Корень демократии в активности граждан, а залог - в обеспечении прав человека.
Зиновий Красовский, поэт, писатель, общественный и политический деятель, политзаключенный советских лагерей, член Украинской Хельсинской группы

Гуцульская сецессия Казимира Сихульского

Польский художник открыл для культурно-художественной общественности Европы яркий и красочный мир украинской Гуцульщины
18 июля, 2013 - 15:05
«АВТОПОРТРЕТ», 1909 г.
ТРИПТИХ «МАДОННА», 1914 г.,  «ГУЦУЛЬСКАЯ ДЕВУШКА С КУВШИНОМ»
ТРИПТИХ «МАДОННА», 1914 р., «ГУЦУЛЬСЬКА ДІВЧИНА ІЗ ДЗБАНОМ»,
ТРИПТИХ «МАДОННА», 1914 г., «ГУЦУЛЬСКАЯ ДЕВУШКА С КРЕСТОМ»
ТРИПТИХ «МАДОННА», 1914 г.
ТРИПТИХ «МАДОННА», 1914 р., «ГУЦУЛЬСЬКА ДІВЧИНА ІЗ ХРЕСТОМ»
«МОЛОДОЙ ГУЦУЛ», 1905 г.

Продолжая тему проблематики украинско-польских культурно-художественных связей (поддержанную стипендиальным грантом Фонда им. Йозефа Мяновского Польской Академии Наук), хочу обратиться к творчеству Казимира Сихульского. Это один из самых известных художников-львовян польского происхождения, чье творчество приходится на первую половину ХХ века и в подавляющем своем большинстве отражает природу, жизнь и обычаи жителей Гуцульского края.

Польское искусство второй половины ХІХ — начала ХХ вв. характеризуется углубленным интересом к жизни простого человека, к отражению реальных противоречий общественной среды. Ложноклассицизм и академизм официального искусства, активно бытовавшие в Венской и Краковской Академиях, не в состоянии были ответить на вопросы, которые поднимала реальная действительность. Классические композиции с тяготением к треугольнику, манера одевать героев в псевдоантичные тоги и латы на фоне античных колонн, отвечали только консервативным вкусам польской шляхты. Национально-освободительное движение (особенно повстанческие события 1863 года) способствовало демократизации всех жанров польского искусства, особенно живописи, где под воздействием французских художников Гюстава Курбе и Франсуа Милле развилась реалистическая школа. Более поздние бунтарские стилевые направления — импрессионизм, постимпрессионизм, символизм, а на изломе веков австрийский сецессион, французский фовизм и немецкий экспрессионизм тоже наложили свой отпечаток на развитие польского искусства.

На Галичине же (в Кракове и Львове), которая выделялась многонациональным составом общества, венская сецессия разделялась на два национально-художественных течения: польское — «закопянское» и украинское — «гуцульское». А культурная и обычаевая близость двух народов придала ей монолитный характер.

Казимир Сихульский родился 17 января 1879 года во Львове в семье инженера-железнодорожника. По окончании гимназии на протяжении 1899—1907 годов учился во Львовском университете, потом в Краковской академии искусств у Я. Мегофера, Л. Вичулковского и С. Виспянского. В 1904 году как лучшие ученики Академии серебряными медалями были награждены украинец М. Бойчук и поляк К. Сихульский. Последний вместе с В. Яроцким продолжил учебу в Художественной школе в Вене у А. Кеннера и академии Каларосси в Париже.

Прав был польский историк искусства Мечислав Третер, сказав, что не под парижскими зорями, а под украинским небом мужала палитра Л. Вичулковского — общение с народом повлияло на его взгляды, выработало глубокое понимание натуры. Эти же слова можно в полной мере отнести к его самому преданному ученику — К. Сихульскому — художнику буйного темперамента, основной темой творчества которого стала Гуцульщина.

...Зимой 1904 года четыре товарища — молодые художники — Фридерик Паутш, Кароль Фрич, Владислав Яроцкий и Казимир Сихульский решили провести рождественские каникулы в гуцульской Черногоре. Инициатором похода был Паутш, родом из Делятина, который и подговорил друзей не ехать в традиционное Закопане, а в Татаров — посмотреть новые, неизведанные края. Эта прогулка в мир своеобразного, вольнолюбивого и одновременно неизведанного народа способствовала тому, что на протяжении следующих десятилетий К. Сихульский стал «самым верным художником той страны».

Двадцатипятилетним юношей, но уже многообещающим художником, оправился Сихульский на полонины, чтобы вдохнуть свободного воздуха, упиться свежестью зелени и яркостью красок окружающей среды, непосредственностью художественного мировосприятия, которых не давала господствующая в конце ХІХ века академическая школа. Мало сказать: «не давала» — строго запрещала. В те времена молодых, стремящихся к жизни художников силой удерживали в зашторенных мастерских среди гипсовых моделей античных героев и запыленного театрального реквизита. И тогда взбунтовались молодые «барбизонцы», «интрансингенты», «батиньольцы» и «импрессионисты», покинули мрачные и темные мастерские и душные мансарды и поселились в селах — французских, немецких, австрийских, польских...

Казимир Сихульский с товарищами выбрали самое лучшее, самое красочное село — гуцульское.

В первые десятилетия ХХ века художник, используя принципы венской сецессии и мюнхенского экспрессионизма, создал много картин-полотен из гуцульського быта. Это многочисленные свадьбы, свадебные процессии, уход и возвращение пастухов и пастушек с полонин, психологически точные портреты седовласых мольфаров и почтенных газд, нежно-лирические и одновременно рациозно-эротические образы молодых гуцулок. Вот несколько названий его картин — «Поход гуцулов на полонины» (1905), «Молодой гуцул» (1905), «Маленький газда» (1906), «Цвет папоротника» (1906), «Пастух» (1906), «Гуцульская свадьба» (1909), «Гуцулка» (1913), «Старый гуцул» (1913), «Гуцульские музыки» (1934). Эти полотна написаны стилизованной утонченной линией и вместе с тем бравурно, с ярким насыщением солнечного света и интенсивностью колористической гаммы.

Деформацией «экспрессионизма красок» можно назвать произведения К. Сихульского, который, воспитанный в школе Вичулковского, впечатлительно и трепетно воспринимает окружающую среду гуцульского края, ставшего родным ему, и с поэтической утонченностью передает его на полотне: «Весна» (1906), «Дружка» (1906), триптих «Квитное воскресенье» (1906), триптих «Весна» (1909), «Церковь» (1909), «Парень под каплицей» (1913). А декоративные растительные композиции сецессионных мотивов становятся фоном-окружением фигуративных образов.

На протяжении всего жизненного пути творчество художника тяготело к проблемности, к проявлениям самых искренних чувств, оно вдохновлялось размышлениями о действительности, о красоте человеческой и красоте природы. В фокусе внимания художника постоянно был человек с его ежедневными заботами, мечтами, радостью, печалью. Некоторым произведениям К. Сихульский начинает придавать символическое, даже религиозное содержание — триптих «Гуцульская Мадонна» (1909) раскрывает «высший уровень профессионального мастерства».

На протяжении 1910—1930-х годов почти на всех значительных мировых художественных выставках в Германии, Австрии, Италии, Голландии, Бельгии, Финляндии, США экспонировались гуцульские полотна-поэмы К. Сихульского. Жаждущий жизни и работы, переполненный творческой энергией, художник не ограничивается живописью и созданием карикатур, пробует себя в декоративно-прикладном искусстве и архитектуре — создает эскизы-картоны ковров, витражей, мозаик, которые, однако, в подавляющем большинстве «остались не реализованными».

Проявил себя К. Сихульский и как талантливый педагог, преподавая на протяжении 1920-1930 годов рисунок во Львовской промышленной школе, где тогда учились будущие львовские мастера — Ю. Кратохвыля-Видимская, Г. Сельский, З. Винницкая и другие

«...Есть во Львове такое замечательное место, вернее улица, которая начинается в городе, а заканчивается в селе, — читаем в журнале «Ленинград» за 1940-й год. — И если в первой части улицы звенят трамваи, гудят по мостовой автомобили, торчат мачты антенн, а несколько сотен шагов вниз — и вы сразу же в селе, типичном и живописном. Сначала плетеные изгороди, старенькие низенькие домики, маленькие садики, потом обрыв и ручей, который журчит на дне зеленого оврага. Это —Зофиевка, один из самых очаровательных уголков Львова.

Отправляюсь туда, зная, что в самом конце оврага стоит двухэтажный дом (улица Зофии, 63) — резиденция профессора Казимира Сихульского.

Свежее утро. Солнце мягко улыбается. Сихульский сидит у мольберта и рисует свой портрет, пытаясь как можно четче изобразить седую бороду под шеей на старательно выбритом лице, словно рыбак на полотне голландского художника...

...Вдруг он хмурится: «...Мои картины рассеяны по всему свету, как перелетные птицы. Даже те, которые хранятся в моей краковской мастерской, сейчас для меня недоступны. А мне бы очень хотелось устроить во Львове полную выставку моих работ».

Но этому уже не суждено было сбыться. Летом 1941 года Львов был захвачен гитлеровскими войсками — началась немецкая оккупация — а 6 ноября 1942 года после тяжелой болезни художника не стало. Профессор Казимир Сихульский был похоронен в семейном склепе Лангнеров на Лычаковском кладбище (16).

Этот сжатый рассказ призван напомнить нам о творчестве самобытного польского художника, львовянина по происхождению, который открыл для культурно-художественной общественности Европы яркий и красочный мир украинской Гуцульщины, переданный изысканными и экспрессивными средствами сецессионной живописи.

Ярослав КРАВЧЕНКО, кандидат искусствоведения. Фоторепродукции предоставлены автором
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments