Выбирать себе правительство вправе лишь тот народ, который постоянно находится в курсе происходящего.
Томас Джефферсон, выдающийся политический деятель, дипломат и философ эпохи Просвещения, один из авторов Декларации независимости США, 3-й президент США в 1801—1809 годах

Попытка переосмыслить историю

Опубликован новый роман Елены Захарченко «Третья кабинка — Лос-Анджелес»
6 сентября, 2018 - 17:32

Этот роман стоило бы экранизировать, чтобы показать мир, в котором не только противостояние своих и чужих, а все значительно сложнее. Это роман об УПА, Голодоморе, преступлениях сталинского режима, атмосфере свободы и несвободы, шпионажа и честности, измен и поддержки.

НЫНЕШНЕЕ, В КОТОРОМ БЫЛОЕ ОЖИВАЕТ ГОЛОСАМИ ПАМЯТИ

Автор умеет с особой щемящей болью описывать прошлое и нынешнее, в котором былое оживает голосами памяти. В физической реальности все разрушено, разворовано, закопано в землю, а в памяти остаются, например, воспоминания о часах, которые висели на стене в таком-то доме.

Показательной в этом смысле является история, как девушка видит у парня сорочку, узор на которой запомнила из старой семейной фотографии. Эта сорочка была вышита давним-давно далекой родственницей во время сталинских массовых репрессий, когда украинцев из западных земель массово высылали в Сибирь. Женщина сделала узор на сорочке мужа, чтобы тот помнил о ней, о своей земле и чтобы по этой вышиванке можно было установить, жив ее муж или расстрелян. Эта фотография была сделана очень давно, она мигрирует сквозь время и пространство, попадая из Украины в Америку, вывезенная родственниками, которые не приняли советской жизни.

«НАВЕКИ В ЭТОЙ СТРАНЕ НИЧЕГО НЕ БЫВАЕТ»

Советская история породила в людях стереотипы и комплексы, как следствие — посттравматический синдром. Абсурдными являются сцены описания людей, которых из Сибири выслали на Западную Украину, чтобы они боролись с бандами. Эти же люди (имевшие собственные представления о сибирских преступниках, которые убегали из тюрем и вырезали села) переносили свое виденье на мирных людей, не желавших войны, не желавших зла, а лишь мирно работавших во дворе. Однако со временем даже у этих мирных людей таки назревали гнев и ненависть к прислужникам системы.

Кульминационным в романе является монолог Сергея о том страшном времени: «Ты же ничего не понимал тогда. Мы же себя врали все, что так надо, что малой кровью советскую власть нельзя было там сделать. Помнишь, мы говорили, что, искоренив банды, мы сделаем добро — вместо того, чтобы постоянно на фронте жить, постоянно на войне, они смогут тихо-мирно... Нет, ничего подобного! Просто хотелось всех убить. И выжечь все, запугать всех! Нет! Не было необходимости в таких жестоких мэрах. Можно же было действовать умней и эффективней... Мы уничтожали в сотни раз больше, чем это было необходимо даже для самой жестокой войны. Когда начинаешь убивать, остановиться трудно, тем более это безнаказанно. Мы озлобили людей на тех землях, они ненавидели нас все время...».

Люди, жившие на Западной Украине, так и не приняли советскую власть, они так и жили в режиме защиты. «Отец понял уже тогда, что навеки в этой стране ничего не бывает»           — и потому те, кого высылали в Сибирь, подписывали разные бумажки, потому что знали, что власть в империи зла непродолжительна. И после 1953 года, когда умер Сталин, потихоньку начали ездить в свои дома, а впоследствии поселились с детьми, которые все это время жили в страхе, что они — «дети врагов народа».

ПРОШЛОЕ КАК ПОВОД ДЛЯ ПОЯВЛЕНИЯ ФИЛОСОФСКИХ ВОПРОСОВ ОТНОСИТЕЛЬНО СОВРЕМЕННОЙ ГЕОПОЛИТИКИ

«Третья кабинка — Лос-Анджелес» — пример литературы пост-постмодерного времени, когда прошлое и настоящее является не только поводом для карнавализации, но и для появления философских вопросов относительно современной геополитики. Это является особенно важным, в частности, во время обострения украинско-польского спора, желания со стороны польских политиков видеть виновными лишь украинцев.

Ведь нельзя измерять прошлое с морально-этических позиций нашего времени. Воины УПА были не преступниками (в романе показано, как советская власть стремилась запустить миф о звериных убийствах УПА, однако эти преступления — не дело ли рук советов?), а теми, кто не принимал власть, построенную на примитивных человеческих инстинктах, которые нашли выход на волю.

В книжке затронуты и другие вопросы: как украинцев убивали поляки, как безбожно хорошо было остарбайтерам, которых забирали немцы на работу, как девушки не хотели возвращаться в Страну Советов, потому что знали, что их там расстреляют. Захарченко рассказывает истории, которые действительно имели место. И именно этому ты начинаешь верить.

МОЩНАЯ УКРАИНСКОСТЬ НА ДАЛЕКОМ СЕВЕРЕ

Кроме всего прочего, это история о любви, которая непредсказуемо и пылко разгорается между людьми даже на расстоянии километров, когда люди познают друг друга только по переписке. Это история о выживании, когда учитель математики оставляет дома свои старые и мудрые книжки и везет с собой в Сибирь ножи и топоры, чтобы упорядочить то пространство. История о Голодоморе и парне, который набрасывается на обрезки от фасоли, а затем умирает в муках... Это история о колонизации украинцев и в то же время о формировании внутри Российской империи мощной украинскости на далеком Севере.

Дмитрий ДРОЗДОВСКИЙ
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments