Родина - это не кто-то и где-то, Я - тоже родина.
Иван Светличный, украинский литературовед, языковед, литературный критик, поэт, переводчик, деятель украинского движения сопротивления 1960-1970-х годов, репрессирован

Пьеса для механического Кабмина с оркестром

6 февраля, 2016 - 11:34

Когда в среду, 3 февраля, в Киеве прозвучало заявление об отставке, сделанное министром экономического развития и торговли Украины Айварасом Абромавичусом, никто не мог предположить, что история эта не про министра, и даже не про реформы, а про суть функционирования украинского государственного организма. «У меня и моей команды нет желания быть ширмой для откровенной коррупции или подконтрольными марионетками для тех, кто хочет в стиле старой власти установить контроль над государственными деньгами. Я не хочу ездить в Давос, рассказывать им о наших успехах, в то время как за нашей спиной решаются какие-то вопросы в интересах отдельных людей», - сказал министр.

Но, так уже получилось, что именно его громкое заявление стало причиной того, что власть в лице президента и премьера смогла перегруппироваться и, отбросив разногласия, слиться в очередном «консенсусе ради спасения страны». Ушедшие министры возвращаются на свои посты, премьер уверяет, что не позволит давить на Кабмин и дело реформ будет продолжено, президент божится, что старое правительство будет перезагружено «по-новому» и ни одно… державное лицо при этом не пострадает, а Кононенко подгоняет НАБ в расследовании «открывшихся вопиющих фактов кумовства в высших эшелонах власти». Хеппи энд? За что боролись, на то и равняемся?

Так, что же произошло? Министр публично объявляет о своей отставке, заявляет о давлении и называет имена. Потом, девять послов стран-доноров делают совместное заявление о том, что это вызывает в их столицах серьезное беспокойство и свидетельствует, по их мнению, о том, что успехи в борьбе с коррупцией, о которых регулярно рапортуют украинские чиновники, мягко говоря, «сильно преувеличены». Далее следуют личные встречи с первыми лицами государства и вполне внятные вопросы по сути происходящего. А далее… Публике сообщают, что все помирились и вскорости будет, если не свадьба, то уж точно перезагрузка и буйство взаимопонимания.

Стоп! Уважаемые! Давайте помедленнее, народ записывает…

Мы знаем, что четыре министра, ранее подававших в отставку, отозвали свои заявления. Мы услышали, что фракция БПП, отказалась требовать сложения депутатских полномочий с Игоря Кононенко, «чтобы не компрометировать политическую силу». Мы понимаем, что четверо вернувшихся, стали прекрасным поводом, чтобы об отставке премьера и Кабинета министров предпочли лучше забыть. Но мы не знаем - почему. Если «политическую силу компрометирует уход участника публичного скандала», но не компрометирует сам скандал, то Украина точно не Европа, где уход с поста считается как раз мерой, позволяющей снять с повестки дня скользкие, компрометирующие политическую партию моменты. 

Второй немаловажный вопрос заключается в том, как возвращение «четверых» восстанавливает к премьер-министру и его правительству доверие и дает им карт-бланш еще на год? И что по этому поводу думают парламентарии, требовавшие еще недавно его отставки и составляющие списки нового правительства? Когда они лукавили: тогда или сейчас? О чем были достигнуты договоренности (а они явно были достигнуты)? Кто и что потребовал и при чем тут реформы?

Это ли не «договоренности за спиной», о которых говорил Айварас Абромавичус? Если перед нами не попытка соорудить очередную «ширму», создающую иллюзию единства, то что тогда?

Мы увидели, что публичный скандал внутри коалиции, внутри правительства, внутри единого организма государственной власти не вызвал ни у кого из его невольных участников: ни в правительстве, ни в коалиции, ни в парламенте, ни во фракциях – желание обсудить произошедшее публично, чтобы те новые «правила» о которых говорил на пресс-конференции Арсений Яценюк, стали одновременно и новым договором с народом.

Суть происходящего в стране можно обрисовать очень простой и доступной для понимания метафорой: виноватых пруд пруди, а послать некого. В смысле, поработать назначить. Раз «спасение страны» зависит от того, обуздали ли первые лица государства свои взаимные претензии, остались ли на посту люди, возглавляющие конкретные министерства, смог ли друг президента отойти в сторону и не бравировать своим общим прошлым с Гарантом – то Родина, действительно, в опасности. Потому что, то, о чем говорил министр Абрамавичус: о персоналиях, об интересах, о неформальных отношениях – никуда не делось. И отставками с назначениями у нас по-прежнему руководит не целесообразность в рамках выбранного курса, не желание достичь поставленных целей, а попытки сохранить пристойную картинку для зрителей и спонсоров.

Теперь мы четко увидели ответ на вопрос: почему же украинские реформы столь несистемны и невнятны? Почему они не идут? Да потому что органы государственной власти формируются, принимают решения и функционируют как механическое пианино, в котором, какие бы звуки оно не производило – суть одно. Барабан крутится, шестеренки вращаются, язычки дергаются, а мелодия записана заранее и изменению не подлежит.

Единственное, что стало понятно из всей этой истории, это то, что виноватых нет. Что публичный скандал не является поводом для того, чтобы менять принципы взаимодействия внутри власти. Что у правительства есть еще год и «вотум доверия» вынесен ему не в парламенте, а значит в несоответствии с установленными законом процедурами. Что фракция имени президента не готова принимать кардинальные кадровые решения для спасения своей репутации и предпочитает действовать по принципу «своих не сдаем».

И самое главное, мы получили хороший повод задуматься: а не напоминает ли нам весь этот спектакль с незаменимыми и судьбоносно-едиными политиками театральную постановку, которую мы уже видели в исполнении иностранной труппы?

Новини партнерів

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments