Пусть мысли, заключенные в книгах, будут твоим основным капиталом, а мысли, которые возникнут у тебя самого - процентами с него.
Фома Аквинский, теолог, святой католической церкви

Преступник в историческом контексте

Гаагский трибунал вынес окончательный приговор Ратко Младичу
10 июня, 2021 - 19:03
ФОТО С САЙТА WIKIPEDIA.ORG

Приговор одному из самых кровавых военных лидеров бывшей Югославии, Ратко Младичу, заставил многих задуматься о том, как вообще эти страшные преступления, массовые убийства, геноцид, стали возможными в «мирной Европе» в конце 20 века? Что, когда и почему пошло не так?
    Мы попытались сформулировать свое видение контекста событий, которые произошли в Боснии и Герцеговине более 25 лет назад.
     ПОСЛЕДНИЙ ПРИГОВОР
    Последний громкий приговор Гаагский суд вынес 8 июня — командующего силами боснийских сербов генерала Ратко Младича отправили за решетку на всю жизнь. Международный остаточный механизм ООН для уголовных трибуналов — орган, который ведет дела Международного трибунала по бывшей Югославии после прекращения работы МТБЮ, — полностью подтвердил решение первой инстанции, принятое в 2017 году.

Ратко Младич, начальник Главного штаба Армии Республики Сербской во время войны, с 1992 по 1996 гг. был признан виновным по десяти пунктам обвинения. В этом зловещем списке самых масштабными войн преступлениями и преступлениями против человечности является геноцид боснийских мусульман в Сребренице и террор жителей Сараево артиллерийскими и снайперскими обстрелами во время многолетней блокады города.

В этих т.н. «зонах безопасности ООН» были убиты 20 000 безоружных людей: около 8 тыс. в Сребренице и почти 12 тыс. в Сараево. Ни статус защищенных зон, ни присутствие миротворцев не предотвратило массовых убийств.

После приговора Младичу, а до того — вынесения приговоров всем ключевым лидерам боснийских сербов во время войны, в первую очередь тогдашнему президенту сербской части БиГ, Республики Сербской, Радовану Караджичу — можно было бы констатировать: справедливость восторжествовала, кровавая страница истории Боснии и Герцеговины перевернута. Но нет — остается масса вопросов без ответов.

Главный из этого перечня: как так получилось, что несколько тысяч человек были убиты в Европе, буквально на глазах у мирового сообщества и «под боком» центров западного мира? Почему международное сообщество, в первую очередь — ООН, оказалось настолько беспомощным?

История не может быть «переиграна», исправлена ??и изменена. Но анализ всех факторов, приведших к трагедиям, необходим.

НЕМИРНЫЕ МИРНЫЕ ПЛАНЫ

Одним из таких важных факторов можно считать иногда очень контраверсионные мирные планы, которые предлагались сторонам конфликта в Боснии и Герцеговине.  Так как процесс распада Югославии тогда уже начался, первая мирная сделка была предложена международными посредниками еще до начала полномасштабной войны в БиГ.

Этот документ был представлен британским государственным деятелем Питером Карингтоном и португальским политиком, координатором Конференции Европейского сообщества по вопросам Югославии Жозе Кутильеро в феврале 1992 года. Согласно проекту, который известен как «план Кутильеро», Босния и Герцеговина должна была стать неунитарным государством, разделенным на три части на национальной основе.

Свои подписи под документом 18 марта 1992 года поставили лидеры боснийцев-мусульман, боснийских сербов и боснийских хорватов — Алия Изетбегович, Радован Караджич и Мате Бобан. Но через 10 дней Изетбегович отклонил план, обвинив его инициаторов в попытке раскола страны.

Во время судебного процесса над командующим армией боснийских сербов генералом Ратко Младичем в Международном трибунале по бывшей Югославии в Гааге Кутильеро (свидетель защиты) убеждал: предложенная карта разделения БиГ была предварительной основой для переговоров в условиях, когда сербы и хорваты не хотели сохранять Боснию и Герцеговину в таком виде, какой она была, а боснийцы-мусильманы — хотели. По его словам, речь шла о новых границах или границах внутри государства. Но прокурор тогда напомнил, что в тот же день, 18 марта 1992, когда было согласовано соглашение о принципах, на которых будет базироваться общее государство, в Скупштине боснийских сербов началось обсуждение реализации этнического разделения на основе плана Кутильеро. В ходе дебатов было подчеркнуто, что сербы должны получить все районы Боснии и Герцеговины, где они были в большинстве до Второй мировой войны, и что эти территории должны стать частью единого сербского государства. Прокурор также привел высказывания самого Радована Караджича, который в свое время утверждал, что сербы согласились на мирный план Кутильеро ради шанса на достижение стратегических целей сербского народа по разделу Боснии и присоединению сербской части республики к Сербии. По данным прокуратуры, Караджич, бывший президент Республики Сербской, комментируя мирный план Кутильеро, заявлял, что разделение страны на три части по национальному признаку было бы «большим достижением» и «концом Боснии».

Признавать виновным в войне в Боснии и Герцеговине проект мирного соглашения, конечно, не правильно. Но этот раздел республики на национальные анклавы, визуализированный с помощью разрисованной в три цвета карты, мог повлиять на стороны конфликта. Как показали дальнейшие события, все три участника противостояния вели войну, в первую очередь, за увеличение контролируемой ими территории с одновременным намерением достичь этнического преимущества в контролируемых районах. Думается, и без расшифровки этого тезиса понятно, о чем идет речь.

АРМИЯ НЕБЕСНОЙ СЕРБИИ

Другой фактор, который не очень учитывался при попытках примирения сторон и не упоминается обычно сегодня, при анализе конфликта в бывшей Югославии, это исторически религиозно-мистическая мотивация боснийских сербов.

Когда в 1993 г. году сербская сторона отклонила очередной мирный план, предложенный международными посредниками, это решение поддержала Сербская православная церковь. После того, как органы власти Республики Сербской отказались подписывать мировое соглашение, митрополит Черногорско-Приморский СПЦ Амфилохий сказал, что они «идут по пути мира», «как и царь Лазарь...в Царство Небесное». Царь Лазарь — правитель средневековой Сербии, погиб на Косовом поле в бою с войском Османской империи.

В июле 1994 года, когда парламент Республики Сербской начал обсуждение очередного мирного плана, предложенного международными посредниками, к депутатам обратились тогдашний епископ Захумско-Герцеговинский и Приморский Афанасий и, опять же, митрополит Амфилохий, с призывом отказаться от подписания мирного соглашения как такого, что не отвечает интересам сербского народа. В августе 1994 года епископ Афанасий, комментируя проект договора, заявил: «Суверенитет Республики Сербской должен быть реализован, и пока этого не произойдет, мы должны страдать. Пусть нас бомбят, но мы не можем подписать приговор, и мы не примем карты Контактные группы, несущие с собой новое увечье сербского народа».

Во время судебного процесса в Международном трибунале в Гааге Радован Караджич заявлял, что у сербов были «справедливые и святые» причины для того, чтобы бороться против исламизации бывшей Югославии.

Когда Ратко Младич в день падения Сребреницы входил в завоеванный город, он празднует победу не над боснийцами, или бошняками. На кадрах документальной хроники слышно, как он и его подчиненные говорят о побежденных в той битве... «турках». «Вот мы в сербской Сребренице 11 июля 1995... Наконец пришло время рассчитаться с турками», — сказал Младич на камеру.

Для радикально настроенных сербов война в Боснии и Герцеговине является ни чем иным, как продолжением символической битвы на Косовом поле за Сербию, не только земной, но и небесной.

Прагматический западный мир не придал, и не придает этим настроениям определяющего значения. Хотя подобные нарративы проявляются и в наши дни, и не только в БиГ...

КОНЕЦ ВОЙНЫ

И, в завершение, нельзя не упомянуть еще об одном факторе, негативно повлиявшем на развитие и интенсивность военного противостояния и Боснии, и Герцеговины. Речь идет о неспособности миротворческих сил ООН защитить мирное население и предотвратить эскалацию конфликта. Падение Сребреницы является хрестоматийным провалом миротворческой миссии.

Главный вывод, который можно сделать из боснийского конфликта и попыток урегулировать его с помощью миротворцев, — это то, что в случае полномасштабной войны с участием полноценных многотысячных армий с тяжелой техникой и артиллерией малочисленные и легковооружённые миротворческие подразделения не в состоянии поддерживать мир и кого-то защищать.

Тогда аналитики ЦРУ подсчитали, что для восстановления мира в Боснии и Герцеговине были бы нужны тысячи миротворцев и сухопутные военные операции. Понятно, что мир не был готов к полномасштабной войне в качестве метода принуждения к миру.

Но нашлась альтернатива. На последнем этапе боснийской войны мировое сообщество предоставило негласное согласие на проведение не только воздушных ударов НАТО по позициям сербов, но и сухопутных операций регулярных сил соседней Хорватии. В конце августа 1995 года, после падения Сребреницы и очередного массированного обстрела Сараево, более 200 военных самолетов НАТО, по договоренности с ООН, начинают осуществлять «ограниченные удары» по позициям Армии Республики Сербской в рамках операции «Обдуманная сила». В начале августа 1995 года хорватские войска проводят на территории Хорватии знаменитую операцию «Буря», а в сентябре хорватские подразделения из Хорватии и с БиГ, вместе с боснийской армией, проводят совместную операцию «Маэстраль» — уже на территории Боснии и Герцеговины. 11 октября, благодаря следующей операции «Южное направление», хорватские силы остановились в 23 км от главного города боснийских сербов — Баня-Луки.

12 октября 1995, под давлением международного сообщества, объявляется перемирие. Руководство Республики Сербской наконец соглашается на подписание мирного плана — Дейтонского соглашения.

По Дейтону, подписанному более четверти века назад, Босния и Герцеговина живет и по сегодняшний день — разделена по этническому признаку, где политически (в боснийско-хорватской Федерации Боснии и Герцеговины), а где и на карте — Республика Сербская, за которую воевал Младич, фактически является государством в государстве. Значительная часть боснийских сербов и все руководство Республики Сербской сегодня считает Ратко Младича героем. И хотя Гаагский трибунал и отправил сербского военачальника за решетку на всю жизнь, не факт, что это означает окончательное, как приговор, поражение тех идей, за которые Младич и его войско когда-то убили столько людей.

При подготовке статьи были использованы материалы из книги «Конфликты, изменившие мир», «Фоліо», 2020

Наталья ИЩЕНКО
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ