Публика проявляет ненасытное любопытство ко всему, за исключением того, что действительно стоит знать.
Оскар Уайльд, выдающийся ирландский англоязычный поэт, драматург, прозаик, эссеист

«Не бойтесь!»

Уроки Иоанна Павла II для Украины
25 апреля, 2014 - 10:40
ФОТО РЕЙТЕР

27 апреля украинские телеканалы будут транслировать торжественную канонизационную Святую Мессу из Ватикана, во время которой к святым будут причислены Иоанн ХХІІІ и Иоанн Павел ІІ. Папа Франциск примет на аудиенции Арсения Яценюка. В эти дни опять будем вспоминать великого Папу Иоанна Павла II, который в 2001 году, во времена безнадежности нашел в себе силы приехать в Украину. Изменил ли тот визит ход истории — об этом еще будут спорить через века. Точно то, что он изменил внутреннее настроение украинцев: мы перестали бояться католиков среди нас, перестали воспринимать наше многообразие как вызов, начали видеть в другом сокровище и образ Небесного Отца. Независимо от того, на самом ли деле имел Иоанн Павел ІІ украинские корни по матери, он будет важным собеседником для нас, он будет важным примером для наследования, он будет проповедником надежды и будет задавать высокую моральную планку, ниже которой жить — стыдно.

В далеком 1978 году Иоанн Павел ІІ принимает церковь в критический период. Церковь пыталась стать понятной для современного мира, приспособившись к современности. Этот поворот, ознаменованный Вторым Ватиканским собором, начал «красный папа» Иоанн ХХІІІ. Одним католикам в 1978 году казалось, что на Втором Ватиканском соборе, во времена пап Иоанна ХХІІІ и Павла VI, церковь слишком круто взяла «влево», слишком упростилась. Другие католики, напротив, были не удовлетворены переменами из-за их несовершенства.

• Первыми словами нового Папы были «не бойтесь!». Иоанн Павел ІІ призвал к простому мужеству быть собой, оставаться христианами, и поступать исключительно как христиане. Он отказался подстраиваться под современный мир, с одной стороны. С другой стороны, он отказался и подстраиваться под мечты о славном прошлом Католической Церкви. Просто быть христианами здесь и сейчас, говорить и действовать, исходя лишь из одного критерия: что я должен поступать как христианин? Чтобы ответить на этот вопрос Папа все свое служение отвечал и на другие родственные вопросы: что я могу знать как христианин? На что я могу надеяться как христианин? И что это такое — быть христианином? Каждый раз его ответы, а главное поступки — были неожиданно новыми, но в них всегда был дух настоящего христианства.

Папа сам перестал бояться. Он решил при любых условиях защищать права человека, как он их понимал. И он это начал делать сразу везде — где это было удобно и неудобно. Чаще было неудобно. Кардиналы вычеркивали целыми абзацами из его речей резкие высказывания о нарушении прав человека то в СССР, то в западном мире. Но Папа все это провозглашал все равно, и говорил: ну я же Папа. Свидетельство о человеческих и социальных правах было особенно важным для родной Папе Польше. Уничтожить социалистическую систему — что может быть более фантастичнее этой надежды в 1978 году! Но это произошло и достаточно быстро. Можно сказать — за первое папское десятилетие. Уравновесить корабль католицизма, продолжив линию Второго Ватиканского собора на обновление, но став при этом более католическими, чем до того в истории — и это в основном удавалось. В чем был секрет успеха Папы? Исключительно в мужестве.

Это было фантастическое мужество быть собой, а не казаться кем-то большим. Это было мужество просто быть, а не тратить жизнь зря. Это было мужественное свидетельство о правде — какой  неудобной она ни была.

• Когда коммунистическая система развались, Папа мог почивать на лаврах, поскольку он де-факто был Давидом, который свалил Голиафа. Нужно было лишь продолжать быть естественным союзником либеральной демократии и уступить в вопросе об абортах, то есть перестать бороться за права еще нерожденных детей. Именно так — лишь как борьбу за права младенцев, а не как какой-то моральный контроль понимал учение Церкви Иоанн Павел ІІ. Бесценный дар жизни должен быть сохранен, и каждый ребенок уже является личностью — неприкосновенной и богообразной — с самого момента зачатия.

Но мало того, что Иоанн Павел ІІ не уступил в вопросе об абортах. Это было едва заметным упреком современным обществам, в которых приносятся эти кровавые жертвы и где бог самолюбия забирает больше, чем все древние языческие Ваалы...

• Папа Иоанн Павел ІІ выступил с системной критикой либерального капитализма. В 1991 году он издает энциклику «Сотый год», в которой отмечает, что католическое социальное учение направлено против недостатков капитализма не меньше, чем против недостатков коммунистического строя. Выход энциклики прозвучал как вызов. Папа в духе социал-демократии предлагал осознать ответственность развитых стран за весь мир. Предлагал «предоставить удочку» всем бедным странам, чтобы каждый мог честно зарабатывать себе на жизнь. Осознать общую ответственность за судьбу демократии — которая не может превратиться в борьбу популистов и манипуляторов. Сохранить святость прав человека и правового государства, но защитить каждого — даже еще нерожденного.

Как и думал папа, либеральный капитализм принес угрозы самой человеческой идентичности — не меньшие, чем век назад принес коммунизм. В 2000 году, вместе с кардиналом Иосифом Ратцингером, будущим папой Бенедиктом XVI, Иоанн Павел ІІ начинает свою последнюю войну: за католическую идентичность Церкви и Европы. Резкие заявления о том, что существует лишь одна Церковь, — и она Католическая. Острое противостояние секуляризации и релятивизма современного европейского общества. Тогда все это казалось слишком резкой борьбой за право оставаться католиками. Сегодня, когда решения Европейского суда по правам человека временами напоминают решение судов Германии времен Гитлера, остается лишь признать правоту Папы. Так же привлекает внимание его острый протест против попыток все и вся унифицировать в Европе. В своей последней книге «Память и идентичность» Папа Иоанн Павел ІІ отмечает то, что Восточная Европа спасет Европейский Союз от внутренней деградации. Лишь сегодня становится очевидным, что и здесь Папа имел пророческое виденье, и новая берлинская стена — между христианской идентичностью Европы и идеологией злоупотребления прав человека — будет лежать в руинах и очень скоро.

• Папа не был непогрешимым. Он соглашался  на удаление из Символа веры тех пресловутых слов «и от Сына», которые были лишь одной из возможных интерпретаций, и которым действительно — не место в Символе веры всех христиан. Каждый сторонник Августина или Фомы Аквинского может эти слова добавлять в своих интерпретациях, но общая вера церкви должна быть такой как в первое тысячелетие. Но он при этом не сделал шаг, который ждали все православные, — не вернул первичный текст в его неизменности, не отказался ясно и четко от этих нововведений.

Все ожидали большей соборности Церкви. Иоанн Павел ІІ не осуществил своих намерений, оставив все на полпути. Церковь живет в такие времена, когда Вселенский собор должен был бы собираться на каждую Пятидесятницу и продолжаться несколько недель. Между тем проходят только совещания, совещания, совещания. Дух соборности лишь ныне возвращается вместе с Папой Франциском. Иоанну Павлу ІІ не хватило смелости.

• Папа не был хорошим философом. Его труды посвященные анализу человеческого действия должны были доказать наличие направленности каждой личной жизни к Богу, святость человеческой личности. Но эти труды переполнены словами, и являются самым банальным школьничеством по стилю. Когда Папа думал как богослов, он был пророком и учителем. Но как философ он так и остался провинциальным профессором. Хотя, как ни странно, его знания в философии, его умение критиковать марксизм были одним из побуждений выбрать именно его Папой в далеком 1978-ом.

• Папа слишком верил в важность жестов открытости. Поэтому он поддерживал откровенно рискованные шаги — такие как совместная молитва представителей разных религий в Асизе. Этот эксперимент завершился полной неудачей, как и экуменизм вообще. Нужно отдать должное Папе Иоанну Павлу ІІ, он сам понял еще на рубеже тысячелетий ошибочность традиционного экуменизма. Дойти к общей идентичности, к неразделенной церкви первого тысячелетия можно лишь одним путем: католикам становиться больше католиками, православным — больше православными. Лишь открытие той почвы или даже общей тектонической плиты, которая в глубине идентичности каждого — даст надежду на единство.  Все уступки, все открытости, все диалоги ничего не стоят, если каждый в пределах собственной идентичности не возвращается к истокам: к Евангелию Христа, к апостольству, к евхаристийному образу жизни, к евангельской морали, к традиции первого тысячелетия, когда все были еще более разными, чем сегодня, но имели общее причастие, имели единую Церковь.

Сегодня мечты Иоанна Павла ІІ имеют все шансы на то, чтобы осуществиться. Мы опять защищаем человеческое достоинство, права как христиан, так и нехристиан. Мы опять едины — и на баррикадах, и в окопах солдат, которые защищают Украину. Христиане опять чувствуют глубокую жизненную потребность в единстве, опять готовы становиться все более христианами — и именно из-за этого находить друг в друге брата, отца, сына.

Кем был Иоанн Павел ІІ для Украины? Пророком, который во время визита сеял зерна веры не только в Бога и Церковь, но и зерна веры в нас самих — в нашу человечность, христианскость, украинскость. Это зерно уже проросло, и его не остановили ни пули, ни тоталитаризм, ни новые геополитические вызовы. И не остановят, потому что жизнь всегда побеждает. Нужно только верить и быть мужественными.

Юрий ЧЕРНОМОРЕЦ, доктор философских наук
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ