Перейти к основному содержанию

Как Соединенные Штаты инвестируют в украинскую безопасность

Стивен Сильверстайн — о планировании на основе возможностей и формирования военного лидерства и партнерства
26 февраля, 18:49
ФОТО ПРЕДОСТАВЛЕНО АВТОРОМ

Старший советник при Министерстве обороны Украины посольства США в Украине Роберт Стивен Сильверстайн — один из тех наших чрезвычайно профессиональных и небезразличных к украинской перспективе партнеров, которые искренне делятся своим опытом и интеллектуальными усилиями ради укрепления обороноспособности нашего государства. На днях мне повезло встретиться с ним и побеседовать об определенных итогах его важной миссии, выяснить мнение об оборонной реформе, внедренной Киевом, и ключевых оценках нашего сотрудничества с НАТО.

«ЗАЧЕМ ЗАСЕКРЕЧИВАТЬ ПОСТАВКИ САПОГ! ТАК ДЕЛАЮТ ТОЛЬКО ТОГДА, КОГДА ХОТЯТ ОГРАНИЧИТЬ ОТКРЫТУЮ КОНКУРЕНЦИЮ»

— Господин Стивен, вы — специалист по финансовому менеджменту, и хорошо знаете особенности военной экономики. По вашему мнению, насколько четко украинские партнеры понимают, как эффективно использовать национальный экономический потенциал в деле обороны страны?

— Начну с того, что многие ваши генералы и полковники, с которыми я работаю в Киеве, учились и практиковались в странах НАТО — США, Польши, Чехии, Литве и тому подобное. Они видели, как Альянс внедряет реформы, в частности, в государствах бывшего советского лагеря. Украинское Минобороны взялось за реализацию дальновидной инициативы — планирования на основе возможностей. Попробую доходчиво объяснить ее суть на простом примере. Такое планирование дает понимание, например, получили ли вы сапоги, как и кому их раздали и сколько осталось единиц на следующие периоды. Эту систему применяют страны НАТО и не только. Она делает возможность правильного использование ресурсов и формирует виденье наличия запасов в противовес старой советской модели централизации ресурсов. Такой подход делает гибким ваш сектор обороны в реагировании на любые сценарии тактического и стратегического уровней. И так лучше отслеживать текущие расходы. В частности, на оплату труда, операционные потребности, другие виды содержания войска. Эти характеристики системы планирования способны убедить военных и общественность, что предоставленные на отрасль обороны средства, скорее всего, используют эффективно. И что такие же потребности на следующие периоды получат адекватное бюджетирование. У нас есть профильные эксперты от НАТО, которые еженедельно встречаются в рабочих группах Комитета реформы, чтобы работать над решением этой инициативы. Невзирая на то, что она сложна во внедрении, ее успех даст возможность правильного бюджетирования потребностей армии.

У меня 32 года опыта работы в Пентагоне на разных должностях. Сейчас работаю в Офисе финансового контроля Минобороны США и получил двухлетнее назначение в Украину. Для меня честь быть здесь и помочь стране, где когда-то проживали мои родственники. США воспринимают Киев как важного партнера. И моя деятельность здесь вместе с другими 37 советниками американского посольства нацелена на обеспечение выполнения главной цели Стратегического оборонного бюллетеня Украины —  чтобы вы в конечном итоге стали частью НАТО. Это своеобразная большая инвестиция Соединенных Штатов в Украину с денежной, интеллектуальной, консалтинговой точек зрения. Я это говорю от имени США и других советников от 13 стран-партнеров. Наше участие в этой работе очень сфокусированное и структурированное.

— Скажите, почему такой важной для Минобороны Украины является современная и действенная система внутреннего аудита? Поможет ли она преодолеть коррупцию и приведет ли к сбалансированному и эффективному использованию имеющихся ресурсов в отрасли безопасности и обороны?

— Замечательный вопрос, благодарю за него. Это конкретно моя тема. В Пентагоне я занимаюсь Программой менеджеров внутреннего контроля Минобороны США. Не вдаваясь в подробности, скажу, что это очень важный инструмент, который обеспечивает правильное использование ресурсов именно так, как запланировано. Украина тоже перестраивает похожую систему. Это интересная инициатива, которую с недавних пор внедряют с помощью советов от стран Альянса. Имею в виду рамочную программу внутреннего контроля и систему рисков-менеджмента, которые гарантировали бы, что выделенные МОУ средства не разворуют и что они не подвергнуться коррупционному влиянию. Такой инструмент дает возможность, например в США, министру обороны или командующему на месте определять операционные риски в соответствии с собственными стратегическими целями.

Мое сердце — с Украиной, и я не хочу ничего делать такого, что навредило бы ей. Тем более что в Бабьем Яру похоронены мои родственники... Уверен: США очень ценят Украину как партнера не только со стратегической точки зрения, но и потому, что мы хорошо знаем вашу историю, культуру и все страдания, которые здесь были. И если бы я не верил в то, что делаю, я бы здесь не задержался...

На днях министр обороны Украины отметил: в процесс закупок стоит внедрить полную и открытую конкуренцию и абсолютную прозрачность. Он публично заявил, что тогда Вооруженные силы будут извлекать максимальную пользу с каждой предоставленной гривни. Механизм внутреннего контроля здесь выглядит как система сдерживаний и противовесов. Мы тесно сотрудничаем с Главной инспекцией и Департаментом внутреннего аудита Минобороны Украины в теме внедрения такого механизма, который станет хорошим ответом на все упреки относительно коррупции в этом ведомстве. Также он даст достаточную уверенность странам НАТО, которые оказывают помощь Украине, в частности финансовую, что ее используют по назначению.

Считаю, что для Украины коррупция — враг номер один. Правда, это системный вызов для любого правительства, и для американского тоже. Но вопрос в минимизации рисков путем сдерживания коррупции. В частности, благодаря системе внутреннего контроля, о которой я вспоминал. Негативные риски необходимо ограничить еще до того, как они проявились, повлияли на Минобороны, а не после. Об этом мы неоднократно общались со специалистами Главной инспекции Департамента внутреннего аудита. Уверен: министр Полторак готов внедрять внутренний контроль для борьбы с коррупцией. Но у него есть сложность — ему придется иметь дело с госпредприятиями МОУ. Я понимаю, что такие фирмы могут существовать исключительно для важных конкретных вещей. Например, разработки и производства засекреченного оружия. Но они вовсе не нужны, чтобы закупать сапоги! Зачем посредники, которые берут свою часть! Это вещь, которая наиболее раздражает в Украине. Полная прозрачность и открытая конкуренция дадут  своевременно лучшую цену при наилучшем качестве. И без посредников, пусть даже мощных. Украинцы достаточно умны и хватки, чтобы данные контракты для войска проводить без лишних звеньев. Еще одно: такие закупки целесообразно рассекречивать. Зачем засекречивать поставки сапог! Так делают только тогда, когда хотят ограничить открытую конкуренцию.

Причем преимущество в продуцировании товаров для потребностей обороны должно быть на стороне украинского производителя. Даже тогда, когда цена иностранного товара меньшая. Потому что это дополнительный толчок национальной экономике. Я не считаю правильным, когда Минобороны будет привлекать для удовлетворения своих потребностей американские или итальянские фирмы. Но здесь должна быть реальная конкурентная борьба, а не только исключительная зона действия госпредприятий!

«САМЫЙ ТЯЖЕЛЫЙ ВЫЗОВ — В КУЛЬТУРЕ И МЕНТАЛИТЕТЕ»

— И насколько новая система внутреннего контроля уже готова ответить на тот запрос, который есть не только у западных партнеров, но и у нашего общества, на эффективный инструмент прозрачности всей экономики украинской оборонной отрасли?

— Это наш самый тяжелый вызов, потому что здесь задействованы культура и менталитет. Еще один вызов — подготовка и выучка персонала. И здесь поможет только непрерывная учеба и постоянное системное движение вперед. Роль всех советников в том, чтобы произошел сдвиг в культуре. Мы ежедневно встречаемся с украинскими коллегами и пытаемся их убедить в том, что другая точка зрения и подходы могут быть выгоднее.

Конечно, на полное введение системы внутреннего аудита нужно время, но за последние два месяца Минобороны достаточно далеко продвинулось в этом деле. Для выявления и приоритизации рисков в соответствии со стратегическими целями, привлечены профильные эксперты, которые консультируют Министерство обороны Украины и Генштаб. Больше 60 дней тому я начал программу подготовки специалистов-аудиторов как инициативу, встроенную в планирование на основе возможностей, внедряемых в МОУ. И этот прогресс дает США определенный уровень уверенности, что предоставленную помощь Киев использует правильно. Это поможет Украине получать такое содействие и в дальнейшем. Во время недавнего визита Степана Полторака в США, ему удалось убедить руководство Пентагона, что мы (со стратегическими советниками. — Авт.) работаем в одном направлении. Возможно, в Украину еще прибудут американские советники по вопросам кибербезопастности и стратегических коммуникаций. Также мы изучим в совершенстве Стратегический оборонный бюллетень на предмет выявления сфер, до сих пор не охваченных помощью наших экспертов.

В каких еще проектах вы в дальнейшем будете принимать участие в Украине?

— Конечно, такие проекты есть. Один из них касается оплаты труда. В Департаменте финансов МОУ, например, ежемесячно будут отслеживать расходы на оплату труда по виду Вооруженных сил, разделением на гражданских специалистов и военных. Мы называем этот инструмент подсчета «эквивалентом полной занятости» или «эквивалентом полного рабочего времени». Он дает осознание, какие расходы несет ведомство в зависимости от увеличения или уменьшения количества персонала — то ли в Киеве, в Харькове, или в районе АТО. Минобороны расширит этот подход и будет отслеживать все операционные расходы на транспорт, форму, оборудование, вооружение, жилье, продукты питания. Так можно мониторить расходы на протяжении года и предусматривать будущие расходы. И это очевидно переплетается с планированием на основе возможностей и внутреннего контроля, хотя эти инициативы отдельные. И министр обороны прекрасно понимает их исключительную важность, поскольку они непосредственно касаются такой цели как вступление в НАТО.

«СЕРЖАНТЫ — ЭТО НЕ ТЕ ЛЮДИ, КОТОРЫЕ ДОЛЖНЫ ПОДМЕТАТЬ УЛИЦЫ»

— Что нужно сделать для ускорения оборонной реформы?

— Считаю, что реформы идут настолько быстро, насколько это возможно. Одна проблема — программные вещи, а другая — глобально практические изменения. В частности, в вопросах культуры. Должна быть основная коммуникационная стратегия для донесения этой информации к гражданским украинцам. Но, чтобы внедрить систему внутреннего контроля, аудита и планирования на основе возможностей, необходимы подготовка и обучение. Самое важное, что министр обороны Украины понимает: для институализации реформ нужно время — на децентрализацию принятия решений, предоставления более широких полномочий профильным экспертам, привлеченным в эти процессы, и разрешений персоналу принимать риски и инициативность независимо от званий или должностей. И обязательно  честность и искренность в общении. Нужно говорить то, что мне стоит услышать, а не то, что, как вам кажется, мне приятно было бы услышать. С такой особенностью культуры мы встречались в Афганистане и других местах, в частности в Польше, Чехии и даже Восточной Германии. Имею в виду то, как вы смотрите на вещи в перспективе. Некоторым из названных стран для изменения этого взгляда достаточно было просто обновить людей на должностях, а в некоторых на трансформацию — поколения. Убежден: как раз в Украине не идет речь о поколениях, потому что вы уже взяли инициативу отправлять ключевых людей во власти на обучение в НАТОвские страны. Это не значит, что США всегда имеют правильный ответ. Но, с философской точки зрения, как заставить кого-то думать немножко не со своей «колокольни» так, чтобы им при этом не было неудобно?

Многие украинские офицеры, с которыми я работаю над выполнением Стратегического оборонного бюллетеня, знают английский. Они провели от нескольких месяцев до полгода и больше в Соединенных Штатах, где могли наблюдать за отношениями между нашими офицерами и сержантами, чтобы понять: это не те люди, которые подметают улицы. И они такими не должны быть, потому что это профессионалы, которые составляют скелет армии! Именно поэтому наша первая линия обороны в Афганистане наполнена исключительно сержантами. Министр обороны Украины согласился с этим подходом и решил увеличить им в прошлом году денежное обеспечение. И это одна из инициатив на пути к профессионализации армии. Нужно понаблюдать, как ведут себя НАТОвские офицеры относительно сержантов — на театре военных действий, в своем месте постоянной дислокации, или у вас на полигоне в Яворове. Этому не научишь, потому что это вопрос менталитета, потому здесь, повторюсь, нужно все-таки некоторое время. Но уже сейчас должен с приятностью признать, что украинские военные прогрессируют. Наши инструкторы, которые побывали на том же Яворовском полигоне, замечают, что украинские коллеги выделяются незаурядной способностью к адаптации. В данный момент важно, чтобы ваши военные прошли через процесс формирования военного лидерства и партнерства.

Так же стоит усиливать гражданский контроль над военным организмом.

Мое сердце — с Украиной, и я не хочу ничего делать такого, что навредило бы ей. Тем более что в Бабьем Яру похоронены мои родственники... Уверен: США очень ценят Украину как партнера не только со стратегической точки зрения, но и потому, что мы хорошо знаем вашу историю, культуру и все страдания, которые здесь были. И если бы я не верил в то, что делаю, я бы здесь не задержался...

Delimiter 468x90 ad place

Подписывайтесь на свежие новости:

Газета "День"
читать