Оружие вытаскивают грешники, натягивают лука своего, чтобы перестрелять нищих, заколоть правых сердцем. Оружие их войдет в сердце их, и луки их сломаются.
Владимир Мономах, великий князь киевский (1113-1125), государственный и политический деятель

«Мышечные сердца» и здоровая жизнь

Известный украинский физиолог Владимир ФЕКЕТА — о научных открытиях, медреформе и ее перспективах
25 апреля, 2019 - 10:26

Наименьший областной центр Украины — немного больше, чем 100 тысячный Ужгород — в силу разных причин никогда не был и не является сегодня крупным промышленным, банковским, торговым или транспортным центром. Его магнетизм всегда основывался на просветительстве. Ужгород нынешней эпохи с уверенностью можно называть университетским городом. В УжНУ работают сотни известных ученыхх, которые творят позитивный имидж университета, города и Украины. В их числе — Владимир ФЕКЕТА, известный украинский физиолог, доктор биологических наук, профессор, заведующий кафедров фундаментальных медицинских дисциплин УжНУ.

«ЕЩЕ ДО ЗАВЕРШЕНИЯ УЧЕБЫ ПОНЯЛ, ЧТО... НЕ ХОЧУ РАБОТАТЬ ВРАЧОМ»

— Ваша фамилия известна в Закарпатье с древних времен, с тех пор, как ее прославил легендарный почтальон Федор Фекета. Вы его родственник?

— Да, Федор Фекета был родным братом моего прапрадеда. Мое детство проходило практически на его дворе в селе Турьи Реметы на Перечинщине, где проживала и наша семья. Отец работал в школе учителем математики, а мама — медсестрой. Очевидно, что на выбор врачебной профессии решающее влияние имела мамина работа. Но меня интересовал не столько процесс лечения, сколько тайны человеческого тела: из чего оно состоит, как эти «внутренние органы» человека функционируют и взаимодействуют. По окончании школы в 1977 году я подал документы для поступления на медицинский факультет УжНУ. В том году конкурс был очень большим. Возможность поступить после успешной сдачи первого экзамена была всего у семерых «золотых» медалистов. Мне, как и моему будущему однокурснику, нынешнему ректору Владимиру Смоланце, это удалось, и я полностью погрузился в учебу. Но еще до завершения обучения понял, что... не хочу работать врачом.

— Как вы пришли к такому выводу? Боялись «резать по живому», неприятно или неинтересно было «ковыряться» в человеческом теле, бесконечно писать истории болезней?

— Было все то, что вы говорите! А основной причиной стало осознание (а за прожитые годы убеждение лишь окрепло), что сама медицина не дает ответа на очень многие вопросы. Даже сегодня, несмотря на все достижения человечества, во врачебной практике мы не слишком отдалились от Авиценны и Гиппократа.

Медицина — не та сфера, где есть четкие алгоритмы. Брать на себя ответственность за человеческую жизнь, действуя только «вслепую», я считал для себя неприемлемым. За время работы врачом убедился, что процесс лечения и сопереживания за судьбу пациента забирает у меня чрезвычайно много моральных сил, а дистанцироваться от проблем больного человека — не в моем характере.

Поэтому после прохождения интернатуры в райбольнице на Житомирщине и года практической работы в терапии я принял для себя решение поступать в аспирантуру на специальность «физиология». Заниматься наукой в интересах медицины — был мой сознательный выбор. Однако реализовать стремление стать аспирантом в Ужгороде, несмотря на диплом с отличием и отличные знания, было очень непросто. И тогда я прибегнул к нестандартному шагу — написал письмо о желании учиться в аспирантуре и разослал его в сорок научно-исследовательских заведений всего Союза — от туркменской столицы Ашхабад до российского Ярославля. Позитивный ответ получил только из Минска. Это меня чрезвычайно окрылило, и я засел за книги и начал готовиться к экзаменам.

— Почему, с вашей точки зрения, позитивный ответ пришел из столицы Беларуси?

— Это был 1984 год, и такие понятия, как блат и личные связи, которые предшествовали нынешней коррупции, крепко укоренились на территории всего необозримого Союза, в том числе и в Украине. В Беларуси основы общественного равноправия были еще не настолько подточены, да и ученый секретарь НИИ, как впоследствии выяснилось, был патологическим «бюрократом» и просто не мог не ответить на письмо и предоставил формальную информацию о возможности подать документы.

Успешно преодолев безумный конкурс — 7 человек на место — я стал аспирантом Института физиологии НАН Беларуси и попал на курс к очень интересному и незаурядному ученому, академику Николаю Аринчину. Это был особенный человек, для многих достаточно конфликтный и «некомфортный», но чрезвычайно умный и порядочный. Учась под его руководством, за 3 года я подготовил и защитил кандидатскую диссертацию, остался работать в Институте физиологии на должностях младшего и старшего научного сотрудника и даже получил возможность приобрести кооперативную квартиру и, наконец, забрать из Ужгорода в Минск жену и детей.

Но период стабильности  оказался недолгим. С распадом СССР финансирование академической науки катастрофически сократилось и, практически, остановилось проведение экспериментов. Мой научный руководитель настоял, чтобы я сосредоточился на написании докторской диссертации. Результатом многолетних стараний стала успешная защита в 1994 году в Институте медико-биологических проблем в Москве докторской диссертации по специальности «физиология человека и животного».

«НАШ МЕТОД НАЧАЛИ ПРИМЕНЯТЬ И ВО ВРЕМЯ ДЛИТЕЛЬНЫХ КОСМИЧЕСКИХ ЭКСПЕДИЦИЙ НЕПОСРЕДСТВЕННО НА ОРБИТЕ»

— Расскажите о специфике ваших научных исследований.

— Академик Н.Аринчин, по его мнению, открыл новое свойство мышц — способных не только потреблять кровь, но и самим функционировать как своеобразная гемодинамическая «помпа». Если в эксперименте мышцу изолировать от системного кровотока и стимулировать электрическим током, то кровь циркулирует по ней без участия центральной помпы — сердца. Когда мы начали углубляться в экспериментальные исследования, то выяснили, что это нельзя объяснить известным физиологической науке явлением так называемой «венозной помпы». Мы обнаружили другой удивительный феномен — «капиллярную помпу» — когда наименьшие кровеносные сосуды взаимодействуют с мускульными волокнами при каждом их сокращении. Выяснилось, что не только сердце поставляет кровь в мышцы, но и мышцы возвращают кровь к сердцу и от состояния скелетных мышц существенно зависит состояние самого сердца. Проще говоря — если мышцы «сачкуют» — сердце будет перерабатывать. Вместе с тем, чтобы мышцы разгружали сердце, им следует подбирать оптимальный режим работы. Поиском этих режимов мы как раз и занимались. Активируя мышцы специальными вибраторами, мы переводили работу сердца в очень расчетливый режим, оптимизировали его функциональное состояние. Запустить такой режим можно и без вибрационных устройств — усилиями самого организма.

Это открытие в корне меняет подходы к оздоровительной работе. Например, у космонавтов во время длительных полетов «мускульные сердца» переставали работать, поскольку при условиях отсутствия гравитации они теряли свой тонус. А если так, то их необходимо нагружать. Поэтому по нашим рекомендациям в программу реабилитации космонавтов включили ежедневные тренировки внутримышечных «сердец», которые просто удивительно улучшали физическое состояние организма. Впоследствии наш метод начали применять и во время длительных космических экспедиций непосредственно на орбите.

Именно Институту физиологии АН Беларуси, где я работал, принадлежит пальма первенства в теоретическом обосновании этого метода. В те годы многие ведущие ученые негативно относились к этой концепции. Несмотря на это я успешно защитил диссертацию в Институте медико-биологических проблем АН РФ, который занимался медицинским обеспечением космической программы бывшего СССР. Причем поддержали меня именно практики, которые на собственном опыте убедились в эффективности предложенного подхода. Но продолжать научные исследования в Минске из-за отсутствия финансирования уже не было возможности.

— Получили ли ваши исследования последующее развитие и применение?

— Мы говорили об использовании наших наработок в космосе. Другая важная область — лечебная физкультура. Физическая активность — обоюдоострое оружие, и от ее правильного приложения зависит состояние и здоровье миллионов людей. Когда я был студентом, нас учили, что больной инфарктом миокарда не должен даже пальцем шевелить, потому что нагрузка на сердце может быть смертельной. И действительно, в это время смертность от инфаркта составляла до 80%. В наше время уже применяется активный режим реабилитации — раннее вставание с кровати и дозированные физические нагрузки — что существенно положительно отразилось на результативности лечения. Однако серьезного научного обоснования этому клиническому опыту так и нет. Мои исследования и научные  наработки моих учеников направлены на получение данных, которые создают такую почву.

Владимир ФЕКЕТА: У здорового образа жизни есть три составляющие: здоровое питание, двигательная активность и предотвращение психоэмоционального стресса, который сопровождает нашу жизнь. Нужно понимать, что краткосрочный стресс, который мобилизует свойства организма, — не вреден, вредно находиться в таком состоянии без эмоциональной разрядки длительное время. Если самому регулировать эти факторы, то они весят намного больше для здоровья, чем медицина. Это понимают в цивилизованном мире, актуально это понять и нам. Речь идет о ежедневной физической активности

Что должен для себя вынести из этого рядовой человек? Следует четко понимать, что ограничение физической активности перегружает работу сердца, и если мы хотим сохранить его для счастливой и здоровой жизни — следует больше двигаться и заниматься физическими упражнениями. Это — по силам каждому! Однако открытым остается вопрос о выборе типа, длительности и интенсивности мускульных нагрузок. Здесь не может быть единых унифицированных рекомендаций. Но с учетом нашей концепции грамотный специалист может предложить наиболее адекватный для пациента двигательный режим. По-видимому, единственным универсальным видом мускульной активности, которая практически не имеет противопоказаний, является ходьба в умеренном темпе (не менее 10000 шагов в сутки).

— Прекращение научных исследований побуждало к возвращению в родной край?

— Да. Узнав о моей ситуации в Минске, тогдашний декан медицинского факультета УжНУ В.Бора предложил мне работу на кафедре физиологии, где была вакансия. Конечно, возвращение домой было взлелеянным в мечтах, но сложным. В первую очередь — я не имел опыта преподавательской работы. Во-вторых, уровень преподавания физиологии в университете был достаточно невысоким, без учета уже имеющегося мирового опыта. Между тем именно физиология является базовой медицинской дисциплиной, необходимой врачу для решения своих основных профессиональных задач: диагностики, профилактики и лечения заболеваний.

Словом, я понял, что нужно все менять и, несмотря на безумное сопротивление, взялся переделывать университетский курс. Мощную и всестороннюю поддержку в этом получил от ректора Владимира Сливки, и в 1998 году меня, не без противостояния, выбрали заведующим кафедрой физиологии УжНУ. Именно тогда мы первыми в университете внедрили компьютерные методы оценки знаний. Работа пошла, наши студенты даже начали завоевывать призовые места на  всеукраинских олимпиадах по физиологии и патологической физиологии. Но наукой с тех пор стал заниматься меньше, что дало основание моему сыну впоследствии заявить, что он хочет быть настоящим ученым, а не таким, как я.

«РЕШАЮЩИМ ФАКТОРОМ МЕДРЕФОРМЫ ЯВЛЯЕТСЯ ГОТОВНОСТЬ ОБЩЕСТВА И ПОЛИТИЧЕСКАЯ ВОЛЯ РУКОВОДСТВА СТРАНЫ»

— Насколько передовые исследования внедряются в современном отечественном медицинском образовании? И в целом, как бы вы оценили ситуацию в этой сфере?

— К сожалению, ситуация в этой сфере далеко не соответствует мировому уровню ни по содержанию, ни по форме, и нуждается в безотлагательных кардинальных изменениях. Прежде всего — уровень знаний абитуриентов чрезвычайно низок. По моим наблюдения, в аудиториях есть не больше 30% студентов, способных усваивать программу. Преподавать в группах «бюджетников» и «контрактников» — большая разница. Первые имеют мотивацию учиться, вторые, которые учатся за родительские деньги, как это ни парадоксально — нет! Это развращает студенческую общественность, создает предпосылки для коррупции в преподавательской среде.

В цивилизованном мире, куда  стремимся интегрироваться и мы, вопрос качественного медицинского образования давно решен. Оно обеспечивается лицензированными экзаменами — вроде нынешних наших «Кроків». Их проводит не вуз, а отдельная организация, в которой работают специалисты топ-класса. У нас, в отличие от США, эта система не срабатывает, поскольку до 70% тестов повторяются в следующем году и есть в открытом доступе. Это приводит к тому, что, в лучшем случае, студент «зазубривает» материал. С этого года, наконец, Минздрав Украины вводит экзамен, который называют ІFOМ — аналог американского «стэпа», и будут администрировать его не в Украине.  Пилотное тестирование этого проекта уже проводили  на четвертых курсах наших медицинских вузов. Позитивный результат продемонстрировали всего... 30% студентов. Я очень большой сторонник этого метода контроля знаний, хотя и осознаю, что он шокирует многих студентов и преподавателей. Но альтернативы нет, поскольку  именно ІFOМ сильнее всего мотивирует студента учиться и выводит из системы случайных людей — как студентов, не способных овладевать программой, так и преподавателей, не способных эффективно работать со студентами.

Еще одна составляющая — достойный уровень заработной платы у преподавателей и врачей, который мог бы мотивировать их работать эффективно и добросовестно и давал возможность думать о повышении своей квалификации, а не о том,  как свести концы с концами.  Приятно констатировать, что на протяжении последнего года зарплаты у врачей первичного звена выросли почти до уровня наших стран-соседей. Буквально на днях узнал, что в Полянской и Вильховецкой ОТГ оклад врача составляет 18 тыс. грн. Но достойная заработная плата должна быть у всех! Я уверен, что если бы студент знал, что после завершения учебы он будет обеспеченным человеком, то его отношение к учебе было бы намного серьезнее.

— Сегодня общество диаметрально противоположно относится к реформе медицинской области, которую проводит Ульяна Супрун. Вы поддерживаете ее усилия?

— Однозначно, но усилий самой Ульяны Супрун в реформировании украинской медицины явно мало. Здесь решающим фактором является готовность самого общества воспринять эти реалии и политическая воля высшего руководства страны. Принцип «бюджетные деньги идут за пациентом» является правильным и способствует профессиональному совершенствованию врачей сейчас первичного, а затем и вторичного звена. Но даже этот принцип не гарантирует полноценного финансирования здравоохранения. Это способна обеспечить только страховая медицина. Нынешний глава Министерства здравоохранения Украины У.Супрун, несмотря на сопротивление коррумпированных структур, пытается это реализовать. Если удастся — это будет наша большая победа.

Но больше всего меня беспокоит, что акцент разговоров о реформировании отрасли сводится к ее финансированию. Но известно, что медицина обеспечивает только 10—15% здоровья населения. Еще 30% — это генетика, 10—15% — экология, а 30—40% — здоровый образ жизни! А его большинство украинцев явно недооценивают. Осознание каждым человеком, что состояние твоего здоровья зависит в первую очередь от тебя самого, от отношения к себе, своего организма, является основой здоровья всей нации.

У здорового образа жизни есть три составляющие: здоровое питание, двигательная активность и предотвращение психоэмоционального стресса, который сопровождает нашу жизнь. Нужно понимать, что краткосрочный стресс, который мобилизует свойства организма, — не вреден, вредно находиться в таком состоянии без эмоциональной разрядки длительное время. Если самому регулировать эти факторы, то они весят намного больше для здоровья, чем медицина. Это понимают в цивилизованном мире, актуально это понять и нам. Речь идет о ежедневной физической активности. В последнее время с удовольствием наблюдаю тенденцию стремительного роста интереса к занятиям физкультурой, и переполненные тренажерные залы Ужгорода, количество которых растет, убеждают, что позитивные сдвиги в человеческом сознании в этом направлении идут активно.

«МОЛОДЕЖЬ САМОСТОЯТЕЛЬНО ПЕРЕНИМАЕТ ЕВРОПЕЙСКИЕ НОРМЫ ЖИЗНИ»

— Ваши сыновья тоже пошли в науку.

— Моя семья — это моя гордость, утешение и душевный уют! Жена Тамара более 30 лет работает детским травматологом и очень хорошо понимает мои профессиональные интересы и поддерживает меня во всех вопросах. Старший сын закончил математический факультет УжНУ, учился в аспирантуре КНУ им. Т.Шевченко, в настоящее время работает в университете г. Киль (Германия), имеет семью. Он является успешным ученым, занимается такими абстракциями, которые и мне не всегда понятны.  Младший сын по окончании медфака УжНУ, как и я, врачом не стал, а поступил в аспирантуру известной медицинской школы Baylor College of Medicine в США, по окончании которой защитил диссертацию и сейчас работает постдоком в Ельском университете, который вместе с Гарвардским и Принстонским университетами составляет так называемую Большую тройку. Загружен он работой невероятно, на личную жизнь почти нет времени. Но в его ситуации иначе нельзя, потому что получить собственную научную лабораторию и звание профессора в такой конкурентной среде, как Ельский университет, возможно, только показав экстраординарные результаты.

Знаете, несмотря на все имеющиеся проблемы, большая часть сегодняшней молодежи является позитивной, эрудированной, знающей и социально активной. Пока общественные институты и политики десятилетиями дискутируют о европейской интеграции Украины, они самостоятельно перенимают европейские нормы жизни и потом внедряют их в Украине. Это радует и вселяет оптимизм.

Василий ИЛЬНИЦКИЙ, Ужгород
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ