Гораздо легче найти ошибку, нежели истину. Ошибка лежит на поверхности, и ее замечаешь сразу, а истина скрыта в глубине, и не всякий может отыскать ее
Иоганн Вольфганг фон Гете, немецкий поэт, прозаик, драматург, мыслитель

Экономические риски 2016: готовы ли мы к ним?

4 февраля, 2016 - 20:01

Уверенно смотреть в будущее можно только тогда, когда трезво видишь ошибки, которые совершил в прошлом. Резонно задается вопрос: как оценить экономические итоги 2015 года, когда страна второй год подряд находится фактически в состоянии войны, к которой добавилась тяжелая торговая война с Россией, а на мировых рынках произошел обвал цен. Без потерь таких мощных вызовов не выдержит ни одна экономика мира. Чего же ожидать нам — вопрос риторический. И Правительство еще в начале года заявило, чего ждать нам в этом году — падения производства и ускорения инфляции. Де-факто так и произошло, но масштабы несколько отличаются.

Простые расчеты показывают, что из ожидаемых 10,5% падения ВВП в этом году около 5,5% падения связано именно с перечисленными объективными факторами. Однако остальные 5% — это бездарная экономическая политика правительства и НБУ, которую они пытаются замаскировать под объективные факторы. Более того, наши оценки де-факто подтверждает и правительственный прогноз на 2015 год, принятый в феврале. Ведь именно в нем специалисты (не политики) закладывали влияние объективных факторов на уровне 5,5% падения. Согласитесь, что закладывать в прогноз неэффективность государственной политики было, по крайней мере, бессмысленно.

  Аналогичная ситуация наблюдается и в промышленности.

По итогам 2015 падение составило 13,4% (10,1% в 2014 году). Промышленное производство сократилось в 22, а не в 2-х регионах страны и во всех агрегированных видах промышленной деятельности. Основными причинами падения в промышленности называются как комплекс внешних (плохая ценовая ситуация на мировых рынках), так и внутренних (низкий внутренний спрос, логистические проблемы, высокая стоимость энергоносителей) факторов.

Однако все эти проблемы были у нас и в 2014 году. Поэтому вышеперечисленные факторы хотя и являются действительно весомыми факторами падения в промышленности, но они не единственные причины этого. Кроме того, в отличие от 2013 и 2014 годов, когда мы имели снижение в промышленности, но оно компенсировалось ростом в сельском хозяйстве, в 2015 году уже не было этого позитивного вклада агрокомплекса в ВВП.

По итогам года сокращение объемов сельскохозяйственного производства составило 4,8% (рост на 2,2% в 2014 году и на 13,6% в 2013-м).

 А самых высоких процентов роста среди ключевых показателей социально-экономического развития страны удалось «достигнуть» в ценовой сфере. По итогам года потребительские цены выросли на 43,3% (на 24,9% в 2014 году), в том числе базовая инфляция составила 34,7% (из-за существенной девальвации обменного курса гривни), а небазовая — 50,9% (это обусловлено повышением цен/тарифов на природный газ (в 3,7 раза), электроэнергию (в 1,7 раза), горячую воду и отопление (в 1,8 раза)). То есть, каждый инфляционный скачок в 2015 году был результатом прямого действия или бездействия власти, которая позволила выйти из-под контроля панике на валютном рынке, что спровоцировало одну из самых высоких в мире девальвацию, или собственными решениями повысила тарифы в одном из самых коррумпированных и непрозрачных секторов экономики — энергетике.

Логическим продолжением стагнации в экономике стало дальнейшее ухудшение ситуации на отечественном рынке труда. Уровень безработицы, определенный по методологии Международной организации труда, вырос по итогам I полугодия 2015 года до 9,2% против 8,6% в I полугодии 2014-го.

Сумма задолженности по выплате заработной платы по состоянию на 01.12.2015 г. составила 2 млрд грн., что в 1,5 раза больше, чем на начало 2015 года.

И напоследок — стагнация в инвестиционной сфере (по данным Госкомстата за 9 месяцев 2015 года объем освоенных капинвестиций сократился на 6% (по итогам 2014 сокращение на 24%)), которая продолжается на протяжении трех последних лет, кроме прямого негативного вклада в ВВП в соответствующие годы, также сводит к минимуму перспективы быстрого восстановления экономического роста. Учитывая существующую производственную базу, состояние инфраструктуры и прогресс, которого достигли страны-конкуренты в развитии высокотехнологического производства, Украине для компенсации сформировавшегося разрыва понадобятся десятилетия и колоссальные инвестиционные ресурсы. Разумеется, все это имеет смысл только при условии, если мы планируем производить что-то более наукоемкое, чем кукуруза.

Исходя из таких итогов, на мой взгляд, самым большим вызовом для экономики Украины в текущем году будет сохранение того же правительства и руководства НБУ.

Вместе с тем, рассматривая экономические факторы, отмечу следующие.

Среди объективных вызовов в 2016 году будут оставаться все те же, которые стояли перед нами в 2015 году: падение цен на мировых рынках, замороженный конфликт на территории Украины, аннексия Крыма. Также к ним добавится вступление в действие политически мотивированных решений со стороны РФ относительно продовольственного эмбарго и прекращения ЗСТ с Украиной, наши ответные решения, приостановление транзита в третьи страны мира через территорию РФ, а также возможное расширение границ торговой войны как на другие группы товаров и услуг со стороны РФ, так и на другие страны-члены СНГ.

При этом на решения со стороны РФ мы практически не можем влиять, вместе с тем наши ответные решения должны быть экономически просчитанными и обоснованными. При реализации внешнеэкономической торговой политики всегда нужно принимать во внимание экономический размер стран-сторон участников конфликта и масштабы потенциальных экономических потерь, которые могут понести все участники от твоих действий, чтобы в итоге собственные действия не нанесли тебе больше вреда, чем твоему противнику.

То есть, если бы мы хотели нанести РФ сопоставимый с нашими потерями от их недружественных действий в торговле вред, мы должны были бы ввести ограничения против товаров российского происхождения в номинальном объеме в почти 10 раз больше, чем их действия против наших товаров, а соответственно и существенно ухудшить условия для собственной экономики (ограничивая поставки своей продукции, уменьшая приток валюты в страну и уменьшая объемы производства). Вместе с этим, согласно принятому решению, экономика России даже не почувствует наших запретов и ограничений, однако для отечественной экономики они станут дополнительным ударом. То есть такими действиями мы наносим ущерб себе и не достигаем ни экономических, ни политических последствий для страны-агрессора. Так стоило ли их принимать? Вопрос не экономический, а политический, который, по моему мнению, должен был принять народ Украины, каждый день покупая товары в магазинах.

Среди других вызовов и рисков, которые уже не являются объективными, а являются результатом хозяйствования власти, следует выделить следующие.

1. Выстраданная Зона свободной торговли с Европейским сообществом.

В последние годы тема ЗСТ с ЕС выступает, как «священная корова» украинской политики. А после событий 2014 года о ней можно говорить либо только хорошие вещи, либо молчать. Я глубоко уважаю выбор нашего народа, и мой личный выбор такой же. Но отсутствие профессиональной дискуссии о выгодах и потерях от ЗСТ с ЕС, тех вызовов, которые встают перед Украиной, и нашего ответа на них, вызывает довольно неприятные ассоциации.

Остановлюсь лишь на экономической составляющей данного процесса.

Я считаю, что те условия, на которых мы подписали ЗСТ с ЕС, являются невыгодными для Украины, и мы будем чувствовать их негативное влияние минимум на протяжении ближайших 3-4 лет. Мы не готовы к тем условиям и обязательствам, которые мы взяли при подписании документа. Еще раз отмечу, что я сейчас не рассматриваю геополитический выбор страны, а рассматриваю только экономическую составляющую ЗСТ.

Вместе с тем, те преференциальные выгоды, которые мы получили от Зоны свободной торговли, не перекроют потери, которые мы понесем от, во-первых, открытия внутреннего рынка для европейских производителей и, во-вторых, от потерь на восточном направлении торговли. Среди таких «преференций», в частности квотирование — нетарифное ограничение в торговле. Так, по состоянию на 8 января 2016 года европейским покупателям были открыты квоты на поставки в ЕС 295,4 тысяч тонн украинской пшеницы, что составило 31,1% от годовой квоты. Квота на импорт кукурузы в размере 400 тысяч тонн была выбрана импортерами полностью.

2. Еще один вызов — это новый Меморандум с МВФ.

Подписание каждого очередного Меморандума о сотрудничестве с МВФ сопровождается победными лозунгами, что позволит, во-первых, стабилизировать валютный рынок в стране, а, во-вторых, станет позитивным сигналом для иностранных инвесторов. А что мы имеем де-факто? Правительство уже практически два года сотрудничает с МВФ. Я думаю, напоминать о валютном рынке за эти два года и «инвестиционном буме» в стране будет неуместно. И при этом мы выполняем рекомендации МВФ, особенно те, которые являются самыми непопулярными и болезненными для населения страны (рост тарифов, замораживание социальных выплат, свободное курсообразование и т. д.). А экономические перспективы страны при этом становятся только все более туманными и недосягаемыми. На простой вопрос почему — простой ответ: рекомендации МВФ не имеют целью стимулирование экономического роста и обеспечение процветания страны. Главная их цель — не допустить «инфицирования» дестабилизирующим процессами других стран через каналы капиталов и товаров. Проще говоря — потушить пожар, пока он не перекинулся на соседние дома.

Если в 2016 году не запустить экономику — мы ее потеряем. Необходима программа модернизации. Действия по принципу «состояние пациента тяжелое, но стабильное» — это путь к окончательному превращению Украины в страну из группы сырьевых малоразвитых экономик.

3. Девальвационное залатывание бюджета.

Что точно вынесли руководители Правительства из 2015 года, так это то, что раздутую доходную часть бюджета можно довольно легко выполнить, если собрать девальвационный и как следствие, инфляционный налоги с экономики.

Даже предварительный анализ бюджета показывает, что ожидания относительно поступлений налогов и сборов в 2016 году с учетом принятых налоговых решений слишком оптимистичны, и их выполнение возможно при условии очередного обесценивания гривни.

4. Бестолковая и поспешная налоговая реформа ... А в целом то, что произошло в конце года, даже правительство избегает называть реформой, говоря о продолжении работы над ней.

Пренебрежение нормами действующего законодательства уже стерло границы между этой властью и ее «предшественниками». Однако сейчас правовой нигилизм оправдывается необходимостью ускорения и реального внедрения реформ в стране. У меня лично возникает эффект дежавю.

  Отечественный бизнес в очередной раз перед самым началом нового финансового года был поставлен перед фактом. Уже не только Правительство не занимается стратегическим планированием, но и бизнес вынужден жить от решения к решению. О какой конкурентной борьбе можно говорить.

Понятно, что никакого основательного экономического анализа введенных налоговых новаций и их последствий для экономических субъектов никто не проводил и не мог провести, учитывая процедуру и сроки принятия решений. Значительная часть подзаконных нормативно-правовых актов, которые должны уже быть приняты, еще даже не разработана. Все это формирует лишь хаос в налоговой системе, которая наоборот должна быть очень тонкой материей, и изменения в нее должны вноситься только после всеобъемлющего анализа с хирургической точностью.

5. Вызов модернизации.

В 2016 году Украина должна начать широкомасштабную программу модернизации экономики. И речь идет не о простом обновлении производственных мощностей. Речь идет об определении Украиной того места в мире, которое она стремится занять в будущем, и поиске путей и ресурсов его достижения. Конечно, ни один из нас не хочет остаться сырьевым придатком России, Европы, США или какого-нибудь другого сильного партнера. Мы хотим и можем достигать значительных успехов в развитии высоких технологий. Мы все видим, что за этим будущее. Главным вызовом на пути этого выбора является ресурс и наше собственное желание.

Что касается ресурса — проведение в течение последних двух лет жесткой денежно-кредитной политики, в соответствии с рекомендациями МВФ, сформировало в экономике огромный дефицит денежного ресурса. Но даже те средства, которые свободны в банковской системе, не направляются на инвестиционные проекты. Банки, как и «собака на сене»: и сами не используют, и другим не дают. Притока капитала извне, на который так надеется наша власть — мы также не наблюдаем.

Этот «заколдованный круг» должен быть разорван — и это прямой вызов правительства и НБУ.

Мы все с вами понимаем, что само по себе в экономике ничего не изменится, ситуация волшебным образом не улучшится. Поэтому достижение даже незначительного экономического роста на уровне 1-2 % в 2016 году будет зависеть только от нас. А на главный вопрос — «способно ли Правительство и НБУ ответить на эти вызовы и изменить себя?» — Пусть каждый ответит самостоятельно.

Рубрика: 
Новини партнерів

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...