Или думай сам — или тот, кому приходится думать за тебя, отнимет твою силу, переделает все твои вкусы и привычки, по-своему вышколит и выхолостит тебя.
Фрэнсис Фицджеральд, американский писатель, крупнейший представитель так называемого «потерянного поколения» в литературе

«Лис Микита»: подарите политикам, пусть «микитують»!

8 сентября, 2018 - 10:00

«Нині хто рад жить, не схнути,

Той святим не може бути»

(Лис Микита)

Доктор ФрАнко любил своего «Лиса Микиту» нежно и трогательно, как родных детей, потому что писал о крутихвосте именно для них. Однако не был бы Франко «ходячою енциклопедією усякого знання», согласно меткому слова Филарета Колессы, если бы не прятал платоновскую философичность за простецким занавесом.

Когда звери Франко еще не говорили с детьми, академики почти спали с Лисом, перечитывая десятки раз. Грушевский, Драгоманов, Барвинский строчили положительные отзывы в известные журналы, пока износившееся старчество искало угол в скромной сельской читальне, чтобы получить очередную порцию вечернего «рудихвоста».

При жизни писателя «Лис» увидел свет только в 5-ти изданиях, и с каждым изданием он словно взрослел. Автор понемногу менял первичный текст для... взрослых! Такой случай в литературе, по определению франковеда Натальи Тихолоз, является уникальным. А все потому, что «Лис» имел крайне стратегическую роль, миссию — повлиять на сознание обывателя.

«Лис Микита» родился в гениальной голове интеллектуала, когда тот еще за школьной партой заливался смехом, держа на коленях Reineke Fuchs Гете. Нерожденный «Лис» сидел в голове Франко долго, пока тот не написал письмо Драгоманову, что, мол, нужно Лиса Гете «перекрасить»:

«...можна б трохи й підлити антишляхетським та антипопівським соусом і пустити в публіку».

Сказка не была переработкой, совсем не переводом — оригинальным «народним добром» с «національною подобою». «Я…на чужий позичений малюнок накладав наші руські кольори», — писал мастер слова.

В центре произведения — двор царя-Льва. Почти как сегодня: ни тебе образовательных сдвигов, ни тебе культурного бума — все вращается вокруг парламентского отродья. В царстве Льва есть всякие: и Бурмило, и Несытый, и Бабай, есть Фрузя и Мурлыка. Именами наделены только те, которые трутся вокруг его величества, а те, что на обочинах, то есть народ, не в счет.

Звери занимают определенные должности, как люди, однако ведут себя как дикие звери. Нечто подобное можно неоднокрано наблюдать в наших львиных кулуарах: люди как звери. Сатира на социально-политический строй бьет фонтаном. Показательно уже то, что в трибуналах заседают старые козлы и ослы, «гонори й слава» — это модус жизни только дураков, торжествуют коррупция, протекция, коварство и кривосудие. Комедия суда является заодно трагедией политической системы, уклада, в котором должности получают хитрые.

«Лис Микита» насквозь государствообразующий. Но украинцы даже не догадываются, что на протяжении десятков лет читали не «Лиса» Франко, а «Лиса» Рыльского. Редактируемое Рильским виздавалось под грифом советской цензуры, которая выбросила «вредное», так что реципиент был способен только на буквальное прочтение без подсказок и без обстоятельной политической сатиры.

Почему сегодня «Лис» с кодами Франко на вес золота? «Помните: «Лев, що цар був над звірами»? Префиксы «над» и «под» часто фигурируют в сказке, как и в государственной пирамиде. Есть слово «інстанція». Инстанция с латыни «ин» — на, а «станция» — то, что стоит, возвышается над вами. То есть главное, чтобы это «над» в пирамиде было не верховенством, а непосредственной сквозной связью», — объясняет Андрей Содомора.

«Если в сказке Франко некий Зевс, то есть царь зверей, властно держит лапу на пульсе, то Лис Микита — это голос гражданского общества. Он очень серьезный медийщик, распространяет информацию», — добавляет франковед Богдан Тихолоз.

Современное демократическое государство согласно «Лисові Микиті» должно базироваться на уважении к свободе слова, которая часто является очень неудобной для деятельности в государстве всех персон. В «сказке» есть государственники, политики, журналисты, есть простой люд. Возможно, читатель найдет там голос гражданского общества, но точно заметит раздражающие рубцы настоящего.

Было бы актуально адресовать текст Франко государственникам, скорее горе-государственникам, участникам «гладиаторских боев», включить в перечень общественно-политических исследований: безусловно, не для того, чтобы взяться за живот от комического, а чтобы заставить «микитити». Кстати, в академическом словаре украинского языка «микитити» означает как раз рассуждать, соображать.

В этом году «Лис Микита» вернется к читателям настоящим, аутентичным и будет представлен на «Форуме издателей». В нынешнем издании знаменитой поэмы Франко, которое фактически воспроизводит одно из самых известных изданий этого произведения, под редакцией Б. Даниловича (Краков, 1941), читатель найдет материалы, которые подчеркивают разницу между советской редакцией «Лиса Микити», «сказки для школьников», — и аутентичным, ориентированным на национально сознательные слои украинского селянства. Немало внимания уделено личности выдающегося украинского художника Эдварда Козака, его конгениальный графике.

В презентации книги примут участие Богдан Тихолоз, известный франковед, и Андрей Содомора, украинский переводчик и писатель.

Андриана Била, Летняя школа журналистики «Дня»-2018

 

Рубрика: 
Новини партнерів

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments