Или думай сам — или тот, кому приходится думать за тебя, отнимет твою силу, переделает все твои вкусы и привычки, по-своему вышколит и выхолостит тебя.
Фрэнсис Фицджеральд, американский писатель, крупнейший представитель так называемого «потерянного поколения» в литературе

О неочевидном-2

20 февраля, 2014 - 20:12
Фото Reuters

Многомерное контроверсионное фото и драматически пророческие слова Василя Симоненко: «На цвинтарі розстріляних ілюзій уже немає місця для могил…» — в среду первая полоса «Дня» должна была разбудить процесс думанья и заострить его. Кто к каким выводам пришел – это как его личное дело, так и его личная ответственность.

Что  в этом видим мы?

Это фото пришло к нам на Фотоконкурс. Когда мы отбирали работы для выставки, была, с позиции сегодняшних дней, довольно элегическая осень. И я не видела тогда ничего особенного в этом фото. Сыграл флаг ЕС, которым были накрыты коробки, о них оперлась женщина. Это – не совсем будничная вещь в Киеве того времени. И снимок прошел отбор.

Он был частью экспозиции нашей фотовыставки. Но не играл так, как заиграл, когда я увидела его снова. Эту работу повесили у нас в редакции. Начали разворачиваться политические события, проступили определенные очертания технологий, которые применяются относительно Украины, и меня будто током ударило. Подумала: к сожалению, придет время, когда мы это фото поставим в газете.

Конечно, тогда еще было рано: никто бы ничего не понял. Хотя  я боялась, чтобы не было поздно.

Части наших сограждан, которым я симпатизирую и полностью разделяю многие их стремления, мы пытались этим фото дать сигнал об опасности. Подсказать, что нужно думать немного иначе: посмотреть на свое участие и свое искреннее стремление немного холоднее, реалистичнее, чтобы не стать частью чужого сценария.

А то, что такой существует, у меня нет никаких сомнений. Не нужно быть уж слишком большим аналитиком. Достаточно понимать закономерности украинской истории и нашей географии. Это – первый пункт, который должны знать наши политики, если они искренни в своих намерениях.

После «развода» в 1991-ом РФ не думала, что мы будем самостоятельным государством. Что, зная об этом, должны были сделать украинские политики? Все, чтобы мечты Кремля не сбылись. А что делали украинские политики? Все для того, чтобы потом Россия могла взять плод под названием «Украина», который упадет им просто в руки. И все это реализовывалось по пунктам  23 года.

Могли мы этого избежать? Могли. У нас было несколько шансов. И мы в «Дне» не раз это обговаривали и написали о них. Но за то, о чем я говорила в 1999 году – безответственность украинской политической элиты, продажность части интеллигенции, прессы, – мы сегодня платим дорогую цену.

Ответственность за отнятые в настоящее время на Майдане жизни должна разделить с нынешней властью — украинская политическая элита; бизнес, который думал только о своем обогащении; украинская интеллигенция, которая ничему не научилась после многих поражений; украинская пресса, за небольшим исключением.

Если живешь рядом с маньяком, не ходи голым перед окном.

Могла ли Россия быть другой для Украины? Урок для нас: если живешь рядом с маньяком, не ходи голым перед окном.

Борис Ельцин когда-то говорил: «Ложишься спать – и думаешь, а что ты сделал для Украины, просыпаешься утром и спрашиваешь себя, а что я могу сделать для Украины». Он привел к власти человека, который этот совет воспринял буквально. Он постоянно думает о нас. Для этого есть много оснований.  Это – реальная геополитика. Игроки и технологи в Кремли серьезные. Европа же разглядела Украину в пожаре, а до того она демонстрировала непонимание ни украинской истории, ни настоящих стремлений украинского соседа.

И при всем этом украинские политики позволяли себе не создавать новую страну, а жилы в советской пристройке, беспощадно ее эксплуатируя. Выносили все. Еще в 1999 году, когда у нас был шанс на президентских выборах пойти другим путем, говорил один из бизнесменов: «Украине конец, потому что так, как ее грабят…». Но Украина богата, и ее после этого грабили еще …15 лет.

Самые прагматичные украинцы, увидев это, сразу уехали, а остальные … надеялись. И эти надежды в 2004 году выглядели очень волнующе.

Но мы перешли рубикон в 1999 году. Я до сих пор в этом убеждена. Но никто эту историю не изучил и не понял, и даже меня не спросил: «Вы столько лет говорите, что это был рубикон, почему?». Но потому, что кандидат, которого поддерживали и хотели, чтобы он стал нашим Президентом, был нашим шансом иметь другую страну. Когда он был премьер-министром, у него возник конфликт с тогдашним президентом Леонидом Кучмой именно на той почве, что у них были разные подходы  к созданию бизнес-среды в стране. А это были первые годы построения украинской экономики. Еще можно было все поправить. Состоялось одно заседание, на котором премьер Марчук сказал, что будут привлечены все силовые ведомства, чтобы создать действенный контроль над большой приватизацией. Это абсолютно не понравилось президенту. После этого уже только искали повод убрать неудобного премьера. И через две недели он был отправлен в отставку.

Это – правда, которую не выучили украинские политики. У этой линии Марчука реально нет политических последователей. У линии «Кучмы» — есть. Он же сам Брюсу Джексону говорил, что все, что вы должны знать об Украине, – это то, что все и во власти, и в оппозиции, – «это мои люди». А ответственность чья?

Сценарий, свидетелями которого мы являемся, закладывался давно. Прежде всего, для него были созданы злокачественные экономические обстоятельства. Это называлось большим мародерством. Где-то там на периферии, в жестких боях между «днепропетровскими» и «донецкими» сформировался другой организм. Можем его критиковать. Вынести ему приговор. Но он – следствие тех событий, которые разворачивались на «центральном стволе». Партия регионов – это ветвь, тупиковая ветвь кучмизма, обломавшаяся под тяжестью и собственных, и предыдущих ошибок.

Все события 2004 года опять же никто адекватно не проанализировал. Что тогда произошло? Какую роль сыграл международный круглый стол? С одной стороны он был элементом примирения и выглядел очень красиво. Не законсервировал ли он эту унаследованную от Кучмы систему?

Пленки Мельниченко были шокирующими. Но, знаете, друзья, когда страна чего-то не знает, это одна ответственность, а когда знает, но не может сделать выводы, и ее журналистика не может сделать выводы, и политика – это другая ответственность.

Це – окремий фрагмент до того, чи могли ми, свідомо порушуючи всі санітарні норми, не захворіти так тяжко.

Это – отдельный фрагмент к тому, можем ли мы, сознательно нарушая все санитарные нормы, не заболеть так тяжело.

Простого выхода сейчас нет. И на это «режиссеры» ставили. Они нацеливались: если нам из этого пожара не удастся полностью реализовать какой-то сценарий, то мы выхватим хоть кусок...

Был расчет и на искренность украинского народа. Потому что если мы свою историю не учим, то конкуренты учат. 2004 год показал не только нашу силу, моральную высоту, а показал нашу абсолютную наивность и неготовность считаться к тем крупным системным вызовам, которые дает сегодняшний мир. 2004 год показал продажность значительной части украинской элиты. Когда Россия напала на Грузию, я предусматривала: «С Украиной будет иначе». На Грузию напали, потому что там была консолидированная элита, а в украинской истории было очень много случаев, когда покупали, натравливали друг на друга... Та же наша славная Сечь, которой мы гордимся, в отдельных случаях все же заслуженно, не является центром создания государства. Ее часто склоняли к тому, чтобы один гетман выступал против другого, и так – до полной руины.

Мы в «Дне» и об этом предупреждали. Вспоминаете первую полосу с заглавием «Дух Руины» (№7 от 17 января 2014 года)? У нас были полосы предупреждения. Все 18 лет наши номера были сигналами.

Против романтизма лекарства не найдены. Невозможно призвать людей, чтобы они были циниками. Но нужно всегда задавать себе вопрос: «Кому это выгодно?»

Украинцы втянуты в сценарий с драматически парадоксальным для них финалом.

После Майдана 2004 года в Украине исчезли национал-демократические партии. Они не представлены в парламенте. Был дискредитирован целый политический сектор. А после этих событий, если Украина уцелеет, будет полностью дискредитировано националистическое движение. И мечта этих злых демиургов в том, чтобы дать под дых стране и ее государственности именно руками ее националистов, стихийных, организованных, искренних. Они знали, что такое для Украины – солнечное сплетение. Это – веками выстоянная, созданная в мечтах идея иметь свое государство.

Мы реально постгеноцидный народ. Политическая элита, интеллектуальная, предпринимательская, культурная – все это у нас было уничтожено в прошлом веке. Из босяков, шпаны, из активных детей в 90-е годах вылепилось нечто... Над ним еще нужно очень много работать. Они много сделали ошибок. Но они стали активным ферментом для замеса чего-то. Этому всему нужно дать отпор. Нельзя ненавидеть своих сильных, разрушать их, потому что мы снова окажемся на задворках чужих сильных интересов.

Замысел – руками украинцев расправиться с украинским государством «on-line».

Святые люди тем и святые, что они не мыслят категориями комбинаций. Наши конкуренты тщательным образом проанализировали все обстоятельства 2004 года. Они видели, кто тогда вёл на баррикады, и кто вёл атаковать Администрацию Президента зная, что могут быть жертвы. Припоминаете? И на первом Майдане 2013 года также прозвучал призыв от Турчинова «пойти прогуляться на Банковую», где и состоялось первое бессмысленное серьезное столкновение. Правда, сам Турчинов его не возглавил. Я уже тогда сказала: «Красную карточку, немедленно!». Но не было кому дать, потому что все так, или иначе, были вкручены в этот, мягко говоря, неискренний процесс.

Кстати, ещё, вспоминая события 2004 года, я хорошо припоминаю фразу московского политтехнолога Глеба Павловского, который сказал, что всё это дальше произошло потому, «что вовремя революции не дали в морду». Так вот в сегодняшней ситуации они решили революцией «дать в морду» государству.

Регионалы своё, конечно, получат. Заслуженно, незаслуженно ли, этот процесс будет видно. Но наш национальный интерес в том, чтобы оппозиция тоже понесла свою ответственность. Прежде всего, за то, что она принимала участие в манипуляциях. Я абсолютно убеждена, что когда Янукович пошёл на подготовку к Ассоциации с ЕС, он во многом был искренен, он хотел. Он переламывал свою партию, и мы это помним. А что ему не дало это осуществить? Совместные усилия наших конкурентов и нашей... оппозиции.

Конечно, можно сказать: они ревновали, они возможно не хотели, чтобы ему достался бонус, потому целый год восставали, блокировали парламент, ещё что-то делали только потому, что не хотели, чтобы этот приз достался ему. Это тоже не очень красивый шаг, если говорить об ответственных политиках.  Но, скажу, что я не до конца уверена, что там присутствовало только это.

Из фильма ББС «Путин, Россия и Запад» мы узнали, что регулярные контакты с Кремлём в 2004 году имел глава АП Олег Рыбачук. Тогда мы об этом ничего не знали. И до сих пор не знаем: почему он туда ездил, и что это были за визиты.

Возникает такой сакраментальный вопрос: а кто на каком этапе становится фактически ближе к замыслам Кремля — наша власть, или наша оппозиция? На этот вопрос ответа нет. Есть результат. И он плачевен для страны.

Так как Путин думает о нас, мы должны думать о нём. Мы должны помешать сбыться коварным планам.

И для этого нам нужна ответственная политика и ответственное поведение наших олигархов. Если Пинчук выступает с таким мирным заявлением, то что ему мешает встретиться со всеми участниками украинского Бизнес-Олимпа: Ахметовым, Коломойским, Фирташем… И эти джентльмены квадратного стола должны заявить о своей ответственности за страну, которая сделала их миллиардерами, вписала их в списки Форбс, позволила им финансировать Клинтона, Блера, Квасневского… Может быть и украинцы как-то почувствовали бы их особую ответственность за то, что произошло?!

По закону жанра: после того как ограбили, нужно поджечь… И вот сценарий поджога – это улица.

Конечно, в шторм не учатся плавать. Но нам придется. В противном случае можем потерять еще много золотых жизней. На призыв Майдана пришли едва ли не все лучшее живое, активное, что у нас есть. Но оно так же беззащитно перед безграничным цинизмом, который хорошо рассчитал, чтобы попасть в болевые точки.

Я понимаю страхи людей, которые боятся уйти с Майдана. Все мы понимаем, что власть приложила очень много усилий для того, чтобы ее ненавидели. Но сейчас этот вопрос их физического выживания, страны. Они, безусловно, виноваты то ли из глупости, то ли потому что они вообще не поняли, куда они попали и что с ними сделают их конкуренты, которые будут применить абсолютно беспрецедентные в сегодняшнем мире технологии. И это еще не конец. Мы пока не дошли до финальной стадии сценария. Еще есть джокеры в кармане.

Призывы «їдемо на Київ», «все палимо», «беремо штурмом усе на світі» — непонятно для чего… Друзья, вы хотели иметь украинское государство? Один вопрос — что после этого апокалипсиса?

Люди, безусловно, боятся, и я им не могу дать гарантий того, что все будет хорошо. Я просто знаю, что здесь, на Майдане, они сейчас в опасности. России давно хотелось связать Януковича еще и кровью. Чтобы он уже реально не соскочил. Это им во многом удалось...

Кто возьмет на себя ответственность обратиться к людям со словами «Я вас прошу, идите домой» для меня секрет? Я не знаю этих людей.

Россия сигнализирует постоянно. Она никогда не скрывала и всегда нам говорила, чего хочет. Она хочет того, чтобы у нас была нестабильная ситуация, чтобы Крым сам попросился к ней. А Европа отвернулась.

А что Россия не хочет?

Мучительных попыток национального примирения. Подумаем над этим. Пока еще есть шанс.

Рубрика: 
Новини партнерів

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments