Если страна, выбирая между войной и позором, выбирает позор, она получает и войну, и позор.
Уинстон Черчилль, британский государственный деятель

Корни сепаратизма — в ассимиляционной политике СССР

В Киеве представили документальную выставку о переселении россиян на территорию Украины после Голодомора
17 мая, 2015 - 19:38
Корни сепаратизма — в ассимиляционной политике СССР
ФОТО РУСЛАНА КАНЮКИ / «День»

В Национальном музее «Мемориал памяти жертв Голодоморов в Украине» открылась документальная выставка «Ассимиляционная политика Советской Украины: сквозь призму изучения истории Голодомора». По словам организаторов, представленный исторический фактаж может объяснить корни сепаратистских настроений в современных южных и восточных областях Украины.
Центральный документ экспозиции — под грифом «не подлежит оглашению». Тогдашняя коммунистическая власть ревностно оберегала свидетельства, которые хоть как-либо могли бы указать на то, что Голодомор таки существовал. «Секретное постановление СНК СССР №2318 о переселении в Украину 21 тысячи семей колхозников и план их расселения по регионам УССР» — это доказательство того, насколько масштабными были потери населения в 1932-33 годах. И действительно, в том, как происходило расселение согласно данному документу, просматривается причинно-следственная связь сегодняшней политической ситуации в стране. В Днепропетровской области на место освободившихся, а на самом деле вымерших, хозяйств, доставляли переселенцев из Запорожской области (6500 семей), в Харьковскую — из Центрально-Черноземной области (4500), в Одесскую — из Белоруссии и Горьковского края (6500), в Донецкую — из Ивановской области (3500).

Для перемещенных лиц создавалась настолько комфортная жизнь, насколько это было возможно в 30-х годах. По распоряжению Политбюро ЦК ВКП (б) во главе со Сталиным местные власти должны были организовать прием переселенцев. Их заселяли в дома умерших хозяев и обеспечивали всем необходимым инвентарем. До того, как было принято постановление ЦК ВКП (б) о запрете выезда из Украины 22 января 1933 года, и которое на следующий же день продублировал ЦК компартии Украины, некоторые смогли правдами и неправдами убежать от голода. По расчетам тоталитарной системы, люди должны были умереть на этой земле. Если же кто-то из предыдущих владельцев или их родственников, которым удалось выжить, возвращался через некоторое время на свою малую родину, хозяйство им никогда не возвращали. Переселенцев освобождали от предыдущих задолженностей (недоимок) и на новом месте они получали налоговые льготы: их освобождали от сельхозналога и мясоналога на два года. Однако украинских селян, которые едва пережили голод, никто от налогов не освобождал. Иногда людей перемещали не только семьями, но и целыми колхозами. В таких случаях все заготовленное на своих территориях зерно колхозники сдавали, получали специальные талоны, и на новых местах получали столько же зерна, сколько было указано в документах! Это было еще одним убедительным объяснением искусственности голода. Для переселенцев открывали отдельные русскоязычные классы — до этого Восточная Украина была полностью украинизированной, выписывали российские газеты, завозилась русская литература. В одном документе, который сохранился до сих пор, указано, что за счет средств местных колхозов должны были закупить ... патефоны! И это при том, что люди еще продолжали умирать в результате Голодомора. Так формировалась социальное неравенство между коренными и приезжими жителями.

По словам заведующей научно-исследовательским отделом музея «Мемориал памяти жертв Голодоморов в Украине», историка Нины ЛАПЧИНСКОЙ, были также и другие переселенцы, о которых нет свидетельств на выставке. Это были селяне из западной тридцатикилометровой пограничной полосы СССР, которых выселяли как «социально опасный элемент», так как во время Голодомора было очень много пересечений границ. Их переселяли на восток Украины, некоторых — даже в Казахстан. К этим переселенцам относились так же, как к местному населению, у них не было никаких льгот. Это заложило предпосылки для последующих политических репрессий и страшного периода «Большого террора». «Ни в одном документе, которые я изучала, я не увидела среди репрессированных представителей переселенцев из России, однако переселенцев из 30-километровой полосы западной границы и местных жителей арестовывали очень часто», — говорит Нина Лапчинская.

Последствием такой искусственной насильственной ассимиляции стала тотальная русификация восточной части Украины. Классы для русскоязычных детей постепенно распространялись, большинство школ переводили на преподавание на русском языке, хотя процент этих детей был не таким уж и большим. «Русский мир» все глубже проникал в сознание жителей, а физическое вытеснение и замещение украиноязычных лишь способствовало этому. Наконец, годами моделируемая тоталитарная политика «выстрелила» фиктивными «ДНР-ами» и «ЛНР-ами» ...

 

 

Анна СВЕНТАХ, «День»
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ