Существование нации опирается на сознательную волю ее членов.
Иван Лысяк-Рудницкий, историк, публицист, педагог, исследователь украинской общественно-политической мысли

Невидимые жертвы

Почему простым гражданам, раненым во время боевых действий, не устанавливают инвалидность с корректной формулировкой
6 августа, 2019 - 19:22
ФОТО РЕЙТЕР

«Бытовая травма» или «общее заболевание» — под такими «кодовыми названиями» значатся контузии, осколочные или пулевые ранения в медицинских картах почти всех, кто пострадал от конфликта и не был военнослужащим. Среди таких лиц всего 43 человека имеют статус «инвалид войны». В действительности же их в разы больше. Подавляющему большинству дают инвалидность в результате, например, «общего заболевания». Это — утраченный доступ к квалифицированному лечению и качественным лекарствам. А с ними — утраченный шанс на нормальную реабилитацию и нормальную жизнь.

ГРАЖДАНСКИЕ — ВНЕ СТАТИСТИКИ

За пять лет войны в Украине так и не смогли подсчитать количество гражданских лиц, которые получили инвалидность в результате боевых действий. Как результат, государство не знает, какая поддержка и в каком объеме необходима этим людям. Долгое время военную инвалидность могли получить лишь военнослужащие. Гражданские же такое право получили только в 2017 году, согласно постановлению Кабинета министров Украины «О некоторых вопросах установления связи инвалидности с ранениями или другими повреждениями здоровья». В нем говорится о том, что решение о присвоении статуса «инвалида войны» принимает межведомственная комиссия, специально созданная при Государственной службе по делам ветеранов. По состоянию на 14 июня текущего года на рассмотрение этой комиссии поступило лишь 66 заявлений от пострадавших, а 43 — получили соответствующий статус.

«Мне кажется, что так мало людей обратилось за установлением факта ранения в результате военных действий из-за того, что очень не хватает информации о такой возможности, которую должны предоставлять социальные службы и медицинские заведения, в которых лечатся или находятся на учете пострадавшие лица», — объясняет координатор Общественной приемной Украинского Хельсинского союза по правам человека при ОО «Правозащитная группа «СІЧ» Наталья КОЖИНА.

Согласно постановлению Кабмина, чтобы получить статус инвалида войны, гражданам нужно иметь открытое уголовное дело по факту полученных повреждений — ранений или контузии, первичную медицинскую документацию, установленную группу инвалидности и подтверждения эксперта, что она связана с боевыми действиями.

«Теперь мы имеем такую процедуру, — разъясняет юрист Центра стратегических исследований Украинского Хельсинского союза по правам человека Юлия НАУМЕНКО. — Человек, получивший инвалидность в результате ранения во время АТО, должен сначала получить инвалидность на основании «общего заболевания». Дальше нужно собрать необходимый пакет документов и обратиться с заявлением в Межведомственную комиссию по вопросам установления фактов получения лицами ранений или других повреждений здоровья, полученных от взрывчатых веществ, боеприпасов и военного вооружения на территории проведения АТО. С решением указанной комиссии относительно установления факта ранения от взрывчатых веществ, боеприпасов и военного вооружения на территории проведения АТО следует повторно обратиться к Медико-социальной экспертной комиссии для указания надлежащей причины инвалидности».

Вот здесь и начинаются проблемы. Ведь большинство людей необходимый пакет документов предоставить не могут по объективным причинам, потому и остаются на этапе «общего заболевания».

СЛОВО ЗА ПРОКУРАТУРОЙ

Житель Днипра Александр БОНДАРЕНКО получил ранение еще в начале конфликта. Мужчина родом из Луганской области. Когда в 2014-м узнал, как разворачиваются события, сначала не поверил и решил съездить на малую Родину, чтобы убедиться. Эта поездка чуть ли не стоила ему жизни.

«31 мая я был в Донецкой области, — вспоминает Александр. — На ясинуватському блокпосту у меня увидели флаг Украины и просто расстреляли авто. Невзирая на ранение, мне удалось проехать. За постом я остановил автомобиль ГНС, капитан милиции вызвал скорую и меня доставили в больницу (сначала в Ясиноватую, а затем — в Донецк). А там через родных удалось перевезти и в Днепр».

Человек имеет инвалидность «по общему заболеванию», но то, что с ним произошло, с такой формулировкой не имеет ничего общего. «На том блокпосту в меня вошла пуля со смещенным центром тяжести. Такие боеприпасы запрещены для использования. Поэтому наделала она мне много... нехорошего, — объясняет Александр. — Пулю достали, осколки остались в кишках, их не было смысла доставать. А я впоследствии пошел на поправку».

У Александра есть все необходимые справки и даже открыто уголовное дело. Но проблема в том, что дело зарегистрировано по месту совершения преступления — в Ясиноватой. Получить подтверждение оттуда украинская сторона теперь не может, а статус Александра — в подвешенном состоянии.

«Мне нужно подать выдержку из ЕРГР, а я уже полгода не могу получить ответ. Дело в Ясиноватой, но по закону, орган, который стоит выше Ясиноватской прокуратуры, например, Донецкая прокуратура, может назначить повторное расследование. Следователи должны провести экспертизу и подтвердить, что у меня было огнестрельное ранение. Таким образом я получил бы все необходимое, но мне не идут навстречу. Я уже и в Киевскую прокуратуру обращался. Но ответа до сих пор нет».

ДАЛЬШЕ — СУД

Но есть случаи, когда установить ранение во время боевых действий может лишь суд. Например, в ситуации Олега БУСЕНЯ. В настоящее время он — капеллан, по контракту служит в резерве Вооруженных сил и является членом Совета резервистов при Генштабе ВСУ. Мужчина много лет не может доказать, что его травма — по причине боевых действий. Ведь получил он ее еще в 2015-м, когда был волонтером.

«У меня была контузия в Дебальцево, — рассказывает Олег. — Мы приезжали к ребятам перед самым их выходом из города. Тогда там уже не было ни милиции, ни людей. Мы же прорывались через окружение и привозили ребятам необходимые вещи: артиллерийские планшеты, бензопилы, адресные посылки, лекарства. Также я забирал еженедельно раненых и отвозил их в больницу Мечникова и госпиталь в Днепре. В тот день я приехал на базу. Это был базовый тренировочный лагерь 40-го батальона, 17-й танковой бригады. Я уже готовился к выезду. Но только отъехал метров 30 и вышел из машины, на то место, где я стоял до того, прилетела 120-я мина. Тогда я получил сильную контузию, меня отбросило на несколько метров, из ушей пошла кровь».

Олегу Бусеню оказали первую помощь. Впоследствии он попал в больницу в Бахмуте, а оттуда его переправили в госпиталь Днепра. Там обследовали, зафиксировали травму и отправили лечиться по месту жительства, ведь он еще не был военным. Уже за несколько дней мужчина чувствовал себя лучше, опять ездил на передовую, и даже помог выехать из окружения семи военнослужащим. Но со временем пришли отдаленные последствия.

«Сначала болезнь себя не проявляла, — вспоминает Олег, — а в этом году у меня проявились все последствия минно-взрывной травмы. Тромбы в голове, и никто не может сказать, что с этим делать. Наименьший стресс выбивает из колеи. Постоянные головные боли. Также бывают галлюцинации: кажется, будто телефон звонит, а он на самом деле не звонит. Или зовут тебя, ночью спать трудно. В целом очень подавленное состояние».

Мужчина неоднократно обращался за получением статуса инвалида войны, но ему не могут помочь. После ранения он не подавал заявление о преступлении, потому в настоящее время фактически не может доказать происхождение контузии.

«Мы не ездили туда за инвалидностью, но так вышло. Тогда я не знал, что необходимо делать. Нам теперь объяснили, что мы должны были в милиции зарегистрировать заявление о преступлении. Но как это сделать, если в Дебальцево восьмого числа (8 февраля 2015 года. — Авт.) ее уже не было? Я и в больницы обращался за инвалидностью, но мне сказали, что не могут связать это с военной травмой. Также я общался с командиром части, которая тогда стояла в Дебальцево. Он говорит, что нужно было обращаться сразу. Сейчас он вспоминает, что такое было, но пока не может помочь».

БЕЗ ПРАВА НА ЛЕЧЕНИЕ

Статус инвалида войны расширяет ряд льгот, которыми могут пользоваться те, кто его получает. Это и бесплатное получение лекарств, внеочередное санитарно-курортное лечение, 100% скидка на квартирную плату и коммунальные услуги, бесплатный проезд в городском пассажирском транспорте, разовая поездка в междугородном транспорте и ежегодное разовое пособие.

Олег Бусень уверен, что для людей, которые оказались в той же ситуации, что и он, дело не в льготах, а именно в возможности вылечиться: «Этот статус нужен не столько для льгот, сколько для того, чтобы ты имел право на лечение, которое должно быть с такой травмой. Например, у нас в городе в неврологии не знают, что делать с таким диагнозом, ведь они с этим не сталкивались. Говорят, нужно ехать в специальные медицинские заведения, где есть профессиональные специалисты. Это дорого, но имея статус — я мог бы получить доступ к профильным специалистам, которые лечат людей с такими же травмами, а не с гражданскими повреждениями. В настоящий момент мне лишь снимают симптомы, но проблему не решают».

По мнению правозащитников, необходимо внести изменения в законодательство, внедрить сбор статистических данных относительно количества гражданских, которые приобрели болезнь в результате вооруженного конфликта. Для эффективной помощи пострадавшим Министерство здравоохранения должно внедрить методику определения причины заболевания и обострения болезней в результате вооруженного конфликта, а также упростить процедуру прохождения медико-социальных экспертных комиссий.

К слову, сейчас статус инвалида войны могут получить лишь гражданские жители, которые проживают на подконтрольной Украине территории. Те же, кто очутился на оккупированной и пострадал от войны, под действие постановления Кабмина не подпадают.

Елена БЕРЕЖНЮК
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ