Историю творят мученики, а не мучители.
Евгений Грицак, лидер Норильского восстания в лагерях ГУЛАГа 1953 года

Завен БАБЛОЯН: Общество должно интересоваться собой, отображенным в литературе

5 августа, 2010 - 19:50
ФОТО ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА ЗАВЕНА БАБЛОЯНА

Наверное каждый, кто регулярно посещает украинские литературные мероприятия — от Львовского форума до харьковской «Баррикады», замечал этого резвого высокого чернявого мужчину в очках и с длинными волосами. Завен БАБЛОЯН является одним из движителей современной украинской литературы: организовывает публикации писателей в разных издательствах, занимается пиаром, переводит на русский язык и поддерживает культурный обмен с Россией. А с недавних пор он еще и заместитель директора нового издательства «Треант», которое заявило о себе, прежде всего, изданием двух книг Олеся Ульяненко и Фоззи, участника группы «Танок на Майдані Конго».

— Завен, расскажи, как ты оказался в украинском книгоиздании и литературе?

— А я оказался в украинской литературе? Круто! В книгоиздании — смотря как рассматривать. В принципе, издательскими проектами я занимался еще, когда работал в Харьковском университете в лаборатории гендерных исследований. А в издательстве «Фолио» появился по рекомендациям друзей — писателей, которым помогал с пиаром. И когда меня принимали на работу, сказали, что мои существующие знания и навыки здесь будут не нужны. Приблизительно тогда же удалось реализовать первый персональный проект, связанный с «сучукрлитом», — издание на русском языке «Коллекции пристрастий» Натальи Сняданко в том издательстве, с которым уже давно сотрудничал как переводчик с английского.

— Какой проект «Треанта» сегодня оказался самым успешным как в количественном, так и в качественном понимании?

— В качественном — мы гордимся всеми нашими книгами. В количественном пока побеждает первое творение Фоззи «Ели воду из-под крана». Надеюсь, второе — «Winter Sport» — догонит первое. Неплохо продаются также другие книги Ульяненко — «Там, где Юг» и «Женщина его мечты».

— Какие ближайшие планы издательства?

— Честно? Не загнуться. Если серьезно, я пытаюсь не распространяться о будущих книгах, пока они еще не в типографии. Такой вот суеверный теперь. Мы только что вытянули дорогой и тяжелый для нас проект «Азбуку» Милоша и пытаемся от него прийти в себя. Может быть, даже реализуем несколько коммерческих проектов.

— Ты имеешь опыт сотрудничества с очень разными украинскими издательствами. Что, по-твоему, нужно сделать, прежде всего, для оживления развития украинской книги? Как ей, к примеру, расширить аудиторию?

— Если все будут хорошо делать свое дело — от писателей до медиа, общее дело будет двигаться. Несмотря даже на ужасное состояние рынка. Но, во-первых, рынок должен, в принципе, существовать и быть хоть в какой-то степени украинским. Во-вторых, общество должно осознавать себя украинским и интересоваться собой, «отображенным» в литературе. Оба пункта в настоящий момент очень страдают...

— В одном из интервью ты делал прогнозы, что в 2010 году издательства немного активизируются после кризиса, а еще что в Украину придет электронная книга. Сбылись ли твои ожидания?

— Сознаюсь, я не предусматривал прихода к власти Партии регионов. В принципе, это событие ставит под сомнение активизацию украинских издательств. А что, кстати, кризис уже закончился? Не знал. С другой стороны, издательства, которые остались «живыми», будто бы действительно пытаются активизироваться. Гляди, например, могучее КСД подружилось с «Коронацией», да и ловкая «Нора-Друк» выпускает много новинок. Ну и так далее. Даже новые интересные издательства появляются, например «Урбино». А электронная книга развивается в мире быстрыми темпами, я просто не успеваю читать все новости. Позавчера «Амазон» показал в одной из категорий продаж электронной книги больше, чем книг в переплете, — сегодня Уайли издал много классики ХХ века. Украина поневоле как-то тоже реагирует на этот тренд: так, некоторые произведения Ульяненко можно купить за шесть гривен, упрямый Санченко продает свой шедевр «Очерки бурсы» в электронном виде. Но ясно, что пока нас просто затягивает это течение.

— Одна из ролей Завена Баблояна в современной украинской литературе — налаживание переводческих взаимоотношений с Россией. По-видимому, самым ярким результатом оказался выход Прохасько в русском переводе и довольно заметный позитивный отклик на него российских читателей и критиков. Расскажи о своем участии в этом проекте, и вообще, как воспринимают украинскую литературу в России, насколько она там интересна и понятна? И удается ли ее освободить от, так сказать, политического контекста?

— Я предлагал «Ад Маргинес» выпустить что-нибудь современное украинское — и увидел, что они работают с прежним СССР. Из разных вариантов они выбрали Прохасько. Я знал, что Рафаэль Левчин перевел «Непростых», сам перевел повести, от которых просто в восторге. Тогда якобы нашел финансовую поддержку, но с этим потом возникли проблемы, если бы не «ШО» и персонально Сашка Кабанов, не знаю, вышла ли бы книга в свет. Следовательно, «разруливал» эту проблему. Ну и всевозможные там организационные моменты. А как воспринимают современную украинскую литературу в России, сложно сказать. То есть я хорошо понимаю, как ее воспринимают, так сказать, рецензенты, и здесь политический контекст не превалирует. Что касается публики, то, наверное, что книга украинская, мало влияет. Россияне вообще умеют апроприировать. То есть имеется в виду, что если уже воспринимают как-то, то как факт своей литературы. Заинтересованность, когда она есть, вряд ли в этом случае обусловлена «национальным происхождением» той или иной книги. Понятна ли она им? Как правило, если я вижу позитивный и не сугубо формальный отзыв, неважно — от рецензента или просто читателя, мне ясно, что понятна. Негативные же отзывы обычно не пишут, а когда пишут, то очевидно, что книга осталась непонятной.

— На прошлогоднем форуме у нас как-то был разговор и о переводах современной русской литературы на украинский язык. Какое твое мнение теперь, насколько это нужно и актуально?

— Для украинской литературы это актуально и нужно. Переводы на другие языки развивают и обогащают данную литературу. Более того, они являются своеобразной конструктивной провокацией для «своих» авторов. Здесь ничего не изменилось.

— Знаю, что во время издания Тараса Прохасько в России была какая-то небольшая эпопея с поддержкой от политиков. Созрели ли хоть какие-то украинские политики для осознания важности поддержки книги в целом и художественной литературы в частности?

— Крошечная субпрограмма «Книжный фонд» — в действительности крошечная: за год они поддерживают всего несколько книг, это мизерные средства по сравнению с теми, какие тратятся на их программу, например, «Международный диалог», фонда Арсения Яценюка «Open Ukraine» поддержала проект, но потом от него отказалась «из-за нехватки финансирования». Ну, что сказать... Хорошо, что хватило на пару других книг, Евгении Кононенко и Сергея Жадана. И это вроде бы единственная теперь структура, у которой вообще есть программа поддержки зарубежных изданий, хотя и такая же микроскопическая, и самая низкая по приоритету — если она еще действует. Следовательно, что касается зарубежных изданий — однозначно нет, не созрели. Насколько я понимаю, внутри страны разные фонды, а они практически всегда политические — постоянно поддерживают те или иные издания, которые считают важными. Но есть, по крайней мере, один показательный пример — финансирование двадцатитысячного тиража последнего романа Оксаны Забужко. Интересно, что самый заметный и, так сказать, самый народный наш литературный конкурс «Коронация слова» финансируется никаким не фондом, а вовсе не политической кондитерской корпорацией. Правда, там поддерживают больше авторов, чем издания, по крайней мере, ни один рекламный проект «Коронации» в медиа, кажется, так и не осуществился. Но будто бы то ли поездки, то ли презентации как-то поддерживают.

— А какое впечатление в этом смысле производит на тебя новая власть?

— Ну, не знаю. Вот, говорят, в Харькове выйдет локальная версия российской «Литературной газеты». Или это еще не наша власть? Если говорить скучно, то украинская власть и раньше не очень интересовалась этой темой. Новая в этом смысле, мягко говоря, не исключение. По программе поддержки национального книгоиздания остались какие-то ужасные долги (хотя кому-то какие-то выплаты, кажется, недавно были), я слышал, что не будет закупок от Минкультуры для библиотек и Минобразования для школ. Но, во-первых, нашего маленького издательства это не касается, а во-вторых, поддержка властью книгоиздания должна быть совсем другая: налоговые льготы, протекция на рынке, защита отечественной книжной торговли и все такое. Обо всем этом фактически не шла речь и не идет. Скажу больше. Думаю, что нынешняя власть и современная украинская литература — это параллельные реальности, из которых я лично отдаю преимущество второй. Хотелось бы, чтобы и общество больше предпочитало именно ее — это шансы на будущее.

Беседу вел Олег КОЦАРЕВ, специально для «Дня»
Газета: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ