А самое большое наказание - это быть под властью худшего человека, чем ты, когда ты сам не согласился руководить.
Платон, древнегреческий философ, епиграматист, поэт, один из родоначальников европейской философии

Открывая Узбекистан: Оттепель или перестройка?

«06.10-19.10.2017»
19 октября, 2017 - 18:57

Эта колонка не будет похожа на все предыдущие. Не тем, что она предваряет целую серию публикаций — случались и у меня колонки с продолжением, а тем, что она написана по путевым впечатлениям от моей недавней поездки в Узбекистан. Архитектурные и кулинарные красоты, снабженные фотографиями, будут после — это я вам обещаю, уже вне формата еженедельных колонок, а тут мне предварительно хотелось бы поделиться со своими читателями наблюдениями более общего характера о переменах, которые происходят сейчас в этой стране. В этих наблюдениях я не претендую ни на систематичность, ни на глубокий политический и макроэкономический анализ — было бы трудно претендовать на сколь-нибудь экспертное понимание ситуации за неполных две недели своего пребывания в Узбекистане. Да и пресса — местные газеты и телевидение, вряд ли стали бы мне подспорьем в стране, где публичная политика, несмотря на упомянутые перемены, практически полностью отсутствует. Глаза, уши и язык — вот мои источники, то что я увидел, и то что я услышал от местных жителей.

С одной стороны, когда я собирался в Узбекистан, меня пугали полузакрытой страной, одним из заповедников «совка», где в каждом приезжем видели чуть ли не шпиона, где, как в Венесуэле, действовало 2 курса валют — грабительский государственный, и значительно более выгодный черного рынка. Масла в огонь моих сомнений подливали многочисленные отзывы туристов, посетивших Узбекистан в прошлые годы, практически каждый из которых дважды (при выезде и въезде) столкнулся с самым строгим досмотром — персональным и до последних фото и файла всех носителей информации, злоупотреблениями правоохранителей, останавливавших туристов для проверки документов чуть ли не на каждом шагу, и часто выдумывавших поводы чтобы содрать с туристов взятку за нарушение драконовских правил регистрации (впрочем, что касается подобных приработков милиционеров, до недавнего времени и Украина была грешна). Основываясь на их опыте, мы вычистили все смартфоны и флешки (особенно от фото и видео времен Майдана), всю поездку скрупулезно собирали каждую бумажку, чтоб при выезде объяснить, где мы провели каждую ночь; и даже ночь, проведенную в поезде, раньше необходимо было подтвердить проездным документом.

С другой стороны, я стал натыкаться на слухи о начавшихся после смерти бессменного с советских времен руководителя Узбекистана Ислама Каримова переменах. У нас много писали об аресте по обвинениям в коррупции дочери Каримова Гульнары, но прежде всего меня как туриста заинтересовало известие о либерализации, как раз накануне поездки, валютного курса — курс черного рынка стал официальным курсом страны. В отсутствие других новостей, оставалось догадываться, что это — оттепель или перестройка... Зная на собственном опыте, чем заканчиваются перестройки, особенно в столь неспокойном регионе, как Средняя Азия, мне тем более захотелось поспешить, чтобы успеть познакомиться с этой страной, пока в ней не случилось чего.

Сразу оговорюсь, что в этой части своих ожиданий, особенно что касается строгого досмотра при въезде и выезде из страны, я был жестоко разочарован. Процедура мало отличалась от киевской, не то что фото в фотоаппаратах и смартфонах, но даже наши оставшиеся к концу поездки доллары никто при пересечении границы не пересчитал. Да и целая стопка регистраций оказалась не нужной,        — черт, столько усилий было потрачено зря. За всю поездку мы так и не заинтересовали ни одного правоохранителя, хоть в суд на фирму, организовывавшую наш тур, подавай — как будто нас привезли не в тот Узбекистан. Более того, экскурсовод открыто засмеялась нашей неосторожной шутке, когда мы назвали самаркандский памятник Каримову памятником Ленину (их монументальные образы действительно довольно сложно различить). Нет, ну это точно какая-то другая страна.

И все же, один случай показал, сколь поверхностны пока эти изменения и как мало затронули они самих жителей Узбекистана. В свое первое короткое пребывание в Ташкенте — фактически одна ночь перед поездкой в Хиву, среди прочего мы решили полюбоваться Ташкентским метрополитеном, как общеизвестно, одним из самых красивых из метрополитенов бывшего СССР. Окрыленный с первых же шагов по узбекской земле повеявшими на нас ветрами свободы, я расчехлил фотоаппарат и, не скрываясь ни от дежурного по станции, ни от милиционеров, стал снимать, благо заинтересованные стороны взирали на происходящее довольно равнодушно. Лишь одна мелочь показалась мне странной: подъехавший поезд что-то уж слишком долго оставался на станции, но я не придал этому никакого значения. А зря. Как позднее оказалось, машинист этого поезда, заметив человека с фотоаппаратом, нарушив график движения, бросился сообщать в компетентные органы: Граждане, не иначе английский/японский, или какой там еще, шпиен! Через несколько минут, после звонка по спецсвязи, к нам с извинениями подошел дежурный по станции и вежливо попросил все сделанные фото удалить... Даром что их и так, без всякого нашего участия, полно в интернете. Ну что ж, я оценил хотя бы тот факт, что к нам подошел не милиционер...

Как и всякие реформы, проводимые в тоталитарном обществе сверху, происходящие в сегодняшнем Узбекистане перемены остаются малопонятными, и в значительной степени невостребованными народом. Чтобы понять, почему так происходит, достаточно зайти в любой местный книжный магазин. При свойственной ушедшему режиму Каримова склонности к помпезности и гигантизму, книжным магазинам Узбекистана свойственная еще одна характеристика — пустота. Если поздний СССР, и это не преувеличение, был самой читающей нацией, то в сегодняшнем Узбекистане на книжную продукцию в равной степени отсутствуют и предложение, и спрос. Чем ниже уровень образования, тем ниже уровень запросов граждан — это в равной степени касается и уровня жизни, и демократических свобод. Именно на этом строил внутреннюю политику режим Каримова, и именно последствия четверти века такой политики заставляют меня со скепсисом отнестись к глубине проводимых нынешним руководством Узбекистана изменений. В силу описанных мною факторов, альтернативой полицейской диктатуре тут служит не демократия, а исламизм — он в первую очередь бьет по малообразованным слоям населения, а значит, послабления в большей степени коснутся нас, туристов, но не самих граждан Узбекистана. А они, мало отдавая себе отчет в происходящем, методом проб и ошибок просто свыкнутся с новой реальностью — не только пограничникам и милиционерам, но даже машинисту метро, например, объяснят, что не нужно бояться европейского вида человека с фотоаппаратом, и жизнь очень скоро пойдет своим чередом. Разве что памятник Каримову со временем сменит памятник новому вождю. Кажется, здесь только памятники Тамерлану наверняка устоят при любой власти.

Рубрика: 
Новини партнерів

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments