Первый попавшийся лжец и обманщик может развалить целое государство, тогда как упорядочения вещей даже в одном доме невозможно без благодати Божией.
Иван Мазепа, украинский военный, политический и государственный деятель, Гетман Войска Запорожского

Змеиное яйцо

16 сентября, 2017 - 13:24

«Белая лента» — фильм, нетипичный для Михаэля Ханеке. Черно-белый. Подчеркнуто замедлен в действии. Богат диалогами. Психологически вариативен. Без однозначного разделения на жертв и палачей. Почти без прямых сцен агрессии. В конкретном историческом антураже: время событий — предвоенные 1913—1914 годы.

Ханеке известен как автор холодных, немногословных, лишенных полутонов драм, с узнаваемыми героями — типичными представителями современного среднего класса. Уровень насилия в этих работах очень высок, в знаменитых «Забавных играх» (1997) просто зашкаливает. Ханеке важно было препарировать именно актуальную действительность, нанести удар по зрителю, развернув фильм в режиме «здесь и сейчас», — как это и было с «Играми», «Скрытым», «Пианисткой».

И вдруг — поразительные изменения. К перечисленным особенностям «Белой ленты» стоит добавить еще и фактически романную форму: история подается в изложении героя, молодого учителя, вспоминающего происшедшее спустя многие годы. Причем, если это роман, то внешне традиционный, из тех, которые раньше называли психологическими или реалистическими. Есть тщательный срез общества по всем основным слоям: малоимущие крестьяне, священнослужитель, учитель, врач, управляющий в поместье, помещичья аристократия. Однако объектом изучения становится не класс, а семья — базовая структура патриархального социума. Поэтому акцентированы и основные возрастные прослойки: малыши; старшие дети — подростки 13—14 лет; 17-летняя девушка, становящаяся невестой учителя, и отдельно — мир безымянных взрослых, дифференцированный по профессиям и имущественному положению.

Ханеке заглядывает в каждый из домов, наибольшее внимание уделяя детям, собственно, подзаголовок фильма — «История немецких детей». Белая лента — одно из орудий в суровой системе воспитания, которой придерживается деревенский пастор. Ленты повязывают детям, чтобы напомнить о чистоте и невинности. Однако начинается фильм не с поучительных сцен, а с загадочного случая, в котором пострадал врач, возвращавшийся с конной прогулки. Кто-то протянул трос между деревьями; врач, как следствие, получил тяжелый перелом, животное погибло. В дальнейшем загадочные покушения продолжаются, а страдают от них преимущественно дети.

Ханеке, впрочем, не дает прямого ответа относительно виновников содеянного, детективная составляющая второстепенна. Зато режиссер придирчиво и безжалостно исследует анатомию этого сообщества, и результат неутешителен: тихое селение пропитано злобой, завистью, жестокостью — причем последняя находит высоконравственные оправдания. И не сказать, что образец и столп коммуны, пастор — в гениальном, без преувеличения, исполнении Бергхарта Клауснера — не любит своих детей (Ханеке вообще не демонизирует никого из героев, что тоже довольно ново); просто его представление об их благе предполагает причинение им боли. В сущности, белая лента является еще и символом мучения невинных, знаком духовной катастрофы, надвигающейся на всю страну. Каждая семья инфицирована несчастьем, наибольшая беда постигает крестьянина, который кончает жизнь самоубийством из-за гибели жены и потери работы в поместье, но и у других не лучше, даже в помещичьей семье, где барон обращается с женой, как мужлан. Сюжет любви между учителем и юной Евой — это светлое исключение, которое делает правило еще более невыносимым.

Ничего скрытого на самом деле. Все на поверхности. Сама манера, в которой сделана картина, многократно усиливает этот эффект болезненной прозрачности: Ханеке, очевидно, ориентируется на фотографии великого немецкого фотографа Августа Зандера, который именно в 1910—1920-е годы создал цикл фотопортретов «Люди двадцатого века». Точность характеристик, графическая четкость, филигранная и изысканная выверенность каждого кадра, богатство деталей, искусно воссозданная атмосфера старинной провинции, из-за чего местами возникает эффект документальности — но даже в столь визуально насыщенной среде Ханеке сохраняет свою беспощадную оптику.

И именно потому, что нет ничего скрытого, неважно и выявление конкретных виновников. В среде, где «рука Бога» (один из вариантов названия картины) становится таким же орудием фальшивой морали, как и белая лента, возможно любое зло. И не зря фильм заканчивается фронтальным планом не детского хора, а всего деревенского круга в кирхе во время службы: это общество уже тяжко беременно нацизмом. Такой закадровый ответ ни разу не озвучен, но от этого не менее страшен.

А персональный успех Ханеке в том, что ему удалось создать свою собственную эстетику, способную справиться с новыми — а в действительности вечными — чудовищами, порождаемыми сном разума. Это эстетика диагноза, сегодня актуальная не менее, нежели семьдесят лет назад.

***

Белая лента / Das weiße Band (2009,  Австрия-Германия-Франция-Италия, 144'), режиссура, сценарий: Михаэль Ханеке, оператор: Кристиан Бергер, актеры: Кристиан Фридель, Эрнст Якоби, Бургхарт Клаусснер, Леони Бенеш, Ульрих Тукур, Урсина Ларди; производство: X-Filme Creative Pool, Wega Film, Les Films du Losange.

Новини партнерів

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments