Как несвоевременны решения власть имущих. Когда они за что-нибудь, наконец, после долгих сомнений решаются взяться, жизнь уже ушла вперед, и они снова остаются перед разбитым корытом.
Павел Скоропадский, украинский государственный, политический и общественный деятель, последний гетман Украины

«Крадущийся тигр, притаившийся дракон»

Китай укрепляет позиции в мире
12 декабря, 2005 - 20:34
ВЛИЯНИЕ КИТАЯ — НА ВЗЛЕТЕ (НА ФОТО — ТРЕНИРОВКА КИТАЙСКОЙ ПОЛИЦИИ) / ФОТО РЕЙТЕР

Этим летом Китай и Россия провели свои первые широкомасштабные совместные военные учения. А недавно состоялись масштабные трехсторонние учения с участием Китая, России и Индии. В прошлом такую комбинацию стран невозможно было себе представить. Эти военные маневры не должны восприниматься как простые «одноразовые» контакты, вызывающие незначительный резонанс. Напротив, они отражают долгосрочную стратегию Китая по установлению гегемонии в Азии.

Одним из инструментов, предназначенных для достижения этих амбиций, является Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), под эгидой которой проходили китайско- российские учения. Созданная в июне 2001 года, ШОС включает Китай, Россию, Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан и Узбекистан. (Напомним, недавно Александр Лукашенко заявил о желании Беларуси присоединиться к этой организации. — Ред. ) Первоначальная цель ШОС состояла в том, чтобы смягчить напряженные отношения на границах Китая и стран Центральной Азии после краха Советского Союза и прибытия вооруженных сил США для ведения войны в Афганистане.

Китай расценивает ШОС как стартовую площадку для расширения своего влияния в обширном регионе от стран Азиатско- Тихоокеанского региона до Юго- Западной Азии, Ближнего Востока, Восточной Африки и Индийского океана. Действительно, население стран-членов этой организации составляет около 45% от населения всего мира, а их площадь — 28% от площади всего евроазиатского континента.

Активное лидерство Китая в ШОС отражается в проводимой этой организацией политике. Постепенно ШОС сместила акценты к борьбе с исламскими радикалами. В настоящее время, однако, ШОС часто используется как форум для проведения кампании против предполагаемых американских односторонних действий и создания единого фронта, особенно между Китаем и Россией, против США по вопросам безопасности и сокращения гонки вооружений в регионе. В программу форума включаются антитеррористические мероприятия и требования уменьшить американское присутствие в регионе, особенно в постсовестких республиках Центральной Азии.

ШОС не только обеспечивает Китай платформой для противостояния существующему в Азиатско-Тихоокеанском регионе альянсу, возглавляемому США, но и все чаще используется для предотвращения формирования возглавляемой США сети по ограничению прогресса Китая. В конечном счете, пугает то, что ШОС может развиться в военный союз, подобный Варшавскому договору эпохи холодной войны, с эмбриональным «Великим Китайским Союзом» в его центре.

Но региональная дипломатия Китая заходит далеко за пределы ШОС. Она использует каждую возможность, встречающуюся на ее пути, включая шестисторонние переговоры по ядерным амбициям Северной Кореи, чтобы подчеркнуть свою ключевую роль в урегулировании всех азиатских проблем. Кроме того, продолжается строительство «нити жемчуга» из военных баз в каждом из ключевых пунктов на морских транспортных путях по «дуге нестабильности» от Ближнего Востока до побережья Китая.

Кажется, никто и не знает, как ответить на усиление дипломатического и военного влияния Китая в Азии, т.к. степень амбиций Китая остается совершенно неясной. Но в то время, как все еще только обдумывают мотивы поведения Китая, его правительство активно действует. Действительно, Институт международных стратегических исследований — ведущий центр по вопросам безопасности Великобритании, не так давно предупредил, что в то время, как весь мир сконцентрировался на борьбе против международного терроризма и событиях, развивающихся на Ближнем Востоке, Китай быстро расширяет свое влияние от Азии до Африки.

«Жемчужины» в Африке — это Судан, Ангола, Алжир, Габон, Намибия, Замбия, Танзания, Зимбабве, Уганда, Джибути, Мали, Центральная Африка, Либерия, Эфиопия, Мозамбик, Сьерра-Леоне и Демократическая Республика Конго. С каждой страной Китай выстраивает особые военные и коммерческие отношения в надежде усилить их преданность китайским интересам.

Здесь, как и в случае с Азией, рост китайского влияния порождает растущую поддержку политики Китая. Конечно, это улица с двусторонним движением. Каждый раз, когда приходят жалобы в Комитет по правам человека Организации Объединенных Наций, Китай может рассчитывать на поддержку многих африканских стран, которые имеют свои собственные проблемы с правами человека. Даже выбор Пекина местом проведения Олимпийских игр 2008 года состоялся благодаря «африканским голосам». Китай в свою очередь публично заявил, что будет поддерживать африканские страны в потенциальных спорах во Всемирной торговой организации и в других международных организациях.

Точно так же, множество африканских государств явно склоняются сейчас на сторону Китая в его споре с Тайванем. Когда правительство Японии попробовало стать постоянным членом Совета Безопасности ООН, немногие африканские страны поддержали его, несмотря на получение экономической помощи в течение многих десятилетий.

Китай любит хвастаться своим «мирным подъемом». Но подъем бисмарковской Германии в конце XIX столетия тоже какое-то время был мирным. Вопрос не в том, мирно ли Китай движется к статусу великой державы, а в том, намерен ли он оставаться мирным, когда достигнет его. Точно так же, как 125 лет назад, перед миром стоял «немецкий вопрос», теперь перед ним стоит «китайский вопрос». И на этот раз нам нужен лучший ответ.

Хидеаки КАНЕДА — директор Института Оказаки, вице-адмирал в отставке Сил самообороны Японии

Хидеаки КАНЕДА. Проект Синдикат для «Дня»
Газета: 


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ