Украина не может существовать, не владея Крымом, это будет туловище без ног. Крым должен принадлежать Украине, на каких условиях, это все равно, будет ли это полное слияние, или широкая автономия, последнее должно зависеть от желания самих крымчан
Павел Скоропадский — украинский государственный, политический и общественный деятель, военный. Гетман Украинского Государства.

«Миры Сухолита»

В галерее «Триптих Арт» представлена экспозиция живописи незаурядного скульптора и графика
30 января, 2020 - 10:19
ФОТО РУСЛАНА КАНЮКИ / «День»

На смену глубоким, взрывным, необычно малым по формату и неожиданно зажатым в изысканные рамки, живописным полотнам Анатолия Криволапа пришла экспозиция живописи Александра Сухолита. Разница поразительная и интригующая.

На такие смелые шаги способна, кажется, лишь Татьяна Савченко — директор и куратор этой галереи. Именно она последовательно и внимательно демонстрирует живописные поиски незаурядного скульптора и графика Александра Сухолита. Судите сами: в 2011 году в галерее были представлены его «Моря», у 2014-го года — «Пейзажи», 2016 — «Поля».

— Мне лично Саша интересен не только своеобразной манерой письма, но и своим виденьем мира. Визуальный ряд его картин направляет нас в безграничное временное пространство, что, вообще-то, свойственно скульптуре. И здесь возникает, по моему мнению, интересный эффект, который не делает акцент на изменчивости и текучести момента, а обобщает его до степени Абсолютного Конкретного Состояния. Это и является открытием, и скорее, художественным, а не живописным.

Язык Сухолита прост и понятен, как детский рисунок, который, тем не менее, не передает лишь видимое, а делает зримым тайно постижимое,   —  объясняет свой выбор Татьяна Савченко.

Вовсе не каждый скульптор готов демонстрировать кроме собственной пластики хотя бы рисунки. А Александр Сухолит последовательно и достаточно веско выражался и искал себя параллельно, — как в пластике, так и в рисунке всю свою творческую жизнь, еще начиная с институтских времен. Впрочем, постепенно живопись становится еще одной и теперь, похоже, уже неделимой составляющей его творчества.

Думаю,  одним из весомых толчков к этому было его участие в ряде пленэров «Гурзуфских сезонов», которые я организовывала в первом десятилетии этого века, в частности в 2006 и 2010 годах. Тогда скульптор, который пропадал в каменщиках альминского известняка где-то в Бахчисарайском районе, приехал к живописной творческой группе. Посмотрел на коллег —  того же Анатолия Криволапа, Тиберия Сильваши, Владу Ралко, Владимира Будникова, Елену Бабенцову, Игоря Ступаченко, Олега Тистола.)  и при их моральной поддержке безоговорочно стал погружать свои рисунки на полотне в цвет. Так неожиданно и дерзко  появились его первые «Моря». 

Зашла в галерею накануне. Сашко Сухолит сидит, будто растерян: «Вот привез. Сказали нужно. Я же не живописец», — и обвел глазами где-то с сотню разноформатных картин, только что выгруженных в пространство галереи. Пообщались. Рассказал о своем отношении к цвету, как к особой субстанции,  и о  желании создавать какие-то синтетические (от слова «синтез») работы. Говорил о том, что, по его мнению, цвет немногие понимают. А он — божественный. Считает, что в абстракции очень непросто заметно и веско выразиться, потому что первый же креативный жест будет мгновенно сведен к банальности коллегами и не позволит ему розвиться в русле первого автора до завершения. Так происходит, потому что автор теряет интерес, сбитый высказываниями последователей, или его идеи бывают затертыми нашествием похожих мыслей и высказываний коллег. Ведь в современном мире волны информации так быстро распространяются, что за  идеями, которые витают в воздухе, уже не нужно даже охотиться, — они сами падают на голову и уже не открутишься — должен реагировать.

Что же в его такой лаконичной, даже я бы сказала аскетической живописи привлекательного? Именно эта аскеза и определенная небрежность выражения. Она идет не от пренебрежения, а, наоборот, — через  преувеличенное внимание, а с тем и особенное напряжение реагирования. И если Анатолий Криволап, любя цвет, изучает его досконально, работает и борется с ним до умопомрачения. То Александр Сухолит как ребенок, который играет с огнем или чем-то горячим — хватает и отталкивает   отпускает, и тот горячий шарик, обжегши его сознание и самолюбие, выскальзывает и летит от него прочь. Впрочем, летит недалеко, как раз на такое расстояние, чтобы он мог его видеть и рассматривая бередить себе душу стремлением еще раз коснуться, еще как-то пленять, чтобы опять освободить. Потому что он сакрализирует цвет, удивляется самой субстанции краски не хуже Криволапа. Но если Криволап любуется краской и царствует, то Сухолит, сакрализируя ее, немного неуклюже кланяется и превращает цвет в самостоятельный неприкосновенный образ, очень похожий на образы его металлических икон.

По моему мнению, живопись Сухолита лучше воспринимать вместе с другими его произведениями — рисунками и круглой скульптурой и рельефами. Тогда  наработка этого тонкого и реактивного, с очень глубоким светочувством художника становится выпуклой и целостной, будто частицы складываются в единую картину и демонстрируют непостижимые миры этой натуры.

Поэтому  галерея «Триптих Арт» демонстрирует дерзкую живопись незаурядного скульптора и рисовальщика, увлеченного непостижимыми изобразительными свойствами цвета. Происходит это благодаря  проницательному и прогрессивно   чувственному выбору взгляда галеристки Татьяны Савченко (нередко она называет себя «галерницей» от слова «галера», намекая на тяжесть своего труда. С чем соглашаюсь всецело). А еще стоит сделать акцент  на безукоризненной, многослойной по смыслам и ритмам, просто завораживающей экспозиции Сухолитовых картин, которую создал Валерий Шкарупа. Это он, когда делится опытом экспонирования произведений, многозначительно говорит: «...В экспозиции каждая нота важна. Так по нотам можно выстроить мелодию из самого сложного материала. А можно и не мелодию, — улыбается в усы. Так мелодия Сухолитовых «Миров» звучит до 7 февраля.

Олеся АВРАМЕНКО, искусствовед
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ