Судьба испытывает тех, кто вознамерился идти к великой цели, но сильных духом не поймает никто, они со сжатыми руками упорно и смело идут к намеченной цели.
Екатерина Билокур, украинская художница, мастер народной декоративной живописи

На пути к катастрофе

Ответственность за Вторую мировую: дневник американского посла в Берлине Уильяма Эдварда Додда
19 марта, 2021 - 11:54
НАЦИСТСКИЕ ДЕМОНСТРАЦИИ 30-Х ГОДОВ. ГИТЛЕРУ ЧЕРЕЗ ТОТАЛЬНУЮ ПРОПАГАНДУ УДАЛОСЬ СОЗДАТЬ ТИРАНИЧЕСКИЙ, ЧЕЛОВЕКОНЕНАВИСТНИЧЕСКИЙ РЕЖИМ, ОСНОВАННЫЙ НА АГРЕССИИ

Эта книга о том, как хитроумные расчеты, коварные интриги, самоуверенное лицемерие ведущих «игроков» мировой политики 30-х годов прошлого века привели человечество к катастрофе — к ужасной войне. Все эти «игроки» были очень довольны собой, но «игра» оказалась провальной, расчеты, казалось бы, безупречные, — ложными, а те, кто стремился заигрывать с тиранией, — обманули сами себя.  Результат — десятки миллионов жертв.

Ценность книги в том, что автор ее (свой «Дневник» он вел очень тщательно, с июня 1933 по ян-варь 1938-го) — не был профессиональным дипломатом.  Уильям Эдвард Додд (1869—1940) — один из самых почитаемых американских историков, профессор Университета города Чикаго, многолетний председатель Американской исторической ассоциации, автор фундаментальных трудов о восстановлении Юга США после Гражданской войны 1861—1865 гг.  и о либеральных идеях президента Вудро Вильсона (1913—1921 гг.).  Додд — убежденный либерал левоцентрист-ских взглядов, ненавистник тоталитаризма, тирании и насилия.  Правда, как увидит читатель, его представления о сталинском режиме, в отличие от гитлеровского, который он познал вблизи и сразу возненавидел, имели, мягко говоря, несколько наивный характер.

Итак, перед нами — историк, академический, университетский ученый.  И вдруг 8 июня 1933 года, через 4 месяца после прихода нацистов к власти, президент Франклин Рузвельт звонит Уильяму Додду и предлагает ему «важнейшую дипломатическую должность в Европе» (так выразился Рузвельт) — пост посла Соединенных Штатов в Берлине, в гитлеровской Германии. Додд попытался отказаться, сославшись на то, что никогда не был дипломатом.  Рузвельт, возможно, понимая, что понять суть «коричневой чумы» может как раз профессиональный историк, не принял этот аргумент: «Я предлагаю Вам очень тяжелую должность, учитывая то, что происходит в Германии, которая под силу только человеку соответствующего культурного уровня.  Я хочу, чтобы немцы видели перед собой пример американского либерала — а Вы являетесь таковым. В Вашем распоряжении — всего лишь два часа; сейчас я свяжусь с немецким посольством и выясню их отношение к Вашей кандидатуре» (стремительно происходили тогда дипломатические назначения, ибо время уже было предгрозовое!).

Додд согласился.  И теперь мы имеем поучительный исторический документ — его Дневник, который он методично вел все время пребывания в должности посла США в Германии, то есть с июня 1933-го по январь 1938-го. Этот Дневник — это важно подчеркнуть — охватывает период до (именно до!) Аншлюса Австрии, Мюнхенского сговора, пакта Молотова-Риббентропа и начала Второй мировой войны.  Но тем больше потребность его читать: «недипломат» Уильям Додд точно и честно фиксирует все признаки тоталитаризации и нацификации Германии, показывает, как гитлеровская тирания интеллектуально и духовно подавляет немецкий народ, создавший великую европейскую культуру.  К тому же эта книга, подготовленная к печати в 1941 году, уже после смерти автора, его дочерью Мартой и сыном Уильямом и каким-то чудом изданная в СССР в годы хрущевской «оттепели» — дает богатую информацию к размышлению об ужасном сходстве (но не стопроцентном тождестве) двух тоталитарных режимов в Германии и СССР, хотя об СССР Додд пишет мало и нередко наивно.  Но тем не менее — интеллектуальная пища для читателя есть, и немалая.  Стоит еще иметь в виду, что создавалась эта книга во времена тотального наступления диктаторских и авторитарных режимов, во времена кризиса демократии в Европе и США (о чем также пишет Додд).  И все же демократия выстояла!  Эта картина, воссозданная послом Доддом, является в полной мере актуальной и сегодня.

Итак, предлагаем читателям наиболее интересные фрагменты дневника Уильяма Эдварда Додда — с необходимыми комментариями там, где это целесообразно.

«4 июля 1933 г. Еще в конце мая, когда меня спросили в Госдепартаменте, готов ли я принять назначение на дипломатическую должность, я решительно заявил, что ни в коем случае не поеду в Берлин, потому что гитлеризм вызывает у меня отвращение, и, учитывая мой характер, я вряд ли выдержу удручающую немецкую атмосферу.  Но предложение Рузвельта многое изменило».

«5 июля 1933 г. в пять часов вечера я был уже в Нью-Йорке, готовясь к отъезду в Европу, и с семь-ей посетил Чарльза Р.Крейна (известный в то время американский политик, бизнесмен, меценат, бывший конгрессмен. — И.С.). Несмотря на свои 75 лет и слабое здоровье, Крейн за последние два десятилетия успел побывать почти во всех странах земного шара. Он горячо рассказывал о своих делах, все еще с горечью отзывался о русской революции и был очень доволен гитлеровским режимом в Германии.  По его мнению, евреи заслуживают проклятия, и он надеется, что их «поставят на место».  Неудивительно, что он напутствовал меня словами: «Дайте Гитлеру возможность действовать по-своему».

«23 августа 1933 г., Берлин. На мой вопрос, предусматриваются ли какие-то агрессивные действия Германии на границах с Францией или Австрией, Бюлов (тогда — второе лицо в немецком МИД. — И.С.) ответил: «Мы не сделаем ни одного агрессивного шага, но независимо от Версальского договора мы должны  создать противовоздушную и противотанковую артиллерию, если Франция не прекратит вооружаться. Мы хотим лишь одного — равноправия с Францией и Англией, и не более того (Додд фиксирует, как в 1933—1935 годах и позже Гитлер в каждой речи говорил: «Я хочу мира!» — И.С.). Если другие страны, продолжал Бюлов, нарушают условия договоров и вооружаются, то Германия также имеет на это право.  По этому вопросу мы, немцы, единодушны, но не думайте, что вся эта муштра на улицах имеет исключительно воинственный характер. Нет, она вызвана необходимостью дисциплинировать наших безработных». (Далее Додд с нескрываемым сарказмом комментирует эти слова).

«29 августа 1933 г. В конце дня меня посетил корреспондент «Сатердей ивнинг пост» Уайтинг Уи-льямс и рассказал очень странную историю (да, именно странную. — И.С.) о бедствии, постигшем Россию. Его очерк (10000 слов) о миллионах крестьян в России (не конкретно в Украине и даже не в СССР. — в России! — И.С.), страдающих от голода и погибающих, должен вскоре выйти в свет.  Он просил меня дать ему рекомендательное письмо президенту Рузвельту, и я обещал выполнить его просьбу, если есть такая возможность.  Однако я не уверен, следует ли давать ему такое письмо — очень трудно поверить, что в Советской России действительно голодают 20000000 людей».

Здесь не обойтись без комментариев, хотя очень коротких.  Во-первых, поражает наивность Додда, при всех его добрых намерениях («очень трудно поверить...» — впрочем, для представителей леволиберальной интеллигенции поверить в это действительно было трудно). Во-вторых, информация о Великом голоде все же пробивалась на Запад, и не только у Гаррета Джонса (правда, подавалось это, как видим, как голод вообще в СССР).  И, в-третьих, красноречивый факт: вскоре, в ноябре 1933-го, президент Рузвельт признал Советский Союз.  Заметим еще: на страницах Дневника встречается и фамилия пресловутого Уолтера Дюранти — позже, в 1937 году, Додд пишет о том, что этот американец постоянно передавал в «Нью-Йорк таймс» информацию о секретных переговорах Сталина и Гитлера.

«1 сентября 1933 г. Сегодня Генри Манн из «Нэшнл Сити Бэнк» рассказал мне о разговоре, кото-рый он и мистер Олдрич из «Чейз Манхэттен Бэнк» имели десять дней назад с канцлером Гитле-ром в его летней резиденции. Их общее впечатление: Гитлер фанатично ненавидит евреев, чрезвычайно плохо знает международные дела и к тому же считает себя кем-то вроде «немецкого мессии». Несмотря на все это, оба банкира считают, что с Гитлером можно иметь дело». Вывод: такова «реал-политик» во все времена — самый короткий путь к мировой катастрофе.

«5 октября 1933 г. Заходил на чашку чая Чарльз Р.Крейн. Он в восторге от беседы с Гитлером.  По его мнению, канцлер не отличается особой ученостью, но он показался Крейну простым, бесхит-ростным человеком (это — Гитлер! — И.С.), вдохновенным определенными идеями, человеком, который стремится внушить немецкому народу уверенность в собственных силах, но мало посвящен в вопросах внешней политики. Мне не раз это приходилось слышать».

«14 октября 1933 г. Гитлер выступил по радио с речью и, обращаясь к Германии, а также ко всем остальным странам Европы и к США, объявил о выходе Германии из Лиги Наций и о том, что стра-на оставляет конференцию по разоружению. Для Гитлера это была относительно «умеренная» речь (хотя фюрер, впрочем, показал уже зубы, однако Запад решил реальных ответных действий не предпринимать. — И.С.).  Он требовал реальных прав с другими странами на вооружение, оправдывал свою «революцию» как сугубо антикоммунистический шаг и уверял весь мир в своих миролюбивых намерениях. Это была речь НЕ мыслителя, а истерика-крикуна, который заявляет, что Германия не несет ответственности за мировую войну и она стала жертвой своих коварных врагов».

А вот «картина из жизни» нацистской Германии, воссозданная Доддом несколько позже, 8 сен-тября 1934 г.: «В девять утра я выехал поездом в Бремен, купив билет второго класса.  Рядом со мной сидел аккуратно одетый пассажир, который охотно готов был пообщаться. Он рассказал, что родился и вырос в Германии, а теперь живет в Нью-Йорке. Жестокость и античеловечность Гитлера вызывали у него тревогу и ужас.  Он говорит, что народ не одобряет это, но бессилен что-то сделать.  Когда другой, тоже хорошо одетый пассажир, сидевший напротив меня, также изъявил желание вступить в разговор, ньюйоркец прямо спросил у него, как он относится к нынешнему режиму. Тот горячо ответил: «Гитлер — наш Великий Вождь, всегда и везде его;  а эти французы, которые нас окружают, о! Мы покончим с этим злобным врагом!) Весь мир, добавил он, враждебен Германии.  Он участвовал в прошлой войне и готов в любую минуту снова воевать с французами. Он уверен, что на этот раз с Францией точно будет покончено».  (Напомним: это еще 1934 год, но подобные настроения уже распространились в Германии, и через пропаганду, и из-за страха, весьма широко. Поражает слепота лидеров Франции и Британии. И еще: «весь мир против нас» — это та матрица, которая точно  свидетельствует о подготовке режима к войне, идет ли речь о Гитлере, о Сталине или о Путине).

«17 октября 1933. ...Сегодня в двенадцать часов я посетил Гитлера во дворце, в котором когда-то жил канцлер Бисмарк.  Я спросил его, действительно ли он желает мира и хочет отвратить войну. «Я постараюсь сделать все для этого, — ответил канцлер, — но может случиться так, что мы не сможем сдержать немецкий народ». Мне стало понятно, что под «народом» он подразумевает воинственных нацистов, которые он сам же воспитал в таком духе. Из нашей беседы я вынес впечатление, что Гитлер очень самоуверен и настроен крайне агрессивно».

Показательно, что все тираны во все времена (включая Сталина) оправдывают свои преступления, ссылаясь на «волю народа».

Начало... Продолжение читайте в следующем выпуске страницы «История и Я»

Игорь СЮНДЮКОВ, «День»
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ