Нас послали только предсказывать воскресение мертвых и будить сонных. Это наше дело.
Пантелеймон Кулиш, украинский писатель и общественный деятель

«Степной мальчик» Сергей Прокофьев и Украина

В годовщину начала Революции Достоинства в Национальной музыкальной академии Украины имени П.И.Чайковского состоялся вечер, средства от которого передадут раненым бойцам АТО
28 ноября, 2014 - 11:02
«С.С.ПРОКОФЬЕВ». ПОРТРЕТ КОМПОЗИТОРА РАБОТЫ П.П.КОНЧАЛОВСКОГО / ФОТО ИЗ АРХИВА «Дня»

Вечер и аукцион организовал Фонд наследия Терещенко во главе с внуком выдающегося украинского деятеля, предпринимателя и мецената Мишеля Терещенко. Собранные средства от продажи детских картин и полотен украинских художников и правнучки Михаила Ивановича Терещенко, французской художницы Изабель Терещенко, будут направлены на помощь раненым бойцам, которые проходят лечение в Главном военном госпитале, маленьким пациентам с врожденными пороками сердца больницы Охматдет, основанной в 1884 Николой и Пелагеей Терещенко, а также на развитие Национальной научной медицинской библиотеки Украины (бывшей резиденции Александра Терещенко) и поддержку образовательных инициатив Национальной музыкальной академии (бывшей Киевской консерватории, которая стала последним подарком семьи ТерещенкоУкраине).

• Одним из главных событий благотворительного Вечера стал концерт «Майдан. Украина. Европа» с участием Симфонического оркестра Академии под руководством Игоря Палкина. Сочетая профессиональное качество и присущую молодым открытость чувств, музыканты поразили драматическими образами Седьмой симфонии Бетховена со знаменитым траурным маршем. В исполнении Студенческого оркестра также прозвучала трагическая музыка балета «Ромео и Джульетта» Прокофьева, имя которого несет сейчас определенный символ. Ведь Донецкий аэропорт, названный в честь Сергея Прокофьева, оказался в эпицентре жестокой борьбы за украинскую землю, за независимость Украины.

Напомним, сейчас в Донецке выдающегося композитора несут Государственная музыкальная академия, Концертный зал областной филармонии, Симфонический оркестр. Ко дню его рождения проходили ежегодный фестиваль «Прокофьевская весна» и Конкурс молодых пианистов, учреждена премия и Благотворительный фонд имени композитора. Ведь Донецкая земля является родиной Сергея Прокофьева.

В далеком 1918 году, планируя свою поездку в Северную Америку, Сергей Прокофьев отметил: «Быть может, американцы и смотреть не пожелают на русских сепаратистов, но ведь я уроженец лояльной Украйны» ...

• Сергей Сергеевич называл себя «степным мальчиком», который родился «на больших степных пространствах» в селе Сонцовка. «Мне она доводится родиной моей», — писал он в Автобиографии и уточнял: «Имение Сонцова, поверхностью в 6 тыс. С лишним гектаров находилось в Екатерининской губернии, Бахмутского уезда» (ныне это — село Красное, Красноармейского района, Донецкой области). В Сонцовке, которую Сергей Прокофьев безмерно любил, он провел свои первые 13 лет. «Когда я всего на пол-зимы уезжал из Сонцовки, я чуть не плакал, настолько, моя детская жизнь была связана с этим уголком», — вспоминал композитор. Примечательно, что название села Прокофьев писал в украинской орфографии, а в своих письмах часто заменял русское «и» на украинское «і».

• По существующим данным, в 1785 году Екатерина II даровала за военную службу полковнику Дмитрию Солнцеву земли на степных просторах так называемого Дикого поля. Название это осталась в истории края после войн Золотой Орды (1391-1395 гг.): Тамерлан, который пришел из Азии, разграбил некогда плодородные степи, превратив их в Дикое поле. Кстати, именно на этих землях разворачиваются события в «Слове о полку Игореве».

Во второй половине 18 века, когда началась разработка угля, имение Дмитрия Солнцева перешел по наследству правнуку полковника — помещику Дмитрию Дмитриевичу Солнцеву (Сонцова, как его здесь называли). Хозяйство поместья и прилегающие к нему земли пришли в упадок, поэтому третий владелец предложил управлять ими агроному по профессии и призванию, Сергей Алексеевич Прокофьеву, отцу будущего композитора.

• «Родители мои прожили в Сонцовке без году 30 лет и 3 года ... Когда весной 1878 таратайка, запряженная четверкой, везла родителей в Сонцовку, их поразила красота цветущей степи. В конце апреля, в мае сотни гектаров целины — степи пестрели тысячами полевых цветов, а позднее летом, высоко поднимались седые ковыли». Подробно и с любовью Прокофьев описывает свое село, имение, сады и огромное хозяйство с огородами, амбарами, кузницами, пасеками, конюшнями, свинарниками, овчарнями, в которых содержалось до четырех тысяч овец. В Сонцовке Сережа составил собственную таблицу для определения названий растущих там цветов. Проявившаяся в детстве страсть к природе и растениям останется на всю его жизнь.

• «Цветные ковры чередовались с зелеными полями пшеницы. Иногда попадались невысокие курганы, памятники степных кочевников. В них случалось находить утварь и старинные монеты», — вспоминал Прокофьев. На скифских равнинах возвышались остатки курганов-захоронений и стояли идолы кочевников. Яркие картины бескрайних степных просторов, таящих в себе память древнейшей культуры, запечатлились в музыке композитора. Образы балета «Ала и Лоллий» и, созданной на его основе симфонической «Скифской сюиты» возрождали языческие сюжеты скифской мифологии. После скандально успешной премьеры «Скифской сюиты» в Петербурге, которой дирижировал сам автор (29 января 1916), большая часть публики была возмущена «диким произведением», как писал один из критиков. Тем самым рецензент как бы уточнил источник музыкальных образов Сюиты, навеянных скифскими пространствами Дикого поля.

• В Сонцовке начались музыкальные занятия и композиторский опыт Сергея. Его первым педагогом и наставником стала мать, обладавшая музыкальными способностями и пристрастием к музицированию. Воспитывалась она в Шереметьевском дворце: крестным отцом матери Сергея Прокофьева был сам Дмитрий Шереметьев. Отец тоже очень любил музыку и поддерживал творческие начинания Сергея. Когда сыну исполнилось 9 лет, в имение был доставлен отличнный рояль немецкой фирмы «Шредер». С пятилетнего возраста Сергей начал импровизировать свои фортепианные «песенки», которых накопилось 58. К 12 годам он уже стал автором трех опер — «Великан», «На пустынных островах» и «Пир во время чумы», которые Сергей и его местные друзья ставили собственными силами.

• Летом в 1902 году, по совету профессора Московской консерватории Сергея Танеева, из Киева был приглашен Рейнгольд Глиэр, который впоследствии возглавил Киевскую консерваторию. Вот как запечатлел Глиэр свои первые впечатления: «Весь 25-километровый путь от станции Гришино (ныне Красноармейское) я не уставал любоваться прекрасными картинами богатой украинской природы». Как вспоминал Глиэр, Сергей водил тесную дружбу с сельскими мальчишками. Весьма важным является его наблюдения о среде, в котором рос Прокофьев: «Вечерами до нас доносились гармонические звуки красивых украинских песен, распевающихся возвращающимися  с полевых работ крестьянами. Мне думается, эти ранние детские впечатления должны были глубоко запасть в душу чуткого ко всему прекрасному мальчика. Несомненно, они способствовали его художественному развитию, становлению его творческого сознания. Несомненно также, что эти детские музыкальные впечатления дали будущему композитору глубокое и тонкое ощущение народного музыкального языка, которое так полно и ярко проявляется во многих его произведениях на всем протяжении творческого пути. Уже тогда в его фортепианных «песенках» нередко слышались народнопесенные обороты. Я придавал этому большого значения и стремился направить его внимание к народной песне». В унисон учителю звучат воспоминания Прокофьева: «По субботам вечерами или в воскресенье я часто слышал, как на селе девчата «спевали». Возможно, что подсознательно эти песни все же проникли в меня».

• Любовь к родной земле композитор сохранил на всю жизнь. Как вспоминала жена композитора, М.Мендельсон-Прокофьева, «он много рассказывал о детстве, об Украине, селе Сонцовка, где родился. Особенно часто, с волнением вспоминал Сергей Сергеевич Сонцовку в дни Великой Отечественной Войны, когда бои шли неподалеку от родных мест. В последние годы он не раз высказывал желание туда поехать». Проживая долгие годы за границей, Прокофьев говорил своим друзьям на Западе, что ему необходимо жить «в родном ландшафте», который хранил также степные просторы его детства.

• Усадьба, где более 30 лет жила семья Прокофьевых, была разрушена во время революции 1917 года. О существовании дома напоминает установленный на его месте памятный камень. В школе, выстроенной на деньги родителей композитора, разместился музей, у которого установлен памятник Прокофьеву. Была восстановлена также церковь святых Петра и Павла, где 23 июня 1891 крестили маленького Сережу. Возле церкви покоятся останки его бабушки, Анны Васильевны Житковой и старших сестер Любови и Марии, умерших в детстве. С 1990-го с колокольни Петропавловской церкви звонили колокола: на каждом из них изображены лик композитора и цитаты из его произведений.

• С Украиной Прокофьева связывает не только его родная Сонцовка. Помимо ее окрестностей, бывал он в Киеве, Харькове, Одессе, Никополе. В Киеве состоялись его первые концерты, организованные в 1916 Глиэром. Встреча с Киевом вдохновила Сергея Сергеевича на поэтический экспромт:

Не утомившийся в вояже

Вступил на почву града Кия.

Как здесь светло! Лучи какие!

И облаков немного даже!

Именно в Киеве Прокофьев получил первое в Украине признание как композитор и исполнитель, но и столкнулся с непониманием и неприятием своей музыки. Большинство воспринимало его как «музыкального варвара и разрушителя традиционных устоев». «Редкостный нахал, заядлый футурист», — такими эпитетами наградили молодого композитора в музыкальных кругах Киева. В те дни Прокофьев играл также для студентов Киевской консерватории. Приезд композитора оказался значительным событием в жизни города, а вокруг его музыки велись жаркие споры, образовавшие два противоположных лагеря. Один из самых авторитетных музыкантов Киева, профессор Киевской консерватории Владимир Пухальский воспринял Прокофьева как «глубоко своеобразного композитора, с очень яркой и самобытной индивидуальностью» и предрекал ему большое будущее. По его мнению, «композитор совершил скачок с 18-го в 20-е столетие, и его корни надо искать у Гайдна и Моцарта».

• В 1927 году, во время триумфальных гастролей Сергея Прокофьева после восьми лет пребывания за рубежом, концерты его симфонической и камерной музыки проходили с огромным успехом также в Киеве, Одессе и Харькове. В 1934 году гастрольный маршрут музыканта тоже включал Одессу и Киев. Тогда же, в Киеве Прокофьев передал свою фотографию с дарственной надписью: «Библиотеке Академии Наук в Киеве. СПРКФ.1934» (именно так подписывался композитор). К своему подарку он добавил рукопись фрагмента из Первого квартета.

• Воспоминания о земле, где родился Прокофьев и музыку, которую он слышал, эхом отозвались также в балете «На Днепре», который был поставлен в Париже в театре Гранд-опера (16 декабря 1932) выдающимся хореографом, украинцем по происхождению, Сержем Лифарем. Примечательно, что в Парижской постановке Днепр получил свое древнее название — «Борисфен». В 1939-м Прокофьев создал оперу «Семен Котко», музыка которой тоже согрета теплом воспоминаний о степных просторах и звенящих на них народных песнях. Композитор пишет музыку и к кинофильму Игоря Савченко «Партизаны в степях Украины» (1942 г.), где использует тексты на украинском языке, а мелодика проникнута интонациями украинского фольклора. К сожалению, фильм, производства Киевской киностудии на экран не вышел. Тогда же Сергей Прокофьев создал музыку к киноленте «Котовский», — «о герое борьбы с немецкой оккупацией на Украине в 1918 году» (комментарий самого композитора). Ведущая музыкальная тема киноленты основана на мелодии украинской песни «Ой, ты Галю».

Один из своих романсов Прокофьев посвятил земле, где родился, и там есть такие слова:

Золотая Украина — край мой

 хлебородный.             

За тебя немало крови пролито

народной!

Леся ОЛЕЙНИК, искусствовед
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

comments powered by HyperComments