Всякая диктатура свободного слова не терпит
Сергей Ефремов, украинский общественно-политический и государственный деятель

«Соловецький реквієм»: с мыслью о Дне гнева

Исторические параллели, ассоциации с сегодняшним днем — отличительная черта нового сборника публицистики Сергея Шевченко
19 марта, 2014 - 12:01
В СУРОВЫХ СОЛОВЕЦКИХ КРАЯХ УКРАИНСКИЕ ПАТРИОТЫ, КОТОРЫЕ В 1920—1930-Х СОПРОТИВЛЯЛИСЬ СТАЛИНСКОМУ РЕЖИМУ, НАШЛИ СВОИ ПОСЛЕДНИЕ ЗЕМНЫЕ АДРЕСА, КОТОРЫЕ БЫЛИ НАЙДЕНЫ ЛИШЬ ЧЕРЕЗ ДЕСЯТКИ ЛЕТ... / ФОТО ВИКТОРА ДЕРКАЧА

Книгу  «Соловецький реквієм» издало киевское издательство «Експрес-Поліграф». В ее эпиграфе — красноречивые строки из романа Лины Костенко: «...Больше всего я люблю «Реквием», а в нем «Dies irae» — «День гнева». Могучая музыка, сквозь которую прорывается клокотание баррикад. И я вдруг подумал: если украинцы еще способны на День гнева, то Украина будет. А если не способны, то уже нет». «Соловецький реквієм» — о тех патриотах, которые в 1920—1930-х оказывали сопротивление сталинскому режиму. Их последние земные адреса найдены через десятки лет в суровых околосоловецких краях...

Черные дела большевизма более полутора десятилетий являются ведущей темой исследований и литературного творчества Сергея Шевченко.  Он изучал рассекреченные архивные материалы в Украине и за рубежом, принимал участие в международных исторических конференциях и круглых столах.

В 75-ю годовщину Большого террора — массовых политических репрессий 1937—1938 годов — общественный интерес к творчеству исследователя возрос. Хотя, как ни странно, приложили руки к этому и чиновники соседнего государства, которые без объяснений запретили писателю — Сергею Шевченко —  въезд на территорию РФ. Факт получил огласку в прессе, после чего киевские благотворители предложили художнику свою помощь в переиздании его произведений. К слову, в статусе нежелательных для власти РФ лиц некоторое время находились и украинские публицисты Николай Хриенко и Василий Овсиенко.

Сборник «Соловецький реквієм» обещает стать не только весомым достижением в творческой биографии писателя, но и актуальным, социально значимым вкладом в формирование и сохранение национальной памяти.

Во вступительной статье автор сборника обращает, в частности, внимание на недостатки в освещении «соловецкой» темы, уточняет важные детали. Например, Петра Раевского — одиозного и.о. начальника островной тюрьмы — не расстреляли в 1939-м, как это утверждалось в публикациях 2000-х годов. Он до 1947-го отбывал наказание в Унженском лагере — был заведующим изолятора на штрафпункте, а в 1955-м реабилитирован, восстановлен в КПСС, вышел на пенсию и умер в 1967 году в России.

Вспомним только несколько имен соловецких политзаключенных: гениальный реформатор театра Лесь Курбас, ученые Степан Рудницкий, Матвей Яворский, Всеволод Ганцов (последний лишь чудом выживет в лагерях). Здесь и обвиняемые в «терроризме» профессора-философы, и казненные литераторы Николай Зеров, Николай Кулиш, Валерьян Пидмогильный, Мирослав Ирчан, Василий Вражлывый, Геннадий Садовский, Гео Шкурупий и государственные деятели Николай Любинский, Владимир Чехивский, Михаил Полоз, Петр Солодуб, и работники культуры Ничипир Миколенко, Николай Нарушевич... Их судьбы, по мнению академика Николая Жулинского, — свидетельства поистине «гигантских масштабов украинского этноцида, жестокой последовательности в истреблении украинской духовно-интеллектуальной элиты, систематичности усмирения национального духа, порывов к свободе и независимости Украины».

История способна повторяться, напоминает публицист: «И ныне время от времени из политических чащ выглядывают волки в овечьих шкурах, зло часто рядится в тогу добра... Поэтому очень важно, чтобы достижения поисковиков, исследователей, ученых вовремя становились достоянием широкой общественности... и служили своеобразной прививкой против амнезии».

Вторая часть сборника — это актуализированная публицистика разных лет: познавательные, насыщенные деталями рассказы об экспедициях на север России, статьи о Соловках в контексте лагерного прошлого и подвижничество поисковиков — Юрия Дмитриева из Петрозаводска и его коллег из России и Украины. Речь идет об обнаруженных местах расстрелов и захоронений на Беломорканале, о сооружении на средства мирового украинства Казацкого креста в карельском урочище Сандармох, о традиционных международных акциях поминания жертв репрессий. Здесь же помещены немало фотографий, которые раньше не печатались. Они составляют основу содержательной подборки иллюстраций с мест, где функционировали учреждения ГУЛАГа.

В третьей части книги — «За обрієм архіпелагу» — избранные произведения о соотечественниках, которые не были заключенными Соловков в годы Большого террора, но все они — жертвы репрессий, неотъемлемая часть безжалостно истребленной в 1920—1930-е годы интеллектуальной элиты нации. В первый раз увидели свет на страницах сборника и некоторые найденные в Украине материалы из работ выдающегося архитектора Василия Кричевского (статья «Переяславське відкриття»). Главный герой этого произведения Владимир Чубук-Подильский — прадед журналистки Елены Мех, вице-президента Всеукраинского благотворительного фонда «Журналистская инициатива» — был репрессирован в 1930-е. Владимир Андреевич, к счастью, не погиб в жерновах террора, а потомки сохранили уникальные чертежи дома в Переяславе. Их собственноручно выполнил в 1924 году Василий Кричевский — автор изображения Тризуба (ныне это Малый Государственный Герб Украины) и будущий автор архитектурного проекта музея Тараса Шевченко в Каневе.

История способна повторяться, напоминает публицист: «И ныне время от времени из политических чащ выглядывают волки в овечьих шкурах, зло часто рядится в тогу добра... Поэтому очень важно, чтобы достижения поисковиков, исследователей, ученых вовремя становились достоянием широкой общественности, доходили до читателя, зрителя, слушателя, способствовали формированию общественного сознания и служили своеобразной прививкой против амнезии». Немало людей, которые в 1920—1930-х поверили большевистской пропаганде, убедились, что это была политика «национального притеснения и грабежа крестьян в царстве не социализма... а всеобщего обмана, провокации и произволы». Практикуя в невиданных измерениях рабский принудительный труд, Кремль на деле приблизил экономику СССР к «достижениям» восточных деспотий.

Автор книги цитирует слова молодого участника информационного проекта «Сандармох» Вадима Хащука о том, что важно не оставаться равнодушным к освещению и осознанию правды о преступлениях коммунистического режима: «Если мы проиграем борьбу за правдивое освещение нашего исторического наследия, мы можем проиграть будущее». Не случайно кремлевская стена (которая есть и на Соловках, и в Москве) под пером Сергея Шевченко становится художественным образом. Публицист замечает: «Соловецких страдальцев, всех, кого сжили со свету канальские каторги, сибири, магаданы, не имеем права забывать. Книги об этих людях, статьи, фильмы, телепрограммы, в целом каждый шаг в сумрак кремлевской стены — это одновременно и память, и предостережение относительно потери себя как нации».

Роман ПОДКУР, кандидат исторических наук
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ