента.

• Украинцы активно участвовали и в освоении Аляски. Более того, они даже теоретически обеспечивали, обосновывали этот процесс. Так, выпускник Киево-Могилянской академии Михаил Антоновский, который родился 30 сентября 1759 года в местечке Борзна Нежинского полка, в 1783 году составил секретную инструкцию для тайной экспедиции, снаряженной для «дальнейших открытий и взятий в вечное владение российскому престолу в Северной Америке земель». В ней, между прочим, он предлагал там создать что-то наподобие Сечи, переселив на Аляску и прилегающие острова бывших запорожцев, да и вообще украинских казаков. За эту работу он получил «высочайшее благоволение», звание майора и должность секретаря Адмиралтейской Коллегии. Полиглот, который в совершенстве владел многими языками, стал одним из самых влиятельных журналистов империи, сделал блестящую карьеру при дворе, издал десятки книг.

Михаил Антоновский внес свой вклад и в развитие тогдашней военно-морской науки. Утвердившись как один из самых влиятельных журналистов Российской империи, сопровождал царедворцев в зарубежных поездках, в частности графа Чернышева. В 1787 году он сопровождал императрицу Екатерину ІІ в поездке по Украине и Крыму, вел дневник этого путешествия. Антоновский в 1789 году назначен управителем походной канцелярии командующего российским флотом адмирала Чичагова, принимал участие в морских битвах, вел исторический журнал с описанием морских кампаний — впоследствии это произведение было признано как «драгоценный запас для истории российского флота» и видано министром образования Шишковым в 1826 году под названием: «Военные действия российского флота против шведского в 1788, 89 и 90 годах...» — эта книга представляет незаурядную ценность и сегодня, когда-то же она была пособием для военно-морских учебных заведений империи. Это произведение — весомый вклад казацкого сына Украины в военно-морскую историческую науку.

• В 1795 году Михаил Антоновский издал пятитомную работу «Новейшее повествовательное землеописание...», которую в 1796 году царица Екатерина II запретила продавать. Михаила Антоновского даже арестовали (правда, вскоре освободили), ведь в ней были напечатаны его исследования «История Малой Руси» и «Малороссийские казаки». Это были первые историко-этнографические очерки об Украине и украинцах, где автор сознательно выделял из российской (великоросской) истории народ, который имеет свой этнопсихический склад, особенности религиозного мировоззрения и т. п. Антоновский считал, что история украинцев начинается с Киевской Руси, а россиян — с Московского царства во времена Ивана I Калиты. Он писал: «Малая Россия произвольно вошла в подданство Всероссийскому престолу быв перед тем... ни от кого независящею, самоуправляемой республикански».

Украинцы и россияне, считал Антоновский, хотя и близкие, но все же разные народы, каждый со своей историей. За эти «подрывные сочинения», «возмутительные места» и выраженный «сепаратизм» (так тогда называли украинский патриотизм) Михаил Антоновский окончательно попал в царскую немилость и был репрессирован.

• В 1810 году был отправлен в отставку «без награждения чином и пенсиона» и доживал свой век «между отставными галерными матросами в галерном поселке», где и умер в 1816 году. Но преисполненная приключениями жизнь, деятельность и творчество украинского патриота Михаила Антоновского — это уже тема отдельного разговора, мы же вернемся к украинцам на Аляске.

Одним из первых известных исследователей Аляски и Алеутских островов был капитан I ранга Петр Креницын, которого в 1764 году назначили начальником Тихоокеанской секретной экспедиции. В 1768 году корабль под его командованием обследовал участок северного берега Аляски, где перезимовал на острове Унимак (со временем эти острова назвали островами Креницына). Где-то в тех краях он и погиб 4 июля 1770 года. Записи и исследования, которые сделал Петр Креницын во время экспедиции, имели большое научное значение. Достаточно большой вклад в освоение и изучение этого края внес и украинец Иван Козыревский, который еще в двадцатых годах ХVIII века составил карты этого региона — именно ими пользовался и Витус Беринг.

• «Та культура, которая со времен Петра живет и развивается в России, является органическим и непосредственным продолжением не московской, а киевской украинской культуры... Таким образом украинизация оказывается мостом к европеизации». Эти слова известного русского общественно-политического деятеля князя Николая Трубецкого, которого трудно заподозрить в украинском национализме, написанные в 1926 году в Париже, в комментариях не нуждаются.

И одним из таких «мостов к европеизации» является творчество Тараса Шевченко, популяризатором которого, прежде всего на американском континенте, был Агапий /Андрей/ Гончаренко (Гумницкий). Пионером англоязычной Шевченкианы назвала его доктор филологических наук профессор Роксолана Заривчак.

• 145 лет назад в англоязычном двухнедельнике «Аляска Геральд» за 1 марта 1868-го его издатель Андрей (Агапий) Гончаренко (Гумницкий) напечатал свой прозаический перевод на английский язык отрывка из поэмы «Кавказ» под названием «Интересные идеи поэта Тараса Шевченко». Это было вообще первое упоминание о Шевченко в англоязычном мире! В этом же двухнедельнике поместил на украинском языке отрывки из произведений «І мертвим і живим...», «Кавказ», «Думи мої, думи мої...» — это была первая публикация стихотворений Шевченко в Америке на языке оригинала. Такую информацию подает «Шевченковский словарь», изданный в 1978 году в Киеве, где в статье об Андрее (Агапии) Гончаренко указано, что он был первым переводчиком произведений Тараса Шевченко на английский язык на американском континенте, последовательным пропагандистом его творчества — что 1 апреля 1861 года он поместил в «Колоколе» статью по поводу смерти Великого Кобзаря на украинском языке. Там, в частности, напечатано: «Від ієродиякона Агапія /Андрія Гончаренка/ — І без того тяжко, важко нам блукати на далекій чужині, -та все була потіха, все-таки була надія. Був у нас вдома Кобзар. Він виспівував діла батьків наших, розказував про козацьку славу, хто ми, чиї  діти, — коли самі не хочем знати... А тепер його немає, смерть скосила його. І на душі ще тяжче стало. — На кого тепер надія? Хто буде потішати наш люд в неволі... Є вірні діти України, треба правду казати; — та є далебі діти нерозумні, а ще більше перевертнів і недоляшків...» («Колокол» за апрель 1861-го). Сегодня переводов одного только «Заповіту» на английский язык существует двадцать вариантов.

Тогда Агапий Гончаренко уже работал в Лондоне составителем «Вольной русской книгопечатни», основанной Александром Герценом. В 1865 году Андрей Гончаренко эмигрировал в Америку, где через пару лет основал в Сан-Франциско первую на американском континенте славянскую типографию. Кроме уже упомянутого двухнедельника «Аляска Геральд», что в переводе означает «Вестник Аляски», который выходил с 1 марта 1868-го года до 1 апреля 1872-го на английском и русском языках, он издавал с осени 1872-го до весны 1873-го на украинском и русском языках журнал «Свобода», — в последнем, пятом числе, перепечатал уже названную статью из «Колокола» о Тарасе Шевченко и отрывок из поэмы «Кавказ».

• Надо почтить светлую память этого удивительного человека, о которой так мало до сих пор знают. Андрей (Агапий) Гончаренко (Гумницкий) родился 31 августа 1832 года на Киевщине в семье священника. Вероятнее всего, в селе Кривине, хотя не исключено, что и в селе Каменка близ Фастова, откуда происходил род его отца — потому что сам Андрей Гончаренко в своих «Воспоминаниях» точного места рождения не приводит. Его характер сформировался в большой мере под воздействием дяди по маминой линии — Дмитрия Богуна, которому, когда Андрею исполнилось 16 лет, пришлось бежать в Италию, спасаясь от ареста за революционную деятельность. Восьмилетним мальчиком его отдают на учебу в Киевскую бурсу, а в 1853 году по окончании курса обучения в Киевской семинарии богослов Андрей Гончаренко становится монахом Киево-Печерской Лавры Агапием. Там он познакомился с декабристом Сергеем Трубецким, который вернулся после многолетней Сибирской ссылки, и это формирует его мировоззрение, в основе которого — ненависть к любому насилию над человеком. Через четыре года его отправляют в Грецию иеродиаконом Атенской посольской церкви. Разочаровавшись в богословской среде, где видел прикрытый лицемерием разврат и угодничество власть имущим, он примкнул к освободительному движению, стал читать лондонские издания  «Колокол», «Полярную звезду», писать, вступил в переписку с Герценом и Огаревым. В своих статьях он, в частности, требовал освобождения монастырских крестьян. Российский посол приглашает иеромонаха отобедать с ним на одном из кораблей, а там его коварно арестовывают. Но по дороге в Россию, где Агапия Гончаренко ожидало заключение за революционную деятельность, он бежит из Константинопольской тюрьмы и 4 марта 1860-го приезжает в Лондон: политические эмигранты воспринимают его как единомышленника. Там он, как пишет исследовательница доктор филологических наук Роксолана Зоривчак, преподавал русский язык, занимался нумизматикой в Британском музее. Нанимал и из своих средств оплачивал помещения для политэмигрантов, которых в свободное время собирал у себя.

• Последующая жизнь этого «казака в рясе», как он сам себя называл, достойна приключенческого романа. После Лондона — опять Греция, поднявшаяся на борьбу против тирании короля Оттона. Царское правительство объявило Гончаренко «опасным преступником», на него даже было организовано покушение, однако трагических последствий ему удалось избежать, потому что помогли друзья. После революционной Греции — Ливан, Иерусалим, зиму 1863-го Агапий Гончаренко провел в Египте, в Александрии, и в конце концов 1 января 1865 года он оказывается в Америке, в Бостоне, где на Рождество отправил свою первую православную службу на Новом Континенте. Когда Аляска перешла от России к США, Агапий Гончаренко уже жил в Сан-Франциско, где занимался издательской деятельностью, деньги на которую собрал, работая, в частности, и рабочим. Он был едва ли не первым национально сознательным украинцем в Америке. Его полностью заслуженно называли Аляскоманом. В 1867 году Гончаренко вместе со сторонниками основал «Русское республиканское благотворительное общество «Декабрист».

• Надо отметить особое отношение А. Гончаренко к коренным жителям Аляски и прилегающих островов — алеутам, он считал их казаками. В своих «Воспоминаниях» он, в частности, пишет: «Дай только, Боже, алеутам волю и науку, по натуре они умны и хороши, они же наши кровные... Наш общежитийный казацкий источник — красиво и чисто сохранившийся на Аляске... Ученый человек народного просвещения вытолковал умным алеутам: вы зовете себя казаками и не любите москалей, которые вас обворовывали». Это можно объяснить разве что тем, что во время колонизации Аляски и прилегающих к ней островов после Камчатки Московией в конце XVII — в XVIII веках в составе российских отрядов было немало украинских казаков, которые, возможно, были доминирующей и руководящей силой.

Похоже на то, что предложение Михаила Антоновского, выраженное в секретной инструкции 1783 года, переселить часть украинских казаков на Аляску и прилегающие к ней острова царизм все-таки учел и даже реализовал. К таким выводам побуждает более изученная в сравнении с Аляской история колонизации и освоения Камчатки, где до сих пор есть немаленький поселок с названием Запорожье. Украинцы вообще были одним из самых весомых факторов христианизации и освоения Сибири и дальше, к востоку, тем более что царизм всячески поощрял эту миграцию и широко практиковал замену разных суровых наказаний (например, смертной казни, каторги или заключения) выселением в Сибирь, как правило, пожизненно, но свободным. Показательной в этом является судьба украинского гетмана Демьяна Многогрешного, который в 1672 году был приговорен московским царем к казни, впоследствии замененной заключением, ссылкой, а в конечном итоге через несколько лет после ареста назначен царским воеводой в Бурятии, в Забайкалье, где вошел в историю как бурятский национальный герой. О нем и его сыне Петре, погибшем в бою с китайскими хунхузами, буряты даже песню создали, до сих пор ее там поют. Лет тридцать назад я был на его могиле в Селенгинске. Вместе с Демьяном Многогрешным репрессировали всю его семью — была выслана в Сибирь не только его семья, но и родственники. Но все они со временем сделали там вполне успешную карьеру. Так, брат Демьяна Многогрешного, Черниговский полковник Василий Многогрешный после ареста уже в ссылке командовал отрядом царских войск в Красноярске, стал там едва не царским воеводой. Племянник Демьяна Многогрешного Михаил Зиновьев, впоследствии принявший фамилию дяди, засланный в Якутск, стал представителем царя аж в Анадыре на Чукотке, а в 1702 году возглавил экспедицию на Камчатку, проторяя дорогу для группы украинских священнослужителей, монахов Киево-Печерской Лавры и из других обителей — первой христианской духовной миссии на Камчатку, готовя таким образом христианизацию аборигенов этого полуострова.

• В 1705 году митрополит Тобольский и всей Сибири Филофей (в миру — Филофей Лещинский из Украины, выпускник Киево-Могилянской коллегии) посылает первую духовную миссию, состоявшую преимущественно из украинских священнослужителей, аж на Камчатку, где они основал Успенскую пустынь с первым камчатским храмом в честь святого Николая Чудотворца. Таким образом, недавно православный люд Камчатки отметил 300-летие христианизации полуострова, которой положили начало миссионеры из далекой Украины. Вообще, если вдуматься и проанализировать исторический процесс, то не будет преувеличением сказать, что Сибирь в значительной мере европеизирована именно украинцами и украинцы (хотя большинство из них — русифицировались) составляют по крайней мере треть всего населения нынешней России за Уралом, прежде всего в Сибири, Дальнем Востоке. Украинские священнослужители, эти «казаки в рясах», несли за Урал образование и европейскую культуру. Еще в 1702 году митрополит Филофей Лещинский обратился к царю с просьбой разрешить открыть в Тобольске общесословную школу с латинским языком, и такая школа была создана — в ней преподавали киевские монахи. Как пишет исследователь Борис Самбор, в одной из челобитных к царю он просил, если в Сибири «знайдуться заслані черкаси, здібні до співу церковного або до служби домової, то тих людей, щоб брати йому, митрополитові, в Софіївський діб без перешкод». Царь разрешал, но под личную ответственность Филофея — так в 1704 году в Тобольске появился первый церковный хор из украинских ссыльных в Сибири. Как пишет Борис Самбор в журнале «Православный вестник» 7-8 за 2003 год, С. Заварихин в своей работе «В древнем центре Сибири» о сибирском церковном строительстве в XVIII веке говорит однозначно: «Вообще нужно сказать, что влияние украинского зодчества на архитектуру далекой Сибири проявилось довольно отчетливо, отчасти обьясняется тем, что с 1702 по 1768 год все тобольские митрополиты были выходцами из Украины». Подробнее об этом — в многотомном исследовании К.В. Харламовича «Малороссийское влияние на великорусскую церковную жизнь», изданном в 1914 году в Казани. Украинцы, преимущественно казаки (особенно много появилось их здесь после разрушения Запорожской Сечи в 1775 году), осваивали в составе отрядов царских Сибирь и Камчатку, а затем — и Аляску, двигаясь на восток с запада.

• А. Гончаренко через столетие продолжил это дело с противоположной стороны — из Америки. Круг замкнулся. Свой двухнедельник «Вестник Аляски», где так много внимания было уделено творчеству Тараса Шевченко («Кобзарь», напечатанный в Петербурге в 1860 году, он получил от Огарева) с антицарскими статьями он переправлял из Америки в Сибирь, в Российскую империю. Это воспитывало украинское национальное сознание, подрывало основы российского самодержавия и помогало населению бороться за свои права. Издание, где Гончаренко был редактором и экспедитором, имело читателей в Китае, Японии и даже на Гавайских островах. 500 экземпляров попадало на Аляску и в Сибирь.

В первом числе «Вестника Аляски» вместе с англоязычной статьей о Тарасе Шевченко напечатал русский перевод текста Американской Конституции, а еще статью «Важное дело», где речь шла об издевательстве американских воинов над мирным населением Аляски, а также о нищем существовании американских индейцев — хозяев своей земли. К такому интернационализму Андрей Гончаренко пришел через любовь к своему порабощенному народу.

• Двухнедельник «Вестник Аляски» существовал до апреля 1872 года. «Те, кто борются за угнетаемых, редко находят вознаграждение в своем труде», — писал Гончаренко в одном из последних номеров, чувствуя себя истощенным из-за постоянных конфликтов с американскими чиновниками и материальных лишений. В итоге он продал английский печатный шрифт Библиотеке Конгресса в Вашингтоне и сосредоточился на выпуске газеты «Свобода» кириллицей, где печатал статьи на украинском языке. Вышло пять номеров: в последнем он перепечатал из «Колокола» некролог по Тарасу Шевченко, при этом процитировав слова земляка: «Задзвонили на Україні у всі дзвони — час нам робити поминки по праведному Тарасу».

Вместе с женой Альбиной Читти, происходившей из итальянских революционных кругов, он купил ферму в горах близ города Гайворда в Калифорнии и открыл там воскресную школу для бедных детей. На дверях их жилища было написано «Свобода».

• И был же человек редкой внутренней свободы, бесстрашный и порой отчаянный, с заостренным, как это присуще его предкам, боровшимся под лозунгом «ни холопа, ни пана», чувством социальной справедливости и открытости миру. Придерживаясь строгого поста всю свою жизнь, он не боялся вступить в спор с православными церковными канонами, считая, что должен отчитываться только Богу, который молвил к каждому человеку голосом внутреннего закона, написанного на скрижалях наших душ. Жить по совести, это, по его мнению, и есть служить Всевышнему.

В ограниченном по размеру рассказе невозможно охватить всю его бурную и подвижническую жизнь — лучше прочитать его «Воспоминания». Но где? Впервые они напечатаны в 1894 году в Коломые, Михаилом Павликом, отношения с которым у Агапия Гончаренко были особенно тепле. «С Гончаренко можно в чем-то не согласиться, но его должен уважать всякий, кому дорога воля нашей страны», — писал Павлик об этом «казаке в рясе», отмечая его тяготение к анархизму. С тех пор в Украине «Воспоминания» выходили только раз — в 2006 году в сборнике «Казак в рясе» в серии «Военно-патриотическая библиотечка», которую наш Фонд издавал для вооруженных сил Украины. До этого их печатал Яр Славутич в Эдмонтоне (Канада) в 1965 году.

Умер Андрей (Агапий) Гончаренко 6 мая 1916 года в своей усадьбе близ города Гайворда в Калифорнии — там, в горах, он прожил свыше сорока лет, в своей усадьбе и похоронен. В завершение же стоит процитировать слова этого неизвестного в Украине деятеля, который писал в своих «Воспоминаниях»: «Я бежал из московской тюрьмы, в широкий мир, потому что чуял в моих жилах свободную кровь... Моя ненька Украина и источник казачества, яко же феникс, воскреснет на добро людям, на вечную правду и волю». Эти слова Андрея (Агапия) Гончаренко оказались пророческими.

Даниил КУЛИНЯК, писатель, директор Всеукраинского благотворительного фонда имени Петра Калнышевского, заслуженный журналист Украины
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments