Не жалуйтесь, что народ бедный, но делайте, чтобы был культурный и тогда будет и материально счастливее!
Августин Волошин, украинский политический, культурный и религиозный деятель Закарпатья

Кара за правду о России

Петр Чаадаев и его «Философские письма» и «Апология сумасшедшего»
28 мая, 2020 - 17:06
ЕСЛИ ВДУМЧИВО ПРОЧИТАТЬ ПРОИЗВЕДЕНИЯ ЧААДАЕВА, СТАНОВИТСЯ ПОНЯТНЫМ, ПОЧЕМУ ЦАРЬ НИКОЛАЙ I С ТАКОЙ НЕНАВИСТЬЮ ОТНЕССЯ К ИХ АВТОРА

Он был, пожалуй, самым известным среди российских диссидентов XIX века. Если в советские времена политические репрессии против инакомыслящих приобрели еще и такой варварский вид, как «карательная психиатрия» (объявление несогласных с системой психически больными и заключение их в «спецбольницах»), то во времена императора Николая I одной только резолюции монарха на «Философских письмах» самого умного человека России того времени, Петра Яковлевича Чаадаева (1794 — 1856), было достаточно, чтобы объявить выдающегося философа, историка и публициста сумасшедшим, запретить выходить из дома, обязать его ежедневно (!) проходить домашний осмотр врача психиатра. А резолюция царя была дословно такой»Прочитав статью, нахожу, что содержание оной — смесь дерзкой бессмыслицы, достойной умалишенного». Это было не частное мнение — это был «Высочайший» указ...

Что же было в «Философских письмах» Чаадаева такого, что так разозлило монарха? Того самого Николая I, который через 11 лет вынесет беспощадный приговор Шевченко: «В солдаты, под строжайший надзор, с запретом писать и рисовать»? Причем не только Чаадаев был объявлен сумасшедшим, но и издатель либерального журнала «Телескоп», в котором появилось в 1836 г. в переводе с французского оригинала первое из «Писем» (единственная публикация Чаадаева в России до 1905 года!), известный журналист Николай Надеждин был арестован на полгода, а потом сослан в глушь, подальше от столицы? Почему Герцен, который лично хорошо знал Чаадаева и искренне его уважал, назвал «Философские письма» «выстрелом, прозвучавшим средь темной ночи»?

Возможно, ответ надо искать в словах блестящего поэта Иосифа Мандельштама: «Чаадаев был первым русским, который на самом деле идейно побывал на Западе, а потом нашел дорогу обратно, в Россию. На него могли показывать с искренним, суеверным ужасом, как на Данта, — этот был ТАМ, и вернулся «. А может, дело в том, что в эпоху господства «высочайше» одобренной триады Уварова («Православие. Самодержавие. Народность»),  зловеще похожей на нынешнюю идеологию путинизма, Чаадаев решился сказать правду о России? И заплатил за это поистине тяжелую цену.

Чтобы глубже понять суть вопроса, следует внимательно прочитать «Философские письма», а также впечатляющую «Апологию сумасшедшего», написанную Чаадаевым через год, а опубликованную князем Гагариным в Лондоне через шесть лет после смерти мыслителя (там Чаадаев объясняет и углубляет содержание «Писем», не отрекаясь ни от чего из написанного). Потому что, действительно, лучше читать напрямую, «из первых рук», чем пользоваться чьим-то пересказом. Итак, начнем.

1. В ЧЕМ ИСТОЧНИК «ВЕЛИЧИЯ РОССИИ»?

«Обработанные, отлитые, созданные нашими властителями и нашим климатом, только через повиновение стали мы великим народом. Пересмотрите от начала до конца наши летописи — вы найдете в них на каждой странице глубокое влияние власти, непрерывное действие «почвы» — и почти никогда не встретите проявлений общественной воли».

(«Апология сумасшедшего»)

2. ОБ ИСТИННОМ И ЛОЖНОМ ПАТРИОТИЗМЕ

«Замечательная вещь — любовь к Родине, но есть несколько прекраснее нее — это любовь к истине».

(Из письма 1831).

3. ОБ «УНИКАЛЬНОСТИ» РОССИИ

«Мы, можно сказать, народ исключительный. Мы относимся к тем нациям, которые находятся как бы вне рода человеческого, то есть только для того, чтобы дать миру крайне важный урок».

(«Философские письма»).

4. О ДУХОВНЫХ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ ПРОБЛЕМАХ РАЗВИТИЯ РОССИИ

«То, что у других народов превратилось в привычку, в инстинкт, то нам приходится вбивать в головы ударами молота... Мы так странно движемся во времени, что с каждым нашим шагом вперед минувшее мгновение исчезает для нас безвозвратно. Это — естественный результат культуры, целиком основанной на заимствовании и копировании (среди таких «заимствований», некритически усвоенных, о которых пророчески писал мыслитель, впоследствии был и марксизм. — И.С.). У нас полностью отсутствует внутреннее развитие, естественный прогресс: каждая новая идея вытесняет старые без следа, потому что она не вытекает из них, а является к нам Бог знает откуда. Поскольку мы воспринимаем всегда лишь готовые идеи (а сейчас? — И.С.), то в нашем сознании не образуются те неизгладимые борозды, которые последовательное развитие проводит в умах и которые представляют их силу. Мы растем, но не созреваем; двигаемся вперед, но по кривой линии, то есть по такой, которая не ведет к цели. Мы напоминаем тех детей, которых не приучили думать самостоятельно; в период зрелости у них нет ничего своего, все их знания — в их внешнем быту, вся их душа — вне их. Именно такими мы являемся».

( «Философские письма»)

5. КАК РОССИИ ВЫЙТИ ИЗ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОГО КРИЗИСА?

«Годы ранней юности, которые мы провели в тупой недвижимости (такое впечатление, что под «годами юности» Чаадаев подразумевает «юность» Московии, а не Древней Руси — потому что в отношении последней о «тупой недвижимости» говорить нельзя. — И .С.), не оставили следа в нашей душе, и у нас нет ничего личного, такого, на что могло бы опираться наше мнение; но, отделенные странной судьбой от всемирного движения человечества, мы также ничего не усвоили и из наследственных идей человеческого рода. А между тем именно на этих идеях основывается жизнь народов, из этих идей следует их будущее, происходит их нравственное развитие. Если мы хотим получить позиции, подобные другим цивилизованным народам, мы должны некоторым образом повторить в себе все воспитание рода человеческого. Для этого к нашим услугам история народов и перед нами — плоды движения веков».

( «Философские письма»)

6. «РОССИЯ — ЗАПАД ИЛИ ВОСТОК?»

«Одна из самых печальных черт нашей своеобразной цивилизации заключается в том, что мы все еще открываем истины, которые давно уже стали общеизвестными для других народов мира и даже среди народов, во многом далеко отставших от нас. Это произошло потому, что мы никогда не шли бок о бок с другими народами; мы не принадлежим ни к одной из больших семей рода человеческого; мы не принадлежим ни к Западу, ни к Востоку, и у нас нет традиций ни того, ни другого. Стоя как бы вне времени, мы не испытали влияния всемирного воспитания человеческого рода».

(«Философские письма»)

7. И ЕЩЕ: О ФАЛЬШИВОЙ И НАСТОЯЩЕЙ ЛЮБВИ К РОДИНЕ

«Больше, чем кто-либо из вас, поверьте, я люблю свою страну, желаю ей славы, умею ценить высокие качества моего народа. Но я не научился любить свою Родину с закрытыми глазами, с опущенной рабски головой, с сомкнутыми устами. Я нахожу, что человек может быть полезным для своей страны только в том случае, если он ясно видит ее; я думаю, что время слепых влюбленностей прошло, что теперь мы прежде всего обязаны родине истиной... Для меня чужим, признаюсь, является этот блаженный патриотизм лени, который приспосабливается все видеть в розовом свете и лелеет свои иллюзии и которым, к сожалению, у нас страдает теперь немало незаурядных умов».

(«Апология сумасшедшего»)

8. МОТИВЫ НАПИСАНИЯ «ФИЛОСОФСКИХ ПИСЕМ»

«...Я сказал только — и повторяю, — что пора уже бросить ясный взгляд на наше прошлое, и не для того, чтобы взять из прошлого старые, истлевшие реликвии, устаревшие идеи, которые поглотило время, старые антипатии... — но для того, чтобы узнать, как мы должны относиться к своему прошлому... Чувство, которым пронизан весь отрывок (первый из «Философских писем». — И.С.), отнюдь не является враждебным Отчизне; это — глубокое чувство наших болезней, которое выражено с болью и горечью — и только это».

(«Апология сумасшедшего»)

Очень интересный момент — это письмо Пушкина к Чаадаеву, написанное осенью 1836 года, вскоре после публикации первого из «Писем» и в разгар репрессий против бывшего «бедного, любимого» друга поэта (вспомним, что именно к Чаадаеву обращены слова: «Товарищ, верь: взойдет она, звезда пленительного счастья!»). Сначала Пушкин в этом письме отстаивает вполне верноподданническую, проимперскую позицию («Россия спасла Европу от дикого монгольского нашествия», «Петр Великий у нас сам по себе является целой всемирной историей») — не желая честно воспринять взгляды друга, однако затем, в конце письма, признает: «впрочем, многое у Вас есть глубоко справедливым. Действительно, это глухое равнодушие к любой свободной мысли поистине может привести в отчаяние...» Очень информативная переписка!

Но и биография Чаадаева сама по себе не менее интересна, увлекательна и содержательна, чем его произведения. Как пришел изящный, рафинированный аристократ из богатой семьи (которая имела определенное, правда, косвенное отношение и к Украине) к таким «мятежным» идеям? Об этом — далее.

Начало. Окончание читайте в следующем выпуске страницы «История и Я»

Игорь СЮНДЮКОВ, «День»
Газета: 


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ