Ни богатство, ни власть, ни могущество и сила не окупит глупости и не заменит мудрости; без мудрости сила или значение будет в лучшем случае производить впечатление какого-то физического редкого явления, а лишь мудрость будет импонирующим качеством
Андрей Шептицький, предстоятель Украинской Греко-Католической Церкви, Митрополит Галицкий и Архиепископ Львовский

Лига Плюща, или Высшее образование в США

Почему американские университеты остаются самыми популярными и конкурентоспособными
12 октября, 2011 - 20:14

В США в сфере образования нет многих привычных на постсоветском пространстве понятий. Прежде всего, исторически сложилось так, что образование не упоминается в Конституции США — в 1787 году отцам-основателям, видимо, было не до того (хотя знаменитый Гарвард существовал к этому времени уже больше ста лет — с 1636 г.). Поэтому университеты и колледжи США делятся на два типа: частные и «штатские» — т.е. финансируемые из бюджетов отдельных штатов (но не из федерального — не положено). Во-вторых, все они — платные, бесплатного послешкольного образования в США нет вообще. В-третьих, в университетах нет ни вступительных, ни выпускных экзаменов (или дипломного проекта); также нет процедуры отчисления за неуспеваемость. И, наконец, что самое непривычное, в США практически отсутствует понятие «однокурсник» (чаще друзьями становятся соседи по арендуемой на 2—3-х студентов квартире — roommates). Также в США есть лишь одна научная степень — PhD (над диссертацией работают четыре года, а ее стандартный объем — 400 стр., поэтому она реально ближе к постсоветской докторский, чем к кандидатской). ВАКа, слава Богу, в США нет, нет и звания профессора (профессор здесь просто должность) — т.е. госчиновники никак не участвуют в научном процессе, стало быть, нет и коррупции.

Послешкольное образование в США многоступенчатое, учиться нужно долго, тяжело и дорого. Но игра стоит свеч. После средней школы (high-school) американские дети обычно идут в местный двухгодичный колледж (community college), куда (в отличие от частных элитных) принимают практически всех подряд (однако не «все подряд» его заканчивают!). Такой колледж эквивалентен первым двум курсам университета. После колледжа следует университет (уровень undergraduate), и через два года учебы вы становитесь бакалавром. Следующие два года учебы (но, как правило, в каком-нибудь другом университете, рейтингом повыше) — и вы получаете мастера. После этого можно поступить еще на два года в специализированную «высшую школу» — Law-school, Business-school, Financial-school, Medical-school — желательно, уже при каком-нибудь знаменитом университете «из первой мировой десятки». Вот тогда вам почти гарантирована работа в престижном месте за хорошую зарплату (для начала 100 тыс.долл. в год). Но безбедной жизнью вы будете жить не скоро — ведь, допустим, два года учебы в Гарварде или Стэнфорде на мастера потребует от вас 40 тыс.долл. х 2=80 тыс.долл., плюс 150 тыс.долл. за Business-school, итого 230 тыс.долл., которые вы, скорее всего, возьмете в банке в кредит и будете лет десять отдавать с процентами. Но потом, к 40 годам, когда вы вернете кредит, а ваша зарплата подскочит до 250—300 тыс.долл. в год (если будете работать по 10—12 часов в сутки, включая выходные), вы станете зажиточным американцем; можно будет и дом купить (опять в кредит, но теперь уже не тяжкий), и детей завести (раньше — никак!). Если же вы закончите «штатский» (т.е. не частный) университет, это будет намного дешевле — 10—15 тыс.долл. в год (кроме того, если вы из небогатой семьи, вам там дадут ежегодный безвозмездный грант в несколько тысяч долларов и возможность работать внутри университета — так наз. work-study — 3—4 часа в день за 8—10 долл. в час). Но и работа после него у вас будет «пожиже», да и найти ее будет посложнее.

При поступлении в университеты США любая коррупция полностью исключена, т.к. у вас ни с кем нет личного контакта: вы захoдите на веб-сайт одного или нескольких университетов и заполняете анкету, где перечисляете все ваши успехи в учебе, в разных конкурсах и в общественной активности, а также прилагаете эссе о своих целях в жизни. Списывать из Интернета нельзя — на сайте есть специальная программа, которая сразу вас «заложит» (то же и в процессе учебы). Коррупция исключена и на экзаменах, которые проводятся по принципу multiple choice: вам выдается лист, например, с тридцатью вопросами, на каждый вопрос предлагаются четыре ответа (все весьма правдоподобные, но правильный — только один!). Времени — 1 час, т.е. по 2 минуты на вопрос (вы затушевываете кружок против выбранного ответа); еще 5— 6 таких же вопросов-ответов связаны с вычислениями, на них — по 5 минут (это еще 30 мин). Далее преподаватель сканирует ваш листок в свой компьютер, который, используя простенькую программу, выдает вашу оценку (обычно, за 90% и более правильных ответов — «А», 80% — «В», 70% — «С», ниже 70% — «D» — т.е. двойка!). Ох, суровы требования — а ведь чтобы попасть в престижный университет, еще и нужно учиться не ниже «А»! И это при том, что домашние задания просто безразмерны: за неделю по всем курсам набирается прочесть и выучить пару сотен страниц, студенты спят по 4—5 часов максимум. Еще полезная «штучка»: на первом занятии студентам выдается так называемый green-sheet (листочек зеленого цвета), где расписана методика подсчета финальной оценки (например, для химии: финальный экзамен — 40%, промежуточный экзамен в середине семестра — 20%, средняя оценка по 7— 8-ми «баллам» — 25%, домашние задания — 15%). Т.е. плохая оценка на финальном экзамене — это еще не приговор.

А что же будет, если вы все же умудрились получить «D» (допустим, по линейной алгебре)? А вот что. Пусть вы решили стать бакалавром по экономике. На сайте факультета экономики вашего университета вы нашли перечень всех курсов, которые вы должны пройти для бакалаврата и распределили их на четыре семестра (поэтому-то и нет однокурсников — каждый семестр будет новый состав класса!). Одна из обязательных дисциплин — макроэкономика, но перед ней вы обязаны пройти вот эту линейную алгебру («пререквизит»), на которую и зарегистрировались (через компьютер) в этом семестре, но получили «D». Теперь вы пытаетесь на следующий семестр зарегистрироваться на необходимую вам макроэкономику, но компьютерная система вас НЕ ПРОПУСКАЕТ, т.к. у вас нет необходимого «пререквизита» — линейной алгебры, и как-то «уладить» это нет никакой возможности. Вас вроде бы не отчисляют, но и учиться дальше не дают. Что теперь? — Да ничего хорошего! Но и ничего фатального. Можно попробовать взять эту алгебру в следующем семестре (можно с другим преподавателем — их всегда несколько), а можно отказаться от бакалаврата по экономике (без линейной алгебры вам его все равно не видать!) и выбрать что-нибудь попроще. Однако в обоих случаях рушится весь ваш двухгодичный график учебы, а обучение удлиняется на полгода и дорожает. Но больше трех лет на бакалаврате учиться нельзя — компьютерная система любого вуза США не даст вам зарегистрироваться вообще никуда (она ведь «увидит» в анкете, что вы уже три года без толку «проторчали» на бакалаврате).

Основа популярности американских университетов — их наивысшие международные рейтинги. Вузы оцениваются рейтинговыми агентствами (например, «QS World University Rankings», головной офис — в Лондоне; в этом году в его опросах приняло участие 16 тыс. крупнейших работодателей и 32 тыс. ведущих представителей академического сообщества) по нескольким критериям: количество лауреатов Нобелевской и др. престижных международных премий, популярность учебного заведения среди международного академического сообщества и в Интернете (частота запросов в поисковиках), размер частных инвестиций, цитируемость их профессуры в международной научной прессе (так называемый индекс цитирования), популярность выпускников среди престижных работодателей, процент иностранных профессоров и студентов (например, в 2009—2010 учебном году в американские вузы поступило около 700 тыс. абитуриентов из других стран, половина из них — китайцы, которым правительство полностью оплачивает учебу в США при условии, что они вернутся в Китай), соотношение числа студентов и преподавателей, и др. (например, для повышения рейтинга многие университеты ведут «охоту» за учеными с мировым именем).

Упомянутое агентство QS рассчитывает рейтинги 400 лучших университетов мира (всего в мире насчитывается около 20 тысяч различных вузов); ниже 400 эти рейтинги нивелируются (далее расчет идет по «пятидесяткам» — 401—450, 451—500 и т.д., а после 600 идет по сотням «601+», «701+» — см. сайт http://www.topuniversities.com/university-rankings/world-university-rank... 2011), но это уже какие-то «стадные» рейтинги. В десятку лучших вузов мира постоянно входят два «англичанина» — Cambridge и Oxford, а также «американцы»: Harvard, Princeton (там работал знаменитый А. Эйнштейн), Stanford, Yale, MIT, Columbia, UPenn (лучший российский вуз — МГУ — 112-й, украинскиe вузы в списке «Топ-400» отсутствуют). Вот эти несколько старинных элитных университетов США на Атлантическом побережье (из названных выше туда не входит только Стэнфорд, т.к. он на Тихоокеанском) образуют так называемую Лигу Плюща — Ivy League (их главные кампусы увиты кустами плюща, отсюда и странное название). Именно из Лиги Плюща вышли почти все американские президенты и Нобелевские лауреаты и именно Лига Плюща является заветной мечтой любого американского студента. Интересно, что около 20% нынешнего китайского правительства получило образование в Лиге Плюща — не отсюда ли отчасти «растут» выдающиеся экономические успехи Китая?

По тем же принципам происходит рейтингование научных журналов. Существует два крупнейших международных научных издательства — Elsevier и Wiley, каждое из которых издает больше сотни авторитетных научных журналов по всем направлениям. Но только издает. Отбирает статьи для публикации научный совет при каждом журнале из публикаций ведущих ученых мира. Соответственно, статьи, опубликованные там, имеют абсолютную новизну и высокий коэффициент цитирования (ведь все вузы из «Топ-400» выписывают эти журналы).

Главная цель американской вузовской элиты — это завоевать высокий МЕЖДУНАРОДНЫЙ РЕЙТИНГ себе и родному вузу. Именно ярко заявить о себе и о своем университете международной научной и студенческой общественности, а также инвесторам (например, годовой бюджет Гарварда — около 35 миллиардов долларов, и там нет ни одного «госдоллара»!) — и является основой для научной деятельности любого американского профессора. Что же такого делают американские профессора вместе с лучшими студентами? Позвольте цитату из научных новостей CNN: «Стэнфордский университет и Калифорнийский институт регенеративной медицины завершили разработку «биопринтера». Основная разница между принтером для бумаги и биопринтером заключается в том, что вместо чернил в него нужно «заправлять» сложную смесь из стволовых клеток человека или животного. Аппарат предназначен для воспроизведения тканей, кусочков кожи, позвоночных дисков, суставных хрящей, а в недалеком будущем — даже полноценных органов».

Наука и образование давно уже, как и все остальные отрасли, глобализованы, и их нельзя превращать в этакий провинциальный «междусобойчик». Т.е., конечно можно, но тогда такой вуз и его преподаватели будут известны лишь внутри своего околотка, как население деревни знает о местной любительской футбольной команде. Да и в сущности, принципы формирования современного суперуниверситета мало чем отличаются от формирования современного футбольного суперклуба типа «Челси» или, если угоден более близкий пример — «Шахтер» (Донецк): суперсовременные база и инфраструктура, привлечение мировых звезд, участие в супертурнирах (или супержурналах), завоевание престижных международных наград, авторитет в международном сообществе.

Михаил КРАСНЯНСКИЙ, Калифорния, США
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ