Иногда кажется, что история ничему не учит. Но это не так. Она же учит - если у этой учительницы жизни УЧАТСЯ
Владимир Панченко, украинский литературный критик, литературовед, писатель

Война в Донбассе: промежуточные итоги

Вряд ли Россия отважиться решать вопрос на востоке Украины военным путем из-за слишком больших рисков
12 апреля, 2019 - 12:17
ФОТО REUTERS

Война на Донбассе началась пять лет назад, 12 апреля 2014 года. В этот день отряд российских спецназовцев из 52 человек во главе с Игорем Стрелковым (Гиркиным), отставным полковником ФСБ, захватил административные здания МВД и горсовета в городе Славянске Донецкой области, объявив о переходе города под власть так называемого «ДНР». Тут надо иметь в виду, что Славянск - это стратегически важный узел железнодорожных и шоссейных дорог, откуда открывался путь как к Харькову, так и к Мариуполю и Днепру (Днепропетровску). Это было начала движения, которое впоследствии кремлевские пропагандисты окрестили «Русской весной», по аналогии с начавшейся несколькими годами ранее «Арабской весной». В Москве «Русскую весну» стремились выдать за стихийные народные выступления в восточных регионах Украины, ставшие реакцией на Евромайдан. Однако никакой стихийности в «Русской весне» на самом деле не было. Даже сценарий стихийных митингов, после которых захватывались административные здания в Донецке, Луганске, Харькове и в других городах Донбасса, являлся как бы пародией на Евромайдан и ранее был опробован кремлевскими кураторами в Крыму, а потом повторен в Донбассе. В рядах митингующих были агенты ФСБ и переодетые российские спецназовцы, переброшенные из Крыма.

Олигархи Донбасса в первое время пытались договориться с новой властью, пришедшей после «революции достоинства», и потому считали, что демонстрации, устроенные российской стороной, будут им только на руку, как способ давления на Киев. В Киеве тоже надеялись договориться с Донбассом о каком-то компромиссе. Потому и назначили еще 2 марта губернатором Донецкой области донецкого миллиардера Сергея Таруту, в расчете, что он легко найдет язык с Ринатом Ахметовым. Но Москву компромисс между новой властью в Киеве и олигархами Юго-Востока совсем не устраивал. Кремль рассчитывал на фактический раскол Украины посредством ее федерализации и на свержение «евромайданной» власти. Потому и послал Стрелкова со товарищи в Славянск, чтобы никакого компромисса точно не было достигнуто.

Многие оптимисты в Москве думали, что достаточно только ткнуть Украинское государство, и оно развалится. Поэтому полсотни спецназовцев со Стрелковым во главе казались грозной силой, достаточной для того, чтобы всколыхнуть всю Украину. Владислав Сурков и его коллеги надеялись, что вслед за Донецком и Луганском пророссийским силам при негласной российской поддержке удастся захватить Харьков и Днепропетровск, Одессу и Херсон, отколоть от Украины Восток и Юг под флагом создания «Новороссии». Стрелков несколько лет спустя в теледуэли с Навальным признался, что привел свой отряд вместе с оружием на Донбасс из Крыма. Представить себе, что по российской территории просто так, сами по себе, могут разгуливать несколько десятков вооруженных людей, не вызывая никаких вопросов у правоохранительных органов, абсолютно невозможно. Не приходится сомневаться, что все эти передвижения Стрелков предпринимал не просто так, а по приказу из Москвы. Через Славянск, по всей видимости, предполагалось снабжать «народных ополченцев» Днепропетровска. При этом считалось, что ввода сколько-нибудь значительного количества регулярных российских войск в Украину не потребуется. Достаточно будет отдельных групп спецназа, вроде стрелковской, и вооружения «ополченцев Новороссии», в том числе захваченным на складах украинских воинских частей оружием, как это было в Крыму. Но все пошло не так, как задумывали в Кремле.

Харьков удалось удержать благодаря Арсену Авакову, назначенному министром внутренних дел, а ранее в течение ряда лет являвшемуся губернатором Харьковской области и имевшего тесные бизнес-связи в Харькове. 13 апреля 2014 года, когда правительство Украины в ответ на захват Славянска вынужденно было начать Антитеррористическую операцию, в Харькове милиция освободила здание обладминистрации, захваченное сторонниками т. н. «Харьковской Народной Республики». А Днепропетровск отстоял олигарх Игорь Коломойский, назначенный губернатором Днепропетровской области. Он и его команда довольно эффективно зачистили область от сепаратистских элементов и блокировали прибытие к ним подкреплений из Донецкой области. Проект «Большой Русской весны» провалился. Кремлю пришлось удовольствоваться ее малым вариантом с Донецком и Луганском и прилегающими к ним территориями Донецкой и Луганской областей.

Неожиданно для Москвы выяснилось, что не только в Харьковской и Днепропетровской, но и в Донецкой и Луганской областях лишь немногие из местных жителей готовы сражаться за «Новороссию». Пришлось спешно наполнять формирующиеся армии ДНР и ЛНР российскими добровольцами, представлявшими главным образом ультрарадикальные имперско-националистические группировки. Десятки тысяч россиян отправились воевать на Донбасс, рассчитывая на легкую прогулку и увлекательные военные приключения. Украинскую армию после Евромайдана и аннексии Крыма в российском Министерстве обороны считали небоеспособной и на ее серьезное сопротивление не рассчитывали. Но здесь россиян постигло горькое разочарование, когда в мае 2014 года начались первые серьезные бои, а в июне последовало наступление украинской армии, поддержанной Национальной гвардией и добровольческими батальонами. В отличие от этих сил, российские добровольцы, как впрочем, и местные сепаратисты, в своем подавляющем большинстве не имели почти никакой военной подготовки. Они не могли вести бой в составе подразделений и не умели даже окапываться, а потому несли страшные потери. Российское Министерство обороны не только не озаботилось тем, чтобы дать добровольцам хотя бы минимальный курс боевой подготовки, но даже побоялось развернуть сеть полевых госпиталей и структур по эвакуации раненых, чтобы не выдать российское военное присутствие на Донбассе. В результате множество раненых умерли, так и не дождавшись помощи.

Согласно нашим оценкам, основанным на данных о динамике смертности в России и росте числа получателей пенсий по потери кормильца, только в 2014—2015 годах число погибших российских добровольцев и бойцов российских регулярных войск в Донбассе превысили 32,5 тыс. человек, а сейчас, вполне возможно, этот показатель приблизился к 40 тыс. человек. Косвенным доказательством этого служит то, что, начиная с 2014 года, «русские марши» в России обезлюдели.

Близкий к движению «Новороссия», бывший депутат Государственной Думы Виктор Алкснис, обращаясь к своим соратникам в июне 2015 года, писал: «Пора осознать, что еще год назад Украина действительно была несостоявшимся государством, не имевшим боеспособной армии. И на тот момент для России особых проблем для реализации любых проектов типа Новороссии (Малороссии и т.п.) на территории Украины не было. Вспомним, например, «Крым наш». Но нынешние кремлевские вожди, никогда не отличавшиеся особой политической волей в отстаивании национальных интересов страны, вдохновившись успехом в Крыму, с облегчением посчитали, что теперь можно не предпринимать никаких активных действий и Украина сама по себе развалится. Ну, а Россия будет просто подбирать ее осколки. Но этого не произошло... Украинское общество консолидировалось под лозунгом «Отечество в опасности!» и сегодня с горечью приходится признавать, что многие граждане Украины считает Россию агрессором. А это значит, что они готовы и воевать с ней. Причем не только чистокровные украинцы, но и русские, проживающие там... За год украинская армия приобрела качества настоящей армии, научилась воевать и сегодня представляет реальную силу. Не оправдались надежды, что граждане Украины не будут воевать за свою Родину. Выяснилось, что будут».

И Виктор Имантович вынужден был признать чудовищные потери пророссийских сил: «Украинская армия представляет из себя реальную силу и это она продемонстрировала уже зимой этого года в боях за Дебальцево. Она сумела вывести большинство своих частей из котла и при этом нанести тяжелые потери бойцам Новороссии. Об этом мало кто говорит, но в тех боях в Дебальцево только ополченцев с Луганщины погибло 1126 человек, а общие потери вместе с ДНР составили около трех тысяч человек. Учитывая человеческие ресурсы ДЛНР, подобные потери являются катастрофическими и называются «пирровой победой»».

Убедившись, что необученные российские добровольцы и местные ополченцы украинской армии противостоять не могут, Москва в середине июля 2014 года вынуждена была послать в Донбасс первые пехотные подразделения регулярной армии, а после 10 августа начать масштабное вторжение своих войск на украинскую территорию. Оно достигло пика с началом 23 августа широкомасштабного российского контрнаступления. После этого стало ясно, что украинским войскам не взять Донецк и Луганск. Но им, тем не менее, удалось удержать большую часть территории Донецкой и Луганской областей, включая Мариуполь. Теперь война в Донбассе приобрела характер позиционной войны на истощение, но Россия сейчас вряд ли рискнет решать проблему Донбасса военным путем из-за слишком больших рисков, военных и дипломатических, при реализации такого сценария.

Газета: 
Новини партнерів


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ