Нет свободы человека без свободы народа. И нет свободы народа без свободы человека
Ярослав Стецько, один из лидеров украинского национально-освободительного движения

Рециклинг отношений, или Расторжение брака

25 сентября, 2019 - 18:45

Один из самых сложных моих психологических опытов: очередь в ожидании развода. Районный ЗАГС, серый коридор, неприметная дверь. Напротив двери «регистрация расторжения брака» - дверь «регистрация смерти». А вот «регистрация рождения» и заявки на брак принимают уже в другом крыле. Чистых от нечистых отделили: магический ритуал начался. Эта комната для тех, кто разводится полюбовно, то есть по соглашению сторон. Все здесь добровольно, и все по паре.

Мне тридцать лет, и я в той очереди, кажется, самая молодая. Мы с моей будущим бывшим мужем делаем вид, что едва знакомы, ведь где-то так оно и есть. Перед нами еще четыре пары. Одна из пар тоже разыгрывает ситуацию «случайные знакомые». Еще двое смеются громко из собственных несмешных острот, демонстрируя неистовую радость не очень от чего. Еще одна пара отчаянно флиртует, и видно, что свой развод они будут праздновать прощальным сексом. Одна женщина плачет, а муж смотрит на нее вплотную и молча. Я наблюдаю за женщинами в очереди - им всем неудобно и стыдно. Этот коллективный Неразделенный стыд можно увидеть. Победителей-по-жизни здесь нет.

Подписание бумаг продолжалось максимум три минуты.

Прошло более десяти лет. И то чувство адского неразделенного стыда никуда не делось: за себя, за него, женщину, которая плакала в очереди, за женщину, которая хохотала в очереди... Развод - привилегия. Необходимость. Социальный подарок. Механизм защиты прав человека. В конце концов, одна из базовых либеральных свобод. Это политическая и юридическая победа для эмансипации личности. Только не было в том коридоре победителей - привилегированных и защищенных. Между прочим, первый закон, который позволял женщинами пользоваться правом на гражданский развод наравне с мужчинами, датируется всего лишь 1937 годом. Хотя уже в середине XIX в. по церковным разводам на каждого вновь свободного мужчину приходилось две разведенных женщины.

Приятельница, живущая десять лет во внешне благополучном браке, как-то сравнила первый день после замужества с тем, как просыпаешься в реанимации: все уже произошло, все уже не будет, как раньше, но ты выжила, вот и живи теперь с этим. На что, интересно, в такой аналогии будет подобен первый день после развода? Как в старом анекдоте: «Пациент, не спорьте, врач сказал: в морг, значит, едем в морг»?

Развод как право на ошибку и право на счастье трактуют давно. Вас не смущает такая синонимия - ошибка и счастье? Нашла интересный факт. Во время Второй мировой войны на оккупированных территориях новая власть запрещала разводы для местного населения. Таким был способ контролировать перемещение неграждан. Но это мощный способ психологического контроля в первую очередь - наглядное лишение права на приватность. А чем еще есть война, как не нарушением прежде всего этого права - в пределах одной личности, в пределах целого государства?

 У румынской поэтессы Мируны Влады есть невероятно сильная и страшная книга. Она называется "Босния. Раздел", и второе слово там можно перевести как «развод». Мируна приехала в Сараево учиться и работать, а главное, чтобы пережить последствия сложного расставания. И здесь, в Боснии, она начала везде видеть следы недавней войны, слушать свидетельства тех, кто уцелел. Она слушала женщин, которые прошли через войну. И пришло понимание: они рассказывают историю таких эмоциональных состояний, которые ей сейчас очень знакомы, - официальный разрыв отношений. Те два раздела в книге (о войне и о расторжении брака) оказались на удивление созвучны. Кто-то упрекнул Мируну Влади, что она профанирует тему «последствия войны», приравнивая ее к переживанию неуспешного брака. Кто-то не понимает, что говорит, при отсутствии опытов и первого, и второго. Главное, что переживают те, кто выжил, - это стыд. Влюбленность в собственные и чужие травмы означает, что у тебя проблемы с самооценкой. Это почти цитата из Мируны Влады. Она тонко не уточняет: о завышенной или заниженной самооценке здесь идет речь.

То, чем мы обладаем, дает нам престиж. Усиливает социальный и символический статус, поднимает самооценку. Большая квартира в хорошем районе, новенькое авто, актуальный гаджет, ужин в модном ресторане - мы этим владеем, это определяет нас. Впрочем, отказ от владения является так же жестом престижа. Отказ от дорогой натуральной шубы, отказ от неэкологического автомобиля, отказ от ужина с мясом - все это является престижным, но при условии, что мы можем этим владеть. Помните тот пафосный тон, которым в мыльных операх сопровождается фраза «Я требую развода», и драматическую паузу вслед за этим? Тот пафос и означает: могу быть в браке и не хочу, могу расстаться и делаю это.

Вопрос пока такой: развод - остаточный капитал владения или отказа от владения?

У центрального киевского ЗАГСа (того, который называют «бермудским треугольником») есть фонтан, украшенный скульптурой, которая вызывает саркастическую улыбку киевлян с начала 1980-х. Там стоит одинокая женщина с ребенком. Вот вам слились в наглядном экстазе престиж отказа и престиж владения. И еще один пример наглядности престижа владения и отказа. Для того, чтобы заключить и расторгнуть брак, граждане должны уплатить государственную пошлину. В случае бракосочетания он составляет 85 копеек, развод будет стоить 8 гривен 50 копеек (в ЗАГСе) и 768 гривен 40 копеек (в суде). Все посчитали. И еще два казуса. Расторжение брака даже в тех странах и в те времена, когда и процедура была максимально сложной, предусматривало одну базовую причину: нарушение святости брака, прелюбодеяние, короче. Здесь изюминка: Священный Синод, ведавший разводами, в уставе 1913 года оговаривал: если в браке оба партнера являются прелюбодеями, развод не давать, пусть так и живут дальше в полном синхроне обоюдоострого греха. Всех поделили на пары. В нашем современном уже Семейном кодексе, где говорится о процедуре развода, есть очень оптимистичный пункт «Примирение супругов и отмена бракоразводного процесса». Там обсуждается один симпатичный момент: при отмене развода брак считается с даты свадьбы, а не с той даты, когда восстановили связь, остановив разрыв. Обнулиться никому здесь не разрешается, если хотите иметь право на ошибку, то пожалуйста, получите в комплекте и право работы над ошибками.

Гармония, кажется. В конце концов, как раз о гармонизации процессов и жизни при разводе же и идет речь.

Развод является механизмом не правового, а экологического по сути сознания. Сортируюешь, выстраиваешь  парами, рециклируешь, грамотно потребляешь, переделываешь, используешь, чинишь, используешь, чинишь, перерабатываешь - ничего не выбрасываем и не исключаем. Перелицовываем старую кофточку, делаем из нее красивую сумку, режем сумку на салфетки, переделываем салфетки в кухонные тряпки, плетем из лоскутков половичок... Вплоть до того момента, когда вещь уже нельзя использовать. В экологии вещей-и-отношений вещи- и-отношения сохраняют, пока они полезны, но используют их уже не по первоназначению. Никогда уже не будет, как было, но что-то и будет взамен... Я утрирую, вы же поняли? Развод как рециклинг брака - это гротескный взгляд со стороны. Ну почти он.

Беседую с малознакомым мужчиной. Он рассказывает, что сел было писать список, сколько людей отказали ему, скольким отказал он, и порадовался тому, что примерно пятьдесят на пятьдесят сложилось.

- Дай-ка я предположу, что ты переживаешь неприятный разрыв и не ты его инициатор.

- Это так очевидно?

- Да, - говорю, - именно тогда такие списки и составляют.

-Потому что надо посмотреть, все ли в этом мире справедливо!

-Именно так, я и говорю, как раз когда покидают тебя, для тебя становится страшно важным вопрос справедливости.

-Насмехаешься надо мной

-Разве что немного.

Новини партнерів


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ