Власть опирается на всех, кто живет во лжи.
Вацлав Гавел, чешский политик и общественный деятель, диссидент, критик коммунистического режима, драматург и эссеист, девятый и последний президент Чехословакии и первый президент Чехии

Нет жизни за стенами Вероны

14 июля, 2017 - 13:28

Чтобы избежать ответственности за уголовные преступления или даже государственную измену, украинские власть имущие бегут за границу, чаще всего во вражеские для наших граждан страны. То есть совершают еще одно преступление, уклоняясь от Фемиды. Не той, которая закрывает глаза, получив взятку, а другой, которая ничего не забывает. Шансы вернуться на Родину, хотя такого понятия, как любовь к Родине, в их лексиконе не существует, потому что они предали и Родину, и народ, у них появятся, если озлобленные на нынешнюю власть избиратели проголосуют за Оппозиционный блок, как это было после Ющенко. Такая у нас удивительная страна.

Вряд ли эти господа знают, что такое банниция и инфамия, наказание времен Речи Посполитой. Банита - это мещанин или шляхтич, который кражей, насилием или грабежом лишил чести не только себя, но и свое состояние, за что его выгнали из города или страны. «Выдворили», как говорили в советские времена. В рамках своей резиденции он был неприкосновенен, мог себя защищать и мог обжаловать наказание. Но как только его вытолкали за стены, каждый мог его убить. Подобное практиковали и у других народов. Банитом был юный влюбленный Ромео, которого обрекли на изгнание за недозволенную любовь. Это он сказал устами Шекспира:

«Нет жизни за стенами Вероны». Банитой был уже реальный персонаж - Данте, изгнанник из Флоренции.

Словом, это было тяжелое наказание, но со временем человеку разрешали вернуться, если он раскаялся и доказал, что исправился.

Инфамия - гораздо страшнее. Это - лишение чести, то есть привилегий своего состояния за рецидивы или особо тяжкие преступления, как уголовные, так и морального характера: ересь, прелюбодеяние, недоказанная шляхетность, государственная измена и т.п. Человек с пониженным общественным статусом с момента объявления инфамии не имел права ни на имущество, ни на шляхетский или мещанский суд, ни на ношение оружия. Он был обречен, потому что выжить в другом мире не мог. Эти казни в Речи Посполитой просуществовали примерно до второй половины XVIII века. И что интересно, шляхтич мог быть десятки или сотни раз провозглашен банитой или инфамусом и выходил сухим из воды. Он не бежал как вредный кот с места преступления, а защищался когтями и зубами. Может, в какой-то вражеской стране ему бы предоставили убежище, но считали бы возможным предателем, и вернуться домой он бы не смог уже никогда.

Жил когда-то киевский митрополит и епископ перемышльский Антоний Винницкий, который воевал в XVII против унии и католиков. Когда его посадили в Перемышльскую башню за нападения на незаконно назначенного королем епископа, его освободило оттуда войско бедных шляхтичей и мещан. Это не значит, что епископ был демократом и популистом, но обманутые и униженные люди пошли на штурм башни. Они знали, что Антоний воевал против турок и татар и за эти заслуги получил должность, и он защищает православную церковь. Он, кстати, первым в Украине упорядочил метрические книги, понимая их важность для будущих поколений.

Однако больше всего впечатляет история, которую я назвала «Село Урож против города Львова». Винницкие имели двор в моем селе Урож. Если борьба против унии только раздражала власть, то дело о святотатстве было гораздо серьезнее. Антоний похитил монаха доминиканца, писал на него доносы, привез в Урож и так его затерроризировал, что он отрекся от католической веры. Правда, потом монах скрылся. За это Винницкому светило наказание смертью. Это было что-то неслыханное. Украинский шляхтич осквернил всемогущий орден. И спокойно сидел в Уроже. Ему светила не только инфамия, а наказание смертью. Из Львова отправилось войско, возглавляемое львовскими магнатами. Они себе представили, что едут на охоту и взять неприметную деревушку будет легко. Однако не тут-то было. В Уроже их ждало 11000 мелких шляхтичей и крестьян. Это было после Хмельнитчины, кстати. Они и ухом не повели, увидев пышную делегацию из самого Львова, нацелив на нее копья, вилы и рогатины, кто что имел. И паны, поспешно вручив обвинения, должны были возвращаться во Львов 60 миль, благодаря Бога, что целы. Антоний Винницкий после этого даже захватил церковь Святого Юра во Львове и прожил долгую бурную жизнь. Он не предал ни веру, ни свое состояние, ни Родину.

Это все я веду к тому, что категория неприкасаемых была только в Индии. Они убирали нечистоты, и никто не смел к ним даже прикоснуться. И что измена Родине у каждого народа была самым тяжелым преступлением, а Данте поместил изменников в девятый, последний круг ада. Но народные избранники, судьи и прокуроры гордятся статусом неприкосновенности, считая себя элитой. Безнаказанность за тяжкие преступления против народа Украины ассоциируется в обществе с неприкосновенностью и ничего кроме чувства брезгливости не вызывает. За деньги люди без чести купят себе право на побег и место в следующем парламенте. Их Верона не Украина, не родной город или село, а сессионный зал или мягкое кресло в суде или прокуратуре. Вне их для них не существует жизнь, как и других людей, чьими слугами де-юре они называются. Этот параллельный мир рано или поздно будет разрушено, потому что это паразитический нарост на теле человечества. Люди равны перед законом, и у всех одинаковые права и обязанности. Это - аксиома, которую надо вырезать на фасадах всех государственных учреждений. Клептоманы у власти никогда не станут новыми шляхтичами не потому, что они дети маргиналов и нувориши, а потому что не ставят общественное благо над личным. А потому не оставят в истории никакого светлого следа и сдохнут как царь Мидас на куче золота.

Новини партнерів

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments