Единственное оправдание существования военной промышленности – это безопасность народа
Альфред Нобель, шведский химик, изобретатель динамита, основатель Нобелевских премий

«Австрийский шпион» Петер Демант

Бывает так, что один случай связывает тебя с человеком на всю жизнь...
21 апреля, 2011 - 20:35
ПОСЛЕДНИЙ АВТОГРАФ (МОСКВА. 9 ФЕВРАЛЯ 2005 ГОДА. БЫВШИЙ УЗНИК КОЛЫМЫ (№ З-1-504) 87-ЛЕТНИЙ ПЕТЕР ЗИГМУНДОВИЧ ДЕМАНТ
УТРО В ТЮРЕМНОЙ ЗОНЕ

В начале июля, такого далекого теперь, 1973 года после окончания второго курса факультета журналистики Киевского университета имени Т. Г. Шевченко я по собственной инициативе поехал на практику на загадочную и таинственную Колыму (служил в армии с колымчанином Игорем Глуховым и после его рассказов захотелось увидеть этот необычный край). Из Магадана меня направили в райцентр Ягодное — именно там в газете «Северная правда» была свободная ставка, и я мог заработать себе не только на штаны и тулуп, но и на весьма дорогой авиабилет обратно в Киев.

Поскольку я в те молодые годы серьезно занимался борьбой самбо и дзюдо, то на второй или третий день после знакомства с коллективом газеты «Северная правда» пошел на тренировку в спортзал в спортивную секцию борьбы. После разминки тренер поставил меня как новичка в спарринги с борцами в моей весовой категории — до 70 килограммов. Я легко выиграл все поединки, так как на то время тренировался в Киеве в школе высшего спортивного мастерства у заслуженного тренера СССР по борьбе самбо и дзюдо Ярослава Ивановича Волощука и уже имел звание кандидата в мастера спорта по обоим видам этой борьбы. В весе до 80 килограммов я тоже одолел всех соперников, но в категории до 90 килограммов тренер неожиданно для меня выпустил на татами (борцовский ковер в дзюдо) спортсмена, которому было на вид лет 50. Высокий, лысый, крепкий, с хемингуэевской бородкой и с акцентом иностранца. И фамилия не наша — Петер Зигмундович Демант...

«Как мне бороться с этим дедом?» — спросил я озадаченно у тренера. — «Как со всеми соперниками...» И дал команду на поединок: «Хаджиме!». Несмотря на свой довольно-таки солидный возраст, мой необычный соперник оказался очень сильным физически и с хорошей реакцией. Почувствовав, что в стойке его трудно поймать на чистый бросок, я перевел борьбу в партер — и резко провел прием на удушение. Все!..

После этого поединка тренер выпустил в тяжелом весе «козырного туза» Яшку — бульдозериста, и тот, недолго думая, сгреб меня, как медведь, своими могучими руками и навалился сверху всем тяжелым телом. Поскольку соревнования были не официальными, то лежа на спине под Яшкой, я прокричал о своем поражении нетрадиционным термином: «Мне капут!».

Все засмеялись — и я почувствовал: новый коллектив воспринял меня как своего...

Позже я узнал, что Петер Зигмундович Демант — хорошо известен в Ягодном не только как борец, альпинист и охотник, но и как радиолюбитель, фотограф и книголюб...

Но особенно меня удивляло то, что этот мужчина, имеющий два высших образования, полученных за рубежом, и в совершенстве владеющий, кроме русского, еще и немецким, английским, французским, испанским, итальянским, чешским, польским, арабским, японским и другими языками, — работал... грузчиком в местной торговой конторе управления рабочего снабжения. Занятие спортом и фотография, взаимный интерес к сложным туристическим походам и литературе быстро сблизили нас, и мы собирались при случае в оригинальной квартире Петера Зигмундовича, слушали музыку, рассматривали географические карты и рассказывали друг другу о тех местах, в которых довелось побывать. Готовились даже к совместному альпинистскому восхождению на пик Абориген — самую высокую гору (2,586 м) Магаданской области у знаменитого озера Джека Лондона. Но неожиданно меня вызвали в местное управление КГБ и после детального допроса двумя сотрудниками о наших связках посоветовали: «Будьте с Демантом очень внимательным и осторожным, ведь он — австрийский шпион...». Я попытался уточнить, к какому периоду времени относится шпионская деятельность Деманта — к прошлому или нынешнему, но услышал в ответ: «Шпион остается шпионом на всю жизнь. Запомните это как будущий журналист навсегда...»

После моего возвращения в Киев мы несколько лет переписывались с Петером Зигмундовичем, обменивались книгами и фотоальбомами, но его «шпионская деятельность» так и осталась для меня тайной... И вот только теперь, через 30 лет после нашей первой встречи, когда я опять приехал в 2004 году в Ягодное, в местном музее «Память Колымы» мне попались официальные документы, которые и рассказывают о жизненной одиссее этого человека...

Родился Петер Демант в Австрии, но детство и юность провел в Черновцах, где служил его отец — кадровый военный. (Во время Первой мировой войны он попал в русский плен и три года отбывал наказание в тюрьмах Сибири, а затем после третьего побега добрался до Финляндии, а оттуда, через Швецию, попал наконец домой — в Австро-Венгрию). До 1939 года Черновцы входили в состав Румынии, но после присоединения Северной Буковины к Украине этот городок тоже стал советским. А поскольку Петер Демант не сбежал на Запад, а продолжал работать в Черновцах в краеведческом музее, то 13 июня 1941 года его арестовали сотрудники НКВД, пришили ярлык агента двух иностранных разведок, быстро осудили и отправили на пять лет в тюремные лагеря Сибири — валить лес. После полного отбывания срока судимости — освобождения. Но вскоре — опять арест. И 12 сентября 1946 года Военный трибунал Томского гарнизона обвиняет Петера Деманта по статье № 58 УК РСФСР в «контрреволюционной деятельности, направленной на подрыв, ослабление и свержение власти рабоче-крестьянских советов, а также за попытки ликвидировать основные политические и национальные завоевания пролетарской революции...». И за это осуждает его на десять лет лишения свободы и дает еще пять лет «по рогам», то есть лишает осужденного на такой период конституционных прав после тюремного срока.

А дальше — дорога на поезде под конвоем на Дальний Восток в порт Находка, загрузка в трюмы парохода «Советская Латвия» и через Охотское море — в Магадан. Потом — лагеря треста «Дальстрой»: «Новый пионер», «Спорное», «Днепровский» и прочие...

После освобождения Петер Демант, имея, как я уже говорил, два высших образования, владея многими европейскими и другими языками, замечательно зная радиодело и овладев еще несколькими дефицитными специальностями, вынужден был работать в Ягодном грузчиком в торговой конторе, так как КГБ запретил руководителям других организаций принимать его на работу, «чтобы он не мог продолжать антисоветскую деятельность».

По подсчетам Петера Деманта, за 23 года его работы грузчиком в торговой конторе в Ягодном, он перенес на своих плечах приблизительно 75 тысяч тонн разных грузов — мешков с сахаром, солью, цементом и мукой, ящиков со стеклом, гвоздями, посудой, шифером и облицовочной плиткой, бочек с маслом и вином... Переносил и мотоциклы, пианино, деревянные гробы... Этих 75 тысяч тонн грузов достаточно для того, чтобы заполнить ими трюмы трех морских кораблей.

Правду говорят философы, что наша жизнь измеряется теми усилиями, которых она нам стоила...

Реабилитировали Петера Деманта в Москве в 1991 году на 74 году жизни, потому что, как оказалось, ни одного преступления против народов СССР и против советской власти у него не было...

В музее «Память Колымы» я взял московский адрес Деманта и когда возвращался домой с Чукотки — мы встретились у него дома в Москве. Я с приятностью узнал тогда, что Петер Зигмундович — автор нескольких книг. Его перу принадлежат романы «Зеркало тети Сары», «Вижиланты золотой Монтаны», автобиографичные произведения — «Счастливые тридцатые годы» и «Мои три парохода». (Автор имеет в виду именно те три символических морских парохода, которые можно было загрузить перенесенными им за 23 года 75 тысячами тонн грузов).

Вышло в свет и самое главное произведение жизни Петера Деманта — «Зекамерон ХХ века». Это книга о сталинских концлагерях на Колыме, узником которых он был многие годы.

На одной из своих книг мой собеседник написал: «Дорогому другу, колымскому товарищу Николаю Хриенко, который так неожиданно вернулся в мою жизнь после отлучки в почти 30 лет.

Автор Петер Демант.

Москва, 9. 02. 2005 года».

И сказал: «Спасибо тебе за то, что был тогда человеком в Ягодном. Я это чувствовал...».

Во время нашей последней встречи в Москве Петер Зигмундович передал мной в Киев в библиотеку имени Вернадского все написанные им книги. А после его смерти 11 декабря 2006 года жена Петера Деманта Ирина Петровна, согласно завещанию покойного, передала всю библиотеку своего мужа в городскую библиотеку города Черновцы, где он работал в краеведческом музее до первого ареста 1939 года.

Тогда, в 2005 году, когда после долгого перерыва я опять встретился в Москве с Петером Зигмундовичем Демантом, я завершал первый этап журналистского проекта «Украинцы за Уралом», маршрутная часть которого проходила от Уральских гор на Дальний Восток и дальше через Якутию, Колыму и Чукотку — до поселка Уэлен и мыса Дежнева. Поскольку жизнь Петера Зигмундовича была связана с Украиной, то я попросил его написать в специальной тетради его пожелание нынешним жителям Украины. Вот этот текст:

«За самостійну Україну!» — сколько раз я слышал такой девиз, сколько добрых и честных людей страдало за независимость «своєї рідної неньки». Там, на далекой, ужасной и одновременно прекрасной Колыме, где я провел 32 года своей жизни, украинцы были особенным контингентом — держались особняком и стойко, ведь они страдали за свою мечту, которая, как горизонт, уходила дальше и дальше, но как цель все-таки была достигнута в 1991 году.

Я сам вырос в Западной Украине — в прекрасном городе Черновцы, где удачно сочетались культуры представителей разных народов. Но любой житель этого города знал украинский язык коренного населения — западный диалект. Румыны тщетно старались переделать названия тех мест на свой лад. Да разве, например, такое красивое и глубокое в историческом плане название, как «Стрілецький Кут», вычеркнешь из народной памяти?! И городская украинская интеллигенция была на высочайшем уровне — искусствовед Владимир Жаложицкий и его родной брат — лучший врач в Черновцах. Граф Василько и митрополит Виссарион Пую, который учился в Духовной семинарии вместе с безбожником Иосифом Джугашвили — будущим Сталиным.

Много, очень много украинцев разбросала судьба по разным странам, но везде они оставались сыновьями и дочерьми своей земли, не теряя, в отличие от других эмигрантов, свой родной украинский язык. И вот в конце ХХ века Украина стала самостоятельным государством, а ее гербом на «жовто-блакитному прапорі» стал тризуб. «Так держать!» — желаю вам, дорогие мои украинцы. Долго вы боролись за независимость — и победа теперь ваша.

Бывший долголетний узник Колымских лагерей (зек № З-1-504)

Петер Демант (писатель Вернон Кресс).
г. Москва.
9 февраля 2005 года

В тот же день я сделал и последний прижизненный фотоснимок Петера Зигмундовича, который ставит свой автограф на вышитом украинском рушнике. Было тогда бывшему узнику колымских концлагерей 87 лет, а мне — 55. Ровно столько, как тогда в 1973 году тому высокому дзюдоисту с хемингуэевской бородой, с которым я встретился и познакомился на борцовском ковре в Ягодном на Колыме.

Николай ХРИЕНКО. Фото автора
Рубрика: 
Газета: 

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ

Loading...
comments powered by HyperComments