У государей нет места для философии.
Томас Мор, английский писатель, философ, государственный деятель, лорд-канцлер, Святой Римско-католической церкви

Чешская звезда в Национальной опере Украины

Что выберет Ян Ваня: лирику или характерные образы?
9 сентября, 2010 - 19:20
ГАНС — РОМАНТИЧЕСКИЙ ОБРАЗ ИСПОЛНЯЕТ ЯН ВАНЯ В БАЛЕТЕ «ЖИЗЕЛЬ» / ФОТО АЛЕКСАНДРА ПУТРОВА

Многие украинские артисты работают за рубежом, где ищут лучшие места для самовыражения, и благодаря своему таланту прославляют нашу страну в мире. Если говорить о балете, можно с гордостью называть имена звезд мирового уровня: Алексея Ратманского, Ивана Путрова, Алины Кожокару, Дениса и Анастасии Матвиенко, Максима Белоцерковского, Ирины Дворовенко... В балетной труппе Национальной оперы Украины тоже есть артисты из других стран, для которых танцевать на нашей сцене было настоящей мечтой, которые достигли на ней успеха, даже получили звания, как, например, Синобу Такита или Набухиро Терада (Япония). Есть танцовщики из России, Молдовы, Чехии, Азербайджана, Словакии, Кубы...

Мы хотим ближе познакомить читателей «Дня» с Яном Ваней, который на сцене сразу обращает на себя внимание. Он выделяется среди своих коллег в балетной труппе Национальной оперы — высокий, стройный (до ломкости) и очень пластичный. Этот танцовщик способен очень убедительно из принца перевоплотиться в дьявола, из романтического влюбленного — в жестокого убийцу... Чех по происхождению, Ян Ваня четвертый год работает в Киеве. Артист считает, что ему повезло. В 2006 году он вместе с другими выпускниками Пражского хореографического училища приехал на Международный конкурс артистов балета имени Сержа Лифаря. От своего педагога Любови Данченко, бывшей артистки киевского балета, получил рекомендацию обратиться к педагогу-репетитору Национальной оперы Украины Н. Прядченко. Николай Данилович не только выделил высокого танцовщика, которых традиционно не хватает в балете, но и профессиональным глазом увидел в нескладном, по-ученически еще мало уверенном юноше потенциал будущего солиста. Прядченко согласился работать с Ваней. Он говорит, что такую фантастическую трудоспособность и признательность к учителю сегодня редко встретишь: парень просто не знает слов «не могу», «тяжело»...

Ян Ваня, сдав экзамены в училище, попал в стажеры киевского балета. Он ехал на сезон поучиться, а задержался на четыре года, за которые стал заметным солистом с разнообразным репертуаром.

Как признается танцовщик, в Праге есть несколько балетных сцен, но на всех них преобладает современный танец, чистой классики мало, а его привлекает именно классический балет. Хотя такое увлечение для фактурного парня можно назвать странным, так как он не из балетной семьи, где любовь к этому искусству зарождается с пеленок. Отец Яна Вани — повар, правда, необычайно творческий человек, который свое дело уважает как высокое искусство, а свои уникальные рецепты издает в книгах по кулинарии. Мать тоже далека от искусства, но именно она (еще в детском садике) отдала сына в танцкласс. Ян вспоминает, что сначала занимался хореографией, как большинство обычных мальчиков, без особого желания. Но постепенно, особенно когда стали заметны результаты, балет увлек его настолько, что он стал мечтать о карьере танцовщика.

Первой сольной партией Яна Вани на профессиональной сцене стал Цунига в «Кармен-сюите», хореографический рисунок которой по самому замыслу довольно схематичен, графически очерчен. А ему все хотелось исполнять классический репертуар. И когда он станцевал лирического графа Альберта в «Жизели», то казалось, что мечта осуществилась, можно и дальше работать в этом направлении. В «Спящей красавице» Ян танцует Синюю птицу, в «Ромео и Джульетте» — Париса, в «Баядерке» — Солора. Исполнял он и партию принца Зигфрида в «Лебедином озере», и когда Яну предложили станцевать колдуна Родбарда — роль острохарактерная, экспрессивная, то оказалось, что это амплуа тоже не только доступно танцовщику, но по душе и ему самому. Наверное, поэтому, когда в Национальной опере началась работа над «Мастером и Маргаритой», среди претендентов на партию Воланда был и Ян Ваня. Хотя эта сложная роль не сразу далась молодому танцовщику. Эта сложная технически и глубоко эмоциональная партия требовала особых усилий от актера. Надо добавить еще и о сложности с общением. В Киев Ян приехал, не зная ни украинского, ни русского. Но трудности никогда не останавливали его. И постепенно образ Воланда в исполнении Вани стал действительно булгаковским: хищный, но все же привлекательный, царственный и насмешливый. Стройное, гибкое тело, сильные, красиво очерченные руки, которые «говорят» магическим языком, летящий прыжок, завораживающая графика движений какого-то ломкого тела, выразительное демоническое лицо — все как можно лучше подходит к образу дьявола в исполнении танцовщика.

Вскоре после «Мастера» в театре поставили «Грека Зорбу», Яна назначили на роль откровенного негодяя. Длинный и натянутый, как струна, Ян Ваня, исполняя отрицательного героя, как артист вызывает у публики целую бурю эмоций — восхищает его техника танца, а мастерство владения телом просто поражает. Его Манолиос холодно-мстительный, словно клинок, как олицетворение мужского шовинизма. Его сила, физическая и моральная — исключительно разрушительная. Никакого сочувствия, одна холодная злость. В этом спектакле молодой талантливый танцовщик еще ярче раскрылся как драматический актер.

Сейчас Ваня лишь в самом начале своей творческой жизни. С коллективом Национальной оперы Украины он побывал на гастролях во многих странах мира. А этим летом танцовщик впервые по приглашению Национальной оперы Чехии выступил на родной пражской сцене в «Лебедином озере». Там он танцевал принца Зигфрида, а, вернувшись в Киев, в конце сезона блестяще сыграл роль Родбарда. Когда-нибудь Ян Ваня вернется на Родину, а может, и будет покорять не только киевскую, но и другие лучшие сцены мира. Именно к этому стремится артист, но сегодня он еще дарит радость своим искусством киевлянам и гостям нашей столицы.

Лариса ТАРАСЕНКО
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments